Царица Шаммурамат. Полёт голубки

Глава 12. Наказание

Ану-син знала, что ни спасения, ни пощады не будет. Аваса никогда никого не прощала. Теперь и Ану-син ждало наказание розгами, и в ожидании, когда придёт час расправы, девочка с ужасом прислушивалась, не идёт ли к ней хозяйка с гибкой свистящей лозиной. Ану-син видела обращённые к ней сочувствующие глаза других рабынь, только от их сострадания на сердце становилось ещё тяжелее. Один раз девочка попалась на глаза Залилуму – и под его ужасным взором вся съёжилась, втянула голову в плечи и стала похожей на маленькую беззащитную птичку. Какой бы гордой ни была Ану-син, она ясно осознавала, что её жизнь находится в руках этих всевластных людей – Залилума и его жены Авасы.

День подошёл к концу, пролетел в привычных заботах и работе по дому, а Аваса так больше и не появилась в поле зрения маленькой рабыни. Сдерживая радость в груди (что-то помешало хозяйке привести обещанное наказание в исполнение!), Ану-син помчалась к своей каморке.

Неожиданно дорогу ей заступил слуга по имени Туруль – немолодой кряжистый человек, бритый, но с длинными пушистыми усищами.

Всегда угрюмый, с прикрытыми тяжёлыми веками глазами, Туруль производил на домашнюю челядь гнетущее впечатление. Его следовало опасаться не только из-за грозной внешности, но ещё и потому, что этот страшный человек был исполнителем господской воли. Иногда Ану-син, глядя украдкой на его мощные руки, представляла, как они ломают и калечат Сима, и тогда она ловила себя на мысли, что именно Туруль был палачом её отца.

- Пойдёшь со мной, – по своему обыкновению угрюмо произнёс Туруль, презрительно глядя на девочку с высоты своего роста.

- Куда? – спросила Ану-син, почувствовав недоброе.

- Узнаешь, – буркнул Туруль.

Они вышли на середину «чёрного» двора. Было темно. В небе мерцали холодные звёзды, но луна ещё не взошла. Где-то далеко за околицей кричали перепела; в конюшне бил копытом о деревянный помост жеребец; в пруду, вырытом у ограды, на все лады квакали лягушки.

Эти вечерние звуки только подчёркивали настороженную тишину. Такая тишина бывает перед ночной грозой, подумалось Ану-син. Казалось, что вот-вот замолчат перепела, умолкнет лягушачий хор и на горизонте сверкнёт огненной змейкой первая молния.

- Туруль, так куда же ты меня ведёшь? – снова, набравшись храбрости, спросила Ану-син.

То, что Туруль не ответил, а молча продолжал идти дальше, уже всерьёз испугало девочку. Когда он приблизился к низкому строению, которое находилось в дальнем углу «чёрного» двора, и ключом открыл дверь, Ану-син вдруг остановилась.

- Я не пойду туда, – сказала девочка и попятилась. Она ещё не знала, каким целям служит это строение, но то, что здесь была дверь, запираемая на замок, не сулило ей ничего доброго.

Внезапно Туруль оказался рядом с ней, схватил её сильными руками и поволок внутрь строения. Ану-син рванулась, забилась, но почувствовала, что руки держат её, как клещи. Бросив девочку наземь, Туруль шагнул за порог и закрыл за собой тяжёлую дверь. Скрипнули ржавые завесы, щёлкнул замок.

Острый запах ударил Ану-син в нос: воняло не то мышиным помётом, не то псиной. Девочка встала, протянула руки вперёд. Ступила несколько шагов, нащупала стену. Нет, здесь было пусто. Наверное, это и было её наказание – провести ночь в полной темноте, в каморке, где отверстий для света нет даже под крышей. Только сплошные голые стены, мрак и пустота.

Неожиданно в тишине раздался странный звук, похожий на сонное бормотание. У Ану-син мурашки побежали по телу. Значит, она была не одна? В нескольких шагах от неё в темноте притаилось какое-то неведомое существо...

Девочке показалось, что существо зарычало, потом несколько раз громко зевнуло, клацнув зубами в непроглядном мраке. В каморке ещё больше запахло острым запахом, похожим на псину. Но отчего-то Ану-син была уверена, что это не пёс.

Ей пришли на память рассказы о ночных чудовищах, о людях с собачьими головами, о демонах, которые приходят в мир людей из Страны без возврата. Вспомнились старинные предания о злобных духах и призраках, которые живут в пустых, заброшенных домах. Но то были лишь разговоры, страшные и всё же невероятные. А тут ей и в самом деле пришлось столкнуться с каким-то неведомым и наверняка ужасным существом.

Ану-син, забившейся в уголок, показалось, что в темноте сверкнули и погасли два желтовато-зелёных огонька глаз. Девочка не знала, сколько времени прошло с тех пор, как Туруль запер её в эту каморку. Наверное, уже не один час просидела она в углу неподвижно, боясь даже вздохом выдать своё присутствие. Ноги у неё совсем занемели – подняться бы, выскочить во двор и бежать, бежать без оглядки подальше от этого жуткого места...

Ану-син была уже не в силах совладать с собой. Она шевельнулась – и тут же послышалось глухое, злобное рычание неведомого существа; звякнула цепь. Девочка испуганно вжалась спиной в стену: ей хотелось стать трещинкой в этой стене, превратиться в пылинку – только бы не достаться невидимому чудовищу, только бы оно не дотянулось до неё своими лапами. Она ощутила жадное горячее дыхание существа, которое шумно втягивало ноздрями воздух, и закричала. Существо ответило ей дребезжащим прерывистым смехом. Чёрный мрак погасил сознание девочки...

Ану-син пришла в себя от того, что чей-то жёсткий шершавый язык облизывал её щёки, лоб, подбородок, щекотал в носу. Девочка несколько раз чихнула, приподнялась на локте и только потом вспомнила всё, что произошло ночью. Чудовище по-прежнему было здесь, вместе с нею и оно не тронуло её. Не покусало, не разорвало её на куски, не съело. Девочка протянула руку, и в тот же миг в её ладошку ткнулось что-то мокрое и холодное. Это всё-таки был пёс?..

Ану-син нащупала шерсть животного – она была грубая, щетинистая, с прилипшими к ней комочками засохшей глины. Девочка гладила существо сначала робко, дрожащей рукой, но постепенно осмелела, движения её стали уверенными и в то же время лёгкими, ласковыми. Животное жалобно заскулило, опустилось у ног Ану-син и доверчиво положило ей на колени громадную ушастую голову.