Целительница из другого мира

Глава 5

Когда я вырываюсь из крепких объятий тьмы, поглотившей меня после череды долгих разрозненных воспоминаний Ариеллы, то оказываюсь совершенно одна в комнате.

Алма, которая, как я теперь знаю из воспоминаний Ари, является няней, отсутствует. В комнате царит полумрак. Единственный источник света – восковые свечи. Их всего пять штук, но света они дают достаточно, чтобы рассмотреть всё вокруг.

Первым делом я прислушиваюсь к себе. Отмечаю лишь легкую усталость и голод, в остальном же чувствую себя превосходно. Ничего не болит. Голова не шумит. В глазах не двоится.

Наблюдения радуют, теперь я могу спокойно обдумать ситуацию, в которой непонятно как оказалась.

Я каким-то невероятным мистическим образом оказалась в другом мире – это факт. Никаких сомнений. Воспоминания Ариеллы не могут быть плодом моего больного или травмированного лестницей воображения. Я бы просто не смогла такое придумать. Те чувства, что я в полной мере испытала наравне с настоящей Ариеллой, реальны. До сих пор отголоски заставляют моё сердце сжиматься от жалости и обиды за по сути незнакомую мне девушку. Ведь кроме внешности нас с дочерью графа ничто не объединяет. Мы совершенно разные.

Ари – тихая, закомплексованная, ранимая и очень одинокая. Была такой. Арина же всегда могла за себя постоять. Я не склочная или дерзкая. Нет, я отношусь к спокойным и уравновешенным людям. Но только до тех пор, пока кто-то не пытается меня обидеть или задеть. Также я могу выйти из спокойного состояния из-за несправедливости. Никогда не могла спокойно смотреть, как кого-то незаслуженно обижают или унижают. Из-за этого в свое время не раз вступала в драки в школьные годы, защищая более слабых детей.

Я считаю себя борцом. Готовым сражаться, отстаивать свои права и убеждения до последнего вздоха. Ари же была слабой. Она не хотела бороться… А может, просто устала бороться… Не видела смысла. Ведь в конечном счете после всего пережитого она сдалась. Если верить словам няни, то Ари покончила с собой.

В моей голове до сих пор не укладывается, как она могла так поступить. Нет ничего ценнее жизни. Ничего! Так почему Ариелла так поступила? Что её на это сподвигло? Ответа у меня нет. Пока нет. Но я настроена узнать. Возможно, в этом мне помогут воспоминания самой Ариеллы, а может, придётся спросить о причине Алму. Она должна знать, почему её подопечная пошла на такой отчаянный шаг.

Почему-то для меня было очень важно понять, почему Ариелла лишила себя жизни.

Потом, я узнаю это потом… А сейчас мне нужно обдумать, что делать дальше. Как вернуться домой.

То, что я попала в другой мир, я приняла легко. Возможно, причина в воспоминаниях Ариеллы. А может, у меня просто такая крепкая психика оказалась. Неясно. Но как бы странно это ни было, приближения истерики я не чувствую.

Да мне страшно от неизвестности. Как абсолютно нормальный человек я опасаюсь нового незнакомого мира. Чужих людей, живущих по другим законам. Но впадать в истерику и захлебываться слезами не планирую. Слезами делу не поможешь. Надо включать голову и думать. Думать, как быть, что делать и как вернуться домой. А воспоминания, полученные от Ари, мне помогут продержаться до возвращения в свой мир. Никто не должен знать, что я не Ариелла Белфрад.

Первым делом мне предстояло структурировать и хорошенько обмозговать чужие воспоминания. Потому что сейчас в моей голове была каша из смешанных воспоминаний Ариеллы и Арины.

Я так глубоко ухожу в себя, что не сразу замечаю, как в комнату входит девушка. Воспоминаний о ней у меня нет, но если судить по заношенному, потёртому, хоть и вполне опрятному платью, то девушка, что сейчас испуганно замерла возле двери, является служанкой.

— Госпожа, простите… Я думала, вы отдыхаете, поэтому не постучалась… – опустив глаза в пол и прижав к груди глиняную кружку, тихо произносит девушка.

— Все в порядке, – все еще хриплым голосом отвечаю служанке. – Зачем ты пришла?

Кажется, мой голос звучит дружелюбно, но девушка отчего-то вздрагивает и сжимается. Её поведение так меня удивляет, что я, не сдержавшись, спрашиваю:

— Ты что, боишься меня?

Девушка бросает на меня быстрый опасливый взгляд. Секунду молчит, а потом отвечает:

— Вас — нет.

— А кого боишься тогда?

Что девушка боится, видно невооруженным взглядом. Её почти трясёт от страха и напряжения.

— Графа… и вашего брата, – еле слышно отвечает служанка.

А я облегченно выдыхаю. Почему-то мысль, что Ари могла жестоко обращаться со слугами, вызывает в душе протест и неприятие.

— Их здесь нет, так что ты можешь расслабиться, – приподнявшись и положив подушку под спину, говорю ей. – Это мне? – указав глазами на кружку в ее руках, спрашиваю я.

Служанка снова вздрагивает и неуверенно кивает.

Надо же, как граф и его сынок запугали прислугу, что та готова в обморок упасть от страха. Недовольно поджимаю губы, представив, что в ближайшем будущем мне придется с ними общаться.

— Что там? – снова обращаюсь я к замершей девушке.

— Ле… лекарство, – с дрожью в голосе отвечает она и снова опускает взгляд.

В этот момент у меня появляется жажда. Так хочется пить, что я даже рада, что девушка пришла.

— Давай свое лекарство. Как раз пить очень хочется, – доброжелательно говорю служанке и протягиваю руку.

Девушка реагирует не сразу. Она, словно борясь с собой, неуверенно приближается ко мне и передает в руки кружку с зеленоватой, приятно пахнущей травами жидкостью.

Сделав глубокий вдох, жмурюсь. Всегда любила травяной чай. Дома частенько пила.

Я только подношу кружку к губам, собираясь сделать щедрый глоток, как служанка бросается ко мне и вырывает из моих рук кружку, при этом расплескав немного лекарства на постель.

— Что… что ты делаешь? – удивленно спрашиваю у неё.

— Нельзя… нельзя пить, – дрожа, как лист на холодном ветру, отвечает она. Глаза девушки наполняются слезами, а губы начинают дрожать.