Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший

Главa 15

Сердце подскочило к горлу, я покрепче прижала к себе Джесси.

— В больницу пришел запрос от его величества, — медленно произнесла я. — С приказом отправляться к вам и…

— Боги, Грейс! — ласково произнес Ашер. — Ты так и не выучилась отвечать по делу, мямлишь, как на экзамене. Тебе это зачем? Отвечай коротко, я же просил.

Я растерялась. Его тон, мягкий и немного насмешливый, не вязался с привычно грубыми словами. Почему он так говорит со мной?

— Джесси, может, ты объяснишь мне ситуацию вместо своей мамы? — так же аккуратно спросил, почти промурлыкал, Ашер.

Он… он серьезно? Говорит таким тоном со мной, чтобы… чтобы не напугать Джесси?

Нет. Дело тут явно в чем-то другом. Просто быть не может, чтобы этот чурбан бесчувственный беспокоился о ребенке! Еще и о моем! Еще и о Джесси!

— По приказу его величества я…

— Ясно, — перебил Ашер. — Убирайся отсюда.

Тон его был таким, каким можно сказать, например: “Оставайся на чай”. Может, поэтому Джесси продолжал спокойно сидеть у меня на руках, а не убегал подальше, как часто делал, если видел рядом мужчину.

— Генерал Ашер, я вынуждена сказать, что, не получая надлежащего лечения, вы рискуете свести себя в могилу в течение ближайших нескольких…

— ВОН! — рыкнул он так громко, что я попятилась, а затем вдруг продолжил уже знакомым мне мурлыкающим тоном: — Закройте за собой дверь. Мортимер — проводите целительницу Уэйн и… и Джесси.

— Как прикажете.

Управляющий с крайне кровожадным видом повернулся ко мне, и я выпалила:

— Мне нужны деньги!

Повисла тишина.

Ашер в своем кресле не двигался. Я видела только его темноволосый затылок, перетянутый черной повязкой для глаз.

— Так. А это уже интересно. И для чего же тебе мои деньги, Грейс?

— А деньги бывают лишними?

— Мортимер, как только я досчитаю до трех — проводи целительницу Уэйн к двери, — ласково сказал Ашер.

— С радостью, ваша светлость.

Ашер помолчал.

— Что ж, три.

— Мне нужны деньги, потому что нам негде жить! — рявкнула я. — Наш дом заложен и нас выгонят на улицу, если я не отдам весь долг сегодня же. Вы довольны? Поэтому мне нужна работа у вас.

Перед глазами все поплыло, и я раздраженно шмыгнула носом, жалея, что у меня не хватает рук, чтобы смахнуть слезы с лица.

— И какая же… Сколько ты должна, Грес?

— Две… две тысячи.

— Серебром?

— Золотыми.

Ашер присвистнул, и мне захотелось подойти к нему ближе и отвесить подзатыльник.

— А ты по мелочам не размениваешься. И как же ты планировала добыть такую сумму?

— Его величество… обещал мне оплату за то, что я буду лечить вас.

— Как-то низковато он мое здоровье ценит, — подумав, сказал Ашер. — Две тысячи золотых, еще и нашел какую-то провинциалку с сомнительным образованием…

Провинциалку с сомнительным образованием?! Да я лучшее, что могло с ним случиться!

— Его величество обещал платить мне пятьсот золотых за каждый месяц лечения. И, если хотите знать мое мнение…

— Если хочешь знать мое мнение, Грейс, ты так же глупа, как во времена учебы, — ласковым тоном отрезал Ашер. — Или ты принципиально не пользуешься математикой? Если его величество обещал тебе всего пятьсот золотых в месяц, как ты рассчитывала найти уже сегодня две тысячи золотых?

Я сглотнула упрямые слезы и отвернулась, надеясь, что Джесси их не увидит.

Ни на что я не рассчитывала. Вернее, рассчитывала. На то, что этот дракон окажется хоть немного человеком и даст мне ссуду. А я потом верну ему все до последнего медяка из тех денег, что мне заплатит его величество.

Но я ошиблась.

Будь проклято это все!

Никогда в жизни не влезала в долги.

Никогда в жизни ничего не просила! Не стоило и начинать.

— Боюсь, мне пора идти, генерал Ашер. Постарайтесь сегодня побольше отдыхать.

Да пускай провалится этот дом вместе с Уэйном! Устроюсь на вторую работу — мы вполне сможем снять жилье. Пускай более скромное — но у кого не бывает сложных времен.

Справимся.

Я отвернулась к двери.

— Отдохнешь с тобой, Грейс. Мортимер.

— Да, ваша светлость.

— Принеси мне чековую книжку.

— Но ваша светлость…

— БЫСТРО!

Этого хватило Мортимеру, чтобы метнуться к стоящему в углу шкафу и, открыв его длинным фигурным ключом, вытащить оттуда небольшую продолговатую книжку.

— Прошу вас, ваша светлость.

Он протянул книжку Ашеру.

— А за чернилами и пером ты мне предлагаешь самому идти? Мортимер, не доводи до греха!

— Да, ваша светлость.

Ашер потянулся за книжкой здоровой рукой, но промахнулся на несколько дюймов, и книжка упала на пол.

— Мать его!

— Прошу прощения, ваша светлость!

— Перо и чернила принеси мне, потом будешь за все сразу просить!

Расписался в книжке Ашер довольно ловко, как будто мог видеть буквы.

Я в очередной раз поймала себя на том, что забываю о том, что он слеп, и задумалась, скольких усилий ему стоит такая непринужденность.

— Грейс, подойди. — Когда я послушалась, он протянул мне чек. — В банк сходишь сама. Я, как ты можешь видеть, слегка не транспортабелен.

Он постучал по подлокотнику кресла, и я закусила губу.

— Грейс, ты оглохла?! Чек бери, пока я не передумал. Мортимер, засуньте этот чек целительнице… Куда-нибудь засуньте, чтобы она его до банка донесла.

— Спасибо, я сама! — отшатнулась я и, опустив Джесси на пол, забрала чек.

Сердце забилось в горле, ощущение было таким, как будто я прикоснулась к святому Граалю, не меньше.

Цифры “2000” были крупными и разборчивыми. О том, что их писал незрячий человек, можно было догадаться только по тому, что он были расположены чуть выше графы, где должны быть написаны.

Несмотря на это… Это был чек! Мы были спасены!

— Так-то лучше. Вы свободны, Грейс. Больше не задерживаю. Джейсон. На прощание вы все же позволите пожать вам руку?