Царство стервятников

Глава 1

Я стояла у его могилы, совсем потеряв ход времени. Шёл сильный ливень, и на улицах практически никого не было, что уж говорить о кладбище. Я не заметила, как вся моя одежда промокла насквозь. То ли от холода, то ли от накрывших чувств, меня бросило в сильную дрожь, а я все продолжала смотреть на надгробную надпись: «Безвременно прервалась жизни нить, не дав тебе мечты осуществить». Даже спустя год мне сложно осознать, что эту надпись написала я, по просьбе его родственников. Макс хотел изменить мир в лучшую сторону, избавить страну от коррупции, чтобы справедливость торжествовала, и виновные всегда отвечали за свои поступки. К тому же я всегда искренне желала этого, но с каждым новым учебным годом в академии эта надежда угасала все больше.

Всё дело в том, что после нашего с мамой странного незапланированного переезда, моя жизнь изменилась безвозвратно. Приятные встречи и мелкие радости казались мне недоступными. Всё вокруг меня стало серым и безжизненным. Я чувствовала полное опустошение, когда возвращалась домой, а иногда воспоминания о счастливом прошлом, неожиданно накрывавшие меня, душили со страшной силой. Я закрывалась в комнате, включала погромче телевизор, чтобы мама не слышала, как я на протяжении нескольких долгих, протяжных часов убивалась в слезах, не зная, как заставить боль замолчать. И хотя было огромное желание покрепче обнять маму, найти в её объятиях утешение и спасение, но я не могла так поступить. Я пообещала маме, что буду сильной и что все трудности, связанные с академией, не сломят меня. Но они ломали меня с треском, словно стёклышко, и терзали мою душу эти десять лет. И всё это время меня беспокоил вопрос: «Что послужило причиной нашего странного переезда?». А в голове крутились воспоминания.

Помню в тот год зима была снежная и морозная. Мама вернулась домой вся в снегу, меня тогда рассмешили её белые ресницы. За это она кинула в меня небольшую горку снега с одежды, заливисто смеясь, а затем подарила небольшую раскраску в знак извинения за свою задержку на работе. Я поблагодарила её, поцеловала в щелчку и побежала за стол в гостиной, чтобы поскорее начать раскрашивать различные картинки бабочек, цветочков. Мне было десять, и я обожала, когда попадались изображения с волшебниками. Я всегда думала, что владеть магией это здорово, и все проблемы можно решить с помощью неё по щелчку пальца. В этот момент в комнату зашла мама, взглянула на мои творения и приятно похвалила, хотя тогда я часто выходила за контур. Это не сильно портило рисунок, но к себе я была категорична. Именно поэтому я думала, что мама меня хвалит ради поддержки, а не за действительно хороший результат. Мама взглянула на почтальона, которого я раскрашивала в тот момент, и вдруг вспомнила, что ей сегодня пришло какое-то «странное», как она выразилась, письмо. Нам с мамой стало очень любопытно узнать, что же в нем написано, и мы решили его открыть.

— Милая, поднимись, пожалуйста, к себе и собери вещи. — неожиданно сказала мама, прочитав письмо. Ее голос был обеспокоенным и тревожным.

— Зачем, мам? — заволновалась я.

— Я тебе всё позже объясню, милая. Иди собираться. Сегодня мы с тобой переезжаем.

Я очень хотела узнать причину всей этой неразберихи, но все-таки послушно отправилась собирать вещи. Забирая свои игрушки, я горько заплакала. Мне стало жалко уезжать из родного города, уезжать от друзей. Я даже не могла с ними попрощаться, и от этого было ещё обиднее. Совсем скоро ко мне поднялась мама, крепко обняла меня и дала мне время выплакаться. Когда я немного успокоилась, мама вытерла мокрые дорожки под моими глазами, поцеловала в макушку и повела меня в машину.

Только через два дня мы добрались до небольшого приморского города «Ма́рэ», о котором до этого я была лишь наслышана. Мама попыталась объяснить причину нашего переезда. Она долго подбирала слова, часто запиналась, поэтому хорошего объяснения я так и не дождалась. В голове осталась только фраза: «Сегодня мы платим за ошибки прошлого». Сколько бы ни размышляла, я не могла понять её значения. И это не давало мне покоя.

Теперь я училась в академии. Но все мои надежды на отличное и спокойное обучение быстро превратились в иллюзии. Преподаватели не заботятся о нашем образовании здесь, а лишь бубнят себе под нос, не обращая внимания на всё то, что делают ученики. От такого безразличного, наплевательского отношения учителей многие студенты обрели сильное чувство вседозволенности. Самые отпетые держат в страхе ни в чем невинных ребят, отбирают деньги, устраивают потасовки. Мне это никогда не нравилось. Я защищала ребят, тем самым нажила себе врагов. И, к сожалению, я слишком поздно поняла, что слишком слаба, чтобы противостоять им.

В академии не осталось никого, кто мог бы помочь мне, все лишь проходили мимо, боясь гнева и издевательств. Всё что я могла, так это выплеснуть боль у себя дома, закрывшись в комнате, и никому её не показывать. Моя жизнь погрузилась во мрак и, казалось, из него мне уже никогда не выбраться. Словно болото он затянул меня в свои черные воды и, в конце концов, я погрузилась в него с головой. Но так было до встречи с Максом.

В тот день на улице ещё с раннего утра барабанил дождь, обещая хозяину кофейни скорую прибыль. В просторном и сумеречном зале пахло корицей, кофе и шоколадом. Я наблюдала, как промокшие люди бегут по лужам в сторону кофейни, как вдруг увидела знакомый силуэт. Это Макс… Недавно он попросил о встрече, сказав, что у него есть ко мне одна просьба. И на удивление я довольно быстро согласилась. Но теперь меня не покидало чувство тревоги. Макса я знала совсем мало. Меня не покидали мысли о том, что он может быть ещё одним дружком местной шайки. Может он захочет сейчас опозорить меня на глазах у десятков людей? Но всё же Макс не был похож на дебошира, и это дарило надежду. Красивый, высокий парень, одетый в аккуратно выглаженную рубашку и джинсы, волосы были хорошо уложены, хоть и намокли под дождем. Я ждала начала разговора, считая удары сердца. Нам принесли кофе, и на мгновение наступило неловкое молчание. Я никак не могла сконцентрировать взгляд, мои глаза бегали туда-сюда.