Царевна-дурнушка

Глава 9. Царевна Яра и Ко. Всё старое — снова в моде

Мы решили разместить антикварную лавку в единственной живой комнате на первом этаже замка. Потому что там было окно (целое!), стены (пока держатся!) и пол (почти не шевелится!).

И самое главное — хороший обзор на вход. Чтобы клиенты, не дай бог, не сбежали до того, как мы им впарим «магический подсвечник, немного кусается».

Подготовка началась с генерального штурма подвала.

Туда отправились:

Тина — с фонарём, лопатой и священной тряпкой;

Боб — молча, с решимостью и тележкой;

Сэр Пыль — с аллергией и сарказмом;

Тётя Швабра — чтобы отгонять пауков и хамить особо наглым предметам;

А я — со списком «всё, что выглядит как сокровище (или хотя бы не воняет)».

Они таскали всё. И я не преувеличиваю:

- портрет бородатой женщины с подписью «Баронесса? Может быть»;

- сундук, который открывается сам;

- шкатулку с надписью «НЕ ТРОГАТЬ. Внутри боль»;

- коллекцию подсвечников, где один шептал: «Я был человеком»;

- кусок старого трона с жвачкой XV века.

Я вытирала, сортировала, ставила ценники, которые писала от руки:

- Книга без начала и конца — «10 жетонов или 1 честный секрет»;

- Лютня с трёхструнной душой — «Бартер за хлеб»;

- Лягушка из золота (возможно, просто краска) — «100 монет или очень убедительный торг».

Мы превратили всё это в настоящий шедевр барахолки:

- на подоконнике — коллекция «настенных оберегов, которые никто не просил»;

- в углу — угрожающе блестящий чайник, к которому прилагалась табличка: «поёт по праздникам (и иногда по ночам)»;

- на вешалке — мантия волшебника, с припиской: «если вы не волшебник — будете выглядеть странно, но модно».

Я повесила вывеску у двери: «Царевна Яра и Ко. Всё старое — снова в моде». И табличку пониже: «Проклятые предметы по скидке до субботы!»

И вот, спустя несколько дней подготовки, мытья или состаривания, смотря с какой стороны посмотреть, мы наконец открыли лавку.

Первые посетители пришли через час. Крестьянин и его жена, проходившие мимо.

Он остановился:

— А это что?

— Антикварная лавка! — гордо заявила я. — Проходите! Только не трогайте подсвечник, он мстит.

Жена ткнула в вазу.

— Это что?

— Древняя урна для амбиций. Сейчас можно использовать как горшок!

Они купили бутыль с этикеткой «эльфийская вода (испарилась от стыда)», старый кубок и ушли довольные, особенно тем, что при покупке я бесплатно подарила им крик Боба «УДАЧИ ВАМ!».

Он вообще не планировал ничего говорить, но вдохновился.

А вот к вечеру на полке лежали:

- зеркало, в котором видно только твою бабушку (даже если ты сирота);

- камень с надписью «просто камень, но выглядит внушительно»;

- кукла, которую никто не помнит, но она везде.

А я…

Я стояла за импровизированной стойкой в своём мятом плаще, с пятном от ягодного чая на рукаве и улыбкой человека, который всё ещё уродина, но теперь с предпринимательской жилкой.

— Ну что, госпожа? — подошёл Сэр Пыль и заглянул в импровизированную кассу (читай банку). — Выглядит... богаче.

— Знаешь, — сказала я, облокотившись на витрину из старой двери, — а всё не так плохо, как кажется!

***

Прошло несколько дней.

Точнее — трое суток, один почти пожар и две ярмарки в одном чулане.

И знаете что?

Мы подняли денег. Реальных. Настоящих. Шуршащих (если их поскрести).

Оказывается, если ты уверенно говоришь: «Это зеркальце отражает не внешний облик, а внутреннего критика» — люди платят. Платят охотно. А ещё просят завернуть в бумагу и подписать: «Не боится воды».

Небольшой отчёт по лавке:

Коллекция подсвечников: продано. Один вернулся. Его прокляли на скуку.

Мантия волшебника: куплена местной модницей. Говорят, теперь она не просто модница, а ведущая прогноза погоды по звёздам.

Жуткая кукла: ушла к травнице. Через день пришла обратно. С запиской: «Она по ночам стучит мне в ступу».

Но! Деньги были.

Не сокровища, конечно. Но вполне хватит, чтобы хотя бы начать ремонт крыши. Проблема была только одна: где найти работяг в мире, где у всех либо лапки, либо пророческие амбиции?

Оказалось, в соседнем трактире «У Весёлого Болотника» по вечерам собираются мастера на все руки. Причём буквально: один был с тремя, и две из них — не его.

Я спустилась туда с видом «принцесса, но деловая», в сопровождении Тины и Боба, потому что авторитет — дело командное.

— Добрый вечер, уважаемые, — сказала я, подходя к столу, за которым сидели: двое плотников, один маг-гипсокартонщик и какой-то парень по имени Тим, который просто пришёл за грибным супом, но выглядел уверенно. — У меня замок. У него крыша. И эта крыша всё ещё с нами, но явно хочет куда-то уйти.

Плотник №1 хмыкнул:

— Ну, работа есть, значит, платите вперёд.

Я улыбнулась максимально по-царевнински:

— Конечно. Только… разобьём оплату поэтапно. Чтобы вам было удобно. И… я была спокойна, что вы не сбежите с моими деньгами. И моей крышей.

Внутри я молилась, чтобы они не почувствовали запах финансовой гибели.

— По рукам, — кивнул гипсокартонный маг. — Завтра утром осмотр, составим список материалов. И предупреждаю: мы не летаем. Мы — традиционная бригада.