Царица барахолки или мой магический сэконд-хэнд

Очень братские отношения. Часть 2

Все прошло гораздо легче, чем я боялась. Когда я шла к крыльцу вслед за шерифом (да-да, он оказался настолько беспечен, что повернулся к нарушительнице спиной и пошел вперед показывать дорогу!), я смотрела чуть ли не с тоской на его широкие плечи и с ужасом думала, как сейчас буду краснеть и заикаться, пытаясь одной частью себя объяснить в чем суть, а всем остальным мозгом и телом любоваться “моим благородием” и думать… Ох…

Сначала он поднялся по ступенькам на высокое крыльцо большого трехэтажного здания. Самого большого на этой площади. Карниз этого мрачноватого серого дома был украшен изображениями сов, орлов и еще каких-то хищных птиц. Рядом с массивной деревянной дверью – строгая табличка с изображением раскинувшей крылья пучеглазой совы. А ниже мелкими буковками написано: “Департамент охраны порядка. Город Вейсмар”.

За дверью обнаружился огромный холл с кучей дверей и окошечек. Туда-сюда сновали люди. Одни были в черно-зеленой форме и имели вид весьма грозный, видимо, стража. А другие… Я попыталась выделить у них какой-то общий признак, но не смогла. То есть, это были либо гражданские сотрудники “участка”. Либо посетители.

Долго подумать над этим у меня не получилось, потому что шериф уверенно прошел сквозь людей, распахнул одну из дверей. Мы прошли недлинный коридор, потом открылась еще одна дверь и впустила нас в кабинет.

Огляделась я с нескрываемым любопытством. Комната была просторной, с огромным окном почти во всю стену, правда сейчас его закрывала плотная портьера кремового цвета, такого же, как и стены.

Обстановка была простой, можно даже сказать, спартанской. Но при этом чувствовалось, что у хозяина этого кабинета есть определенный стиль и шик. Из мебели имелся простой массивный стол из темного дерева. Без всяких завитушек и украшений, но работа была основательной. Если бы я была в своем мире, то про такую мебель сказала бы, что она дорогая. А здесь… пока не знаю даже. Еще здесь имелось два стула в том же стиле. Причем, что прямо невероятно подкупало, стул хозяина кабинета был таким же, как и стул для посетителя перед столом. И не в том смысле, что хозяин сидел на неудобной убогой табуретке. Оба стула были отличного качества, с удобной обитой кожей сидушкой. Сбоку от стола стоял узкий и высокий, до самого потолка, шкаф. А в углу рядом с дверью – что-то типа комода. Или, скорее, картотеки. Очень много маленьких ящичков.

Шериф сел на стул, указал мне на второй. Я пристроилась на краешек, перевела дух. Сделала несколько вдохов и выдохов и посмотрела на шерифа.

И неожиданно легко изложила суть своей жалобы. И даже показала все документы, которые с собой притащила.

Шериф меня очень внимательно выслушал. Сначала на его лице была снисходительная ирония, мол, ну что там опять с вами, неугомонные? Но довольно быстро лицо его стало серьезным, он даже открыл журнал и принялся в него что-то записывать.

Я даже залюбовалась.

Как удивительно он все-таки смотрится! С внешностью Кхала Дрого, но при этом сидит за столом и сосредоточенно водит стилусом.

– Это все? – спросил он, просматривая документы Горбуна.

– А? – встрепенулась я, поняв, что в какой-то момент опять залипла на созерцании шерифа.

– Да, – кивнула я и смутилась. Щеки тут же вспыхнули, я опустила глаза и сжалась. Но потом решительно подняла взгляд на шерифа. – Нет.

– У Горбуна есть еще какие-то проблемы?

– Нет, не у Горбуна, – я покачала головой. – У меня!

“Ой, как глупо! – тут же возбух в голове мой вредный внутренний голос. – Ты еще на цвет одеяла ему пожалуйся!”

– Внимательно тебя слушаю, Клеопатра! – шериф подался вперед и положил руки перед собой.

Я зажмурилась, снова сделала несколько вдохов-выдохов, унимая снова заколотившееся сердце.

– Я опасаюсь за свою жизнь, – решительно сказала я. – Три моих предшественницы пропали при невыясненных обстоятельствах. Не знаю, имею ли я право просить себя защитить, но мне все равно.

– Так-так… – шериф подался вперед еще сильнее, а взгляд моментально стал цепким. – Продолжай!

И так он это сказал, что мне захотелось вывалить на него вообще всю правду. И про то, что я себя не помню до того момента, как ехала в ковре, и про Мойдодыра-Горгона, с которым могу разговаривать, и про видения, как каждая из девушек – Донна, Марушка и Кларисса, красовались в этом самом платье. И Горбун каждую из них в нем видел. И даже про то, как я наделила статуэтку магическими свойствами, и она устроила поджигателям веселую жизнь. От пожара нас это, конечно, не спасло, но…

“Возможно, этот пожар как раз пойдет тебе на пользу”, – внезапно подумала я. Голосом того самого ехидного внутреннего голоса, который обычно меня подкалывает и шпыняет.

– Что ты молчишь? – и тут шериф вытянул руку и коснулся моих пальцев.