Царевна-дурнушка

Глава 4. Дом, милый дом. Если ты — ведьма на пенсии

Я шла по каменной дороге, которая, судя по количеству мха, последний раз знала метлу при бабушке царя Гороха. А впереди маячил замок. Вроде как мой замок. И я, честно, ожидала (ну раз в сказку попала), что сейчас заиграет музыка, птицы раскидают лепестки, и где-то в окне мелькнёт рука приветливой служанки. Всё как в лучших традициях «Диснея».

Ага. Конечно...

У ворот висела табличка. На ней кривыми буквами было выведено: «Орден Забытых. Входи, если помнишь, кто ты».

Замок был большим, красивым и… рассыпающимся.

Башни кривоватые, крыша в дырах, сквозь которые выглядывало небо и, кажется, пара наглых ворон. Одно окно было выбито, второе заделано книгой, третье заросло плющом, который выглядел так, словно питался слухами. На самом деле действительно жутко.

Я толкнула ворота, и они скрипнули, будто им стало больно.

— Спокойно, ребята. Я тут теперь хозяйка. Или хотя бы временно живу.

Внутри замка царил стиль «готика в разводе с порядком». Холл когда-то был величественно красивым, а сейчас — величественно пыльным. На полу лежал ковёр, который, возможно, вёл в рай, если бы не был таким грязным. На стенах — гобелены. Рваные, выцветшие, но по-прежнему пафосные. На одном я (ну та самая царевна) красивенькая, с короной и глазами «я знаю, где лежит волшебство».

А на деле же я стою тут в капюшоне и пытаюсь не чихнуть от слоя пыли.

— Кто-нибудь есть?.. — крикнула я осторожно и с опаской оглядываясь по сторонам. Всё ещё надеясь, что это сказка, а не начало фильма ужасов, где из-за угла выскочит мужик с бензопилой.

Щелчок. Где-то.

Шорох. Где-то.

И тишина.

А потом появился первый слуга.

С виду человек, но при ближайшем рассмотрении скорее мумия с дипломом по этикету. Он поклонился так низко, что у него хрустнуло всё.

— Добро пожаловать, госпожа. Мы… мы вас ждали.

— Серьёзно? А убраться — не?

— Нам было приказано хранить замок в том виде, в каком вы его покинули.

— Так когда это было? — Я бросила взгляд на гобелен, на котором царевне было лет шесть-семь.

— Всё строго по инструкции, госпожа.

Я хотела сказать что-то едкое, но в этот момент мимо проплыло нечто на метле. Это была служанка. Или чайник. Или служанка-чайник. Не уверена, но у неё были глаза и швабра. Я даже моргнула несколько раз, подумав, что мне просто показалось.

— Уборка начнётся с завтрашнего дня, — сказала она и пролетела сквозь стену. Я на всякий случай проверила её — стена твёрдая.

А затем в зале появился второй сюрприз. На троне сидела кукла размером с человека, с короной, и на ней была записка: «На случай, если вы не вернётесь. Чтобы народ не паниковал». Я, широко округлив глаза, посмотрела на её пластиковую ухмылку и тихо добавила:

— Ну что, конкуренция у меня, конечно, эстетическая. Но хотя бы молчит.

Дальше был обеденный зал и стол на двадцать персон. Все стулья стояли в чехлах. В центре стола была чаша, в которой то ли суп, то ли туман. Сложно сказать. А вот запах повсюду «лес, смерть и лавровый лист». Именно в такой последовательности.

— А кто здесь вообще живёт? — спросила я у следующего появившегося слуги.

Он был лысый, квадратный и с голосом, как у разъярённого чайника.

— Мы. Остатки Ордена. Нас шесть. Было сто. Остальные… забылись.

— Это как? Ушли?

— Нет. Просто никто не вспомнил, что они существуют.

Я вздрогнула.

— А я? Меня помнят?

Он посмотрел на меня и медленно ответил:

— Теперь да.

***

Я сидела в тронном зале на своём официально пыльном троне, в короне из детства и с лицом... Со своим новым лицом, которое больше не требует пояснений.

Пальцы слиплись от паутины, плащ прилип к спине, а настроение варьировалось между «устала» и «сожгу всё к чёртовой бабушке».

— Всё. Надо что-то делать, — произнесла я вслух. — Мне срочно нужен коллектив. Или хотя бы те, кто умеют держать швабру.

И зачем-то я хлопнула в ладоши. Пыль взлетела, как фейерверк. Но вдруг из-за колонн, штор, каминов и (не шучу) шкафа начали выползать они. Мои подданные, то есть шестеро выживших из Ордена Забытых.

Они встали в круг. Кривоватый, но с уважением.

— Так, — сказала я, вставая и поправляя корону, — давайте познакомимся. Раз уж мы вынуждены… жить вместе. Я — Ярослава, но можно просто Яра. Или, если вы хотите по-царски, Царевна Яра.

Тут один из них, очень тонкий и длинный, как погнутый подсвечник, поднял палец:

— Можно вопрос?

— Только если не про мой нос.

— Нет, госпожа. Вы всерьёз решили взять на себя управление?

— Ой, а есть другие желающие? Может, тряпичная кукла на троне?

Тряпичная кукла, кстати, в этот момент самоунизилась набок. Видимо, в знак согласия.

— Ну раз леса рук не вижу, то выбор очевиден, — сказала я. — Теперь представьтесь и вы.

Они представились по очереди. И это было… ну, запоминающимся не то слово.

Гриндель-Фирс, хранитель ключей. Ключей при себе не имеет. Потерял. Все.

Тётя Швабра, она же хозяйка зала, дворецкий, повар и, возможно, жаба (никто не уверен).

Пшик, маг уборки, у которого заклинание «Чистота!» работает один раз в месяц и только на чайники.

Сэр Пыль, бывший рыцарь, ныне живёт на книжной полке, страдает аллергией на собственное имя.

Тина, юная служанка, не говорит, но выразительно кряхтит.

Боб. Просто Боб. Никто не знает, что он делает, но он всегда рядом.

Я оглядела это великолепие и спросила главное:

— Кто-нибудь знает, когда ближайшее полнолуние?

Все замерли. Даже кукла на троне перестала шататься.

— Через… — начал Пшик и достал что-то вроде астрологического блина. — …две недели, госпожа.