Царица барахолки или мой магический сэконд-хэнд - 2

Когда свидание как-то сразу не задалось...

– Это подарок, – сказала Марша.

И я тут же убрала руку, не успев коснуться восхитительных изумрудно-зеленых складок. И даже сделала шаг назад, чтобы соблазна не было схватить это великолепие.

– Боюсь, я вынуждена отказаться, – с трудом сказала я. И сделала над собой титаническое усилие, чтобы отвести глаза. История с красным платьем была еще слишком жива в моей памяти. И связка была та же – платье, Марша, князь. Тупо будет попасть снова в такую же ситуацию…

– Это не магическое платье, – сказала Марша, опустив глаза. – Оно обычное. Просто я его сшила давно. Самым первым. Можно сказать, это было платье для той меня, которой я, уж давай будем честны, никогда не стану. Но платье не виновато в том, что я люблю сладости. Оно должно хотя бы раз выйти в свет.

Чем больше Марша говорила, тем больше я ей верила.

“Не врут с таким лицом”, – согласился со мной внутренний голос.

Это было в чем-то даже неожиданно, на самом деле.

Да, у меня вообще не было повода доверять Марше Бланко. Ее роль в той истории с платьем так и осталась не до конца проясненной. Но почему-то мне казалось, что Марша была такой же жертвой, как и все остальные. Мне вроде бы и хотелось разобраться до конца с этим платьем, но не тыкая ей в нос этой историей. Возможно как-нибудь я расспрошу ее об этом. Деликатно и осторожно.

А сейчас…

– Оно такое красивое, – сказала я и дотронулась до платья.

Мое “магическое зрение” немедленно доложило, что магии в нем нет ни капельки.

Зато есть много грусти. Обычной грусти. Человеческой. На мгновение я даже увидела силуэт девушки у окна. Она сидела в свете гаснущих закатных лучей. Голова ее склонилась, а руки торопливо двигались. Будто она торопится что-то доделать до того, как солнце сядет и станет совсем темно.

И она точно успела. Вот только все равно это было зря...

И есть еще сожаление о чем-то несбывшемся. Будто Марша все-таки не рассказала мне все, о чем-то умолчала. Или сознательно скрыла.

Впрочем, у нее пока что тоже нет повода мне стопроцентно доверять.

Так что…

– Пусть твое свидание будет безупречным, – сказала Марша. Без улыбки. И с таким выражением лица, что к программе нашего с ней будущего разговора по душам добавился еще один пунктик.

– Обязательно расскажу, как прошло, – уверенно пообещала я. – Хочешь, примерю прямо при тебе?

– Эх, давай, Клеопатра, покажи мне, какой я никогда не стану! – Марша тяжело вздохнула, потом рассмеялась. И мне стало так тепло от этого ее смеха. Он как будто протянул между нами первые ниточки доверия.

"Надо выключить уже магическое зрение!" - подумала я. Тоже засмеялась и принялась расшнуровываться.

Наше с князем свидание пошло не так с самого начала.

Улочка в Тряпичном конце, где был склад Горбуна, а теперь и моя лавка “Второй шанс” оказалась слишком узкой для самой роскошной княжеской кареты, которую тот выбрал в качестве транспортного средства. Так что ему пришлось топать за мной до двери от поворота с более широкой улицы. Довольно прилично, на самом деле, особенно когда ты планировал эффектно распахнуть дверцу кареты прямо перед входом.

Так что перед моей дверью князь оказался слегка встопорщеным и недовольным. И роскошный наряд с множеством деталей и украшений сразу стал каким-то неуместным и неудобным. Как будто он в расфуфыренном карнавальном костюме пришел на работу в офис.

А еще, когда я его увидела, у меня возникла стойкая ассоциация с потешным героем “Собаки на сене”. Престарелым дядечкой, который пел с апломбом и обидой: “Что толку в этих молодых мужчинах…” Хотя, вообще-то князь совсем даже не старый. И если бы я не знала про него то, что знаю, и вообще не была до этого с ним знакома, то он бы мне, наверное, даже красивым показался.

Но стариком он все равно не выглядел, не знаю даже, откуда такая ассоциация.

Наверное, это из-за его снежно-белых волос все…

– Вы восхитительны в этом платье, Клеопатра, – сказал князь, цепко оглядев меня с головы до ног. Задержавшись на вырезе декольте.

– Признаться, у меня был соблазн одеться замухрышкой, – во все зубы улыбнулась я и оперлась на предложенную руку. В замшевой перчатке, расшитой тонкой золотой вышивкой. А по краю блестели стразы. Вполне возможно, кстати, что вовсе даже не стеклянные.

– Зачем? – почти каркнул князь. Лицо на мгновение снова стало недовольным, каким было в тот момент, когда я только открыла дверь. Губы сжались в тонкую полоску, глаза прищурились. Но он быстро с собой справился и вернул привычное самодовольное и напыщенное лицо.

– Ваша светлость, я пока не испытываю к вам никаких возвышенных чувств, – нежно прощебетала я. Я долго обдумывала, как мне вести себя с князем. И какой цели в принципе я хочу добиться от этого свидания. И пришла к выводу, что мне нужно, чтобы князь в меня влюбился. Более того, желательно, чтобы он потерял голову. И бдительность. И… подставился.

Так что я выбрала тактику быть почти честной. Почти. Князь должен увидеть меня простодушной, у которой все мысли написаны на лице.

Я знаю, искренность всегда мужиков подкупает. Ну и, кроме того, выигрышный ход – в начале свидания сказать кавалеру, что он мне не нравится, чтобы в конце признаться с придыханием, что я ужасно ошибалась. И теперь от него в восторге, без ума и готова прыгнуть к нему хоть в постель, хоть под венец.

– И вы хотели таким образом отомстить мне? – красивые губы князя некрасиво скривились.

– Да, – пропела я, с открытой улыбкой глядя на него. – Но потом я подумала, что это как-то мелочно. Мы же договорились начать сначала, разве нет?

Князь смотрел на меня странными глазами. Будто в его голове сейчас происходила какая-то сложная работа мысли.

Мы шли по нашей улице, а из окон высовывались любопытные соседи. Чьи лица явно не радовали князя. И очень, признаться, радовали меня!

Потому что, честно сказать, я изрядно так нервничала из-за этого свидания.