Целительница Печать забвения

Пролог

Милена бежала по узкому, вырубленному в скале коридору. Каждый шаг отдавался в висках глухой болью, но девушка старалась не обращать на неё внимания. За спиной раздавались крики. О, как же это плохо! Милена оглянулась и с ужасом заметила вдалеке огни факелов.

Сёстры-наставницы подняли тревогу быстрее, чем она надеялась.

Главное – не останавливаться!
Под рёбрами болело. Дыхание стало жестким, хриплым. Сердце стучало где-то в горле, а лоб взмок от пота.

Не останавливаться и не смотреть назад…

Девушка зажала в кулаке кожаный мешочек. То, что в нём лежало, и есть причина побега.

Печать Забвения…

Артефакт, который жрицы прятали в алтаре, под тремя замками и ментальным пологом. Артефакт, превращающий послушниц в послушных, пустых кукол.

Милена не знала, как ей удалось забрать кулон.

Может быть, потому что её считали пустым местом, бракованной? Младшая послушница, у которой ни дара, ни наследия.
Слишком ничтожна, чтобы обучать. Слишком глупа, чтобы доверять что-то действительно стоящее.

И эта ничтожность стала спасением Милены.
Выполняя грязную работу, словно служанка в господском доме, девушка смогла подобраться к алтарю.
Жаль, что жрицы заметили пропажу так рано…

Милена свернула в боковой проход и пригнулась, чтобы не удариться головой о низкий свод.

Здесь пахло сыростью и плесенью. Старая часть храма, которую давно забросили.

Стены покрывали выцветшие фрески, на полу ровные ряды деревянных дощечек. Послушницы обязаны слушать службу на коленях, склонив голову и закрыв ладонями лицо.
И ни в коем случае не смотреть на главного жреца, иначе…

Жрицы умели наказывать. И делали это с садистским удовольствием.

За престолом главная фреска с изображением жриц, облаченных в черные балахоны, и алтарь с жертвой, залитый кровью.

Вздрогнув, Милена поспешно опустила взгляд, лишь бы не видеть этого ужаса.
Она и так довольно много узнала из дневника Лины.

Единственная подруга погибла, будучи схваченной службой безопасности королевства. Об этом судачили сестры-наставницы, сетуя, что король слишком рьяно взялся за уничтожение культа полуденных жриц.

От Лины остался лишь дневник…

Её сломали, превратили в послушную куклу, а потом отправили на задание, откуда она уже не вернулась.

Сейчас тонкая тетрадь, исписанная аккуратным, мелким почерком, была надёжно привязана верёвкой к бедру. Как и несколько свитков с описанием древнейших ритуалов, которые удалось выкрасть пару дней назад.

Милена нашла дневник неделю назад, когда узнала, что Лина больше не вернётся.
В крошечной каморке на две кровати сложно что-то утаить, но Лине удалось спрятать дневник так, чтобы никто не нашел. Девушке просто повезло увидеть, как подруга что-то прячет под половицей у самой стены.

Дневник Милена читала по ночам, зажав рот рукой, чтобы не закричать. Страница за страницей.

Как стирают личность, как учат убивать, как заставляют ненавидеть себя. Последняя запись обрывалась на полуслове.

“Я больше не помню своего имени. Кажется, меня звали…”

И всё. Пустота.

Словно Лина исчезла, даже не успев дописать. От лучшей подруги осталась лишь тень.

Милена поклялась себе, что не даст им сделать с собой то же самое. Лучше смерть.

– Стой! – рявкнули позади. Звук отразился от каменных стен.
На миг Милене показалось, что стражницы нагнали её и вот-вот схватят за плечо.

Пробежав через небольшую дверь за престолом, она выскочила в просторный зал.

И на миг испуганно замерла, увидев, куда попала.
Тот самый ритуальный зал, где проводили обряды очищения. И где приносили в жертву Полуденной.

Каменный алтарь с цепями, прочно прибитыми по краям. Потемневший желоб, ведущий к каменной чаше.
И пятна… Тёмные пятна, въевшиеся в светлый камень.

– Стой, дрянь! - рявкнули сзади.
Милена вздрогнула, отводя взгляд от алтаря и бросилась к стене напротив, за гобелен.
Лина не обманула, там действительно оказалась дверь, ведущая к подземному ходу.

Милена застыла, с ужасом осматривая дверь. Ручка отсутствовала, а девушка понятия не имела, как её открыть.

– Нет-нет-нет…– испуганно шепча, Милена шарила руками по резьбе, пытаясь найти что-то, что откроет эту демонову дверь.

Топот уже слишком близко. Слишком…
Обернувшись, Милена с ужасом увидела, как в зал вбегают жрицы в чёрных рясах. Лица женщин были скрыты глубоким капюшоном. Но когда живёшь бок о бок много лет, начинаешь различать сестрёр по походке.
Мила знала, кто пришел за ней. Ренара и Мелли – такие же послушницы, как и сама Милена. И привратница Арэнта. Та, что проводит ритуалы очищения.
В её руке,практически полностью спрятанной балахоном, сверкнул ритуальный нож.

-- Верни артефакт, Милена, – голос Арэнты был вкрадчивым, почти ласковым. – Мы не причиним тебе вреда. Ты просто заблудилась и испугалась, верно? Верни, и всё забудется.

Всё забудется…

Милена задрожала от ужаса. Она знала, что означают слова привратницы.

Сотрут память, сломают волю.

Сделают послушной и “мёртвой”. Какой сделали в своё время Лину.

– Нет! - звонко выкрикнула Милена, но голос сорвался. – Не подходите!

Девушка прижалась спиной к стене, чувствуя, как холод камня пробирает до костей сквозь тонкое платье послушницы.

Жрицы приближались медленно и уверенно.
Как хищницы, которые уже поймали добычу, но решили немного поиграть.
Жертва уже загнана в угол. Уже не убежит.

– Отдай артефакт, Милена, - насмешливо обратилась к ней привратница, протягивая руку. – Отдай, ну же!

Мила сжала мешочек и даже почти протянула его привратнице.
Но в последний момент, сама не ожидая от себя, достала артефакт и надела на себя.

Артефакт сначала обжег холодом. А после стал нагреваться.

Спустя несколько секунд Милена вскрикнула и схватилась ладонью за артефакт, острым краем пропоров тонкую кожу.