Цена идеала

Глава 1. Скафандр из пластика и Chanel

Майя сидела в кафе «L'Aube» на набережной вместе с Дианой, Катей и Алисой. На столе ждал латте — остывший, с горьковатой плёнкой на поверхности, которую она терпеть не могла. Она сделала всего два глотка, но фото уже ушло в ленту: идеальная пенка, идеальный свет, подпись «Кофейная эстетика с любимыми». Три лайка появились, пока она морщилась от вкуса.

Она натянула дежурную улыбку, взяла телефон и привычными движениями открыла редактор. Нужно было приглушить насыщенность жёлтого, добавить немного «зернистости» для винтажного шика и, конечно, убрать едва заметную тень усталости под глазами.

— Слушай, — Диана лениво помешивала свой смузи, — мы завтра после школы едем в загородный клуб. Папа снял там домик с подогреваемым бассейном. Ты с нами?

У Майи на мгновение всё сжалось. Поездка в клуб означала новые фото в купальнике, чеки из ресторана и, главное, взнос «в складчину» на бензин и закуски. Минимум пять тысяч. У неё в кошельке было ровно триста рублей и проездной.

— Ой, Ди, я бы с радостью, — голос Майи звучал легко и беззаботно, — но мама записала меня на интенсив по французскому. Сама знаешь, как она помешана на моём поступлении в Сорбонну.

— Ну ты и ботанка, — хихикнула Диана, не заметив как Майя на секунду крепче сжала край стола. — Ладно, тогда в субботу встретимся в «Атриуме».

Через десять минут, попрощавшись с подругами и дождавшись, пока их такси бизнес-класса скроется за поворотом, Майя резко изменилась в лице. Маска «золотой девочки» сползла, обнажив бледную кожу и плотно сжатые губы. Она быстро пошла в противоположную сторону, прочь от залитых светом витрин бутиков.

Её путь лежал к окраине, где за старым парком притаился круглосуточный супермаркет «Грош». Внутри пахло залежалой капустой и дешёвым моющим средством. Майя прошла мимо касс к ряду железных ячеек для хранения вещей.

Ячейка №42. Ключ со старым пластиковым брелоком повернулся с противным скрипом.

Внутри, зажатый между стенками, лежал её «скафандр». Майя быстро зашла в тесную и грязную кабинку туалета. Сняла бежевый пиджак из тонкой шерсти — мягкий, тёплый, пахнущий домом. Аккуратно свернула его изнанкой наружу, уложила в пакет. На плечи легла тяжёлая, жёсткая куртка ядовито-розового цвета. Пластик противно скрипнул, когда она застегнула молнию. На груди красовался логотип «FoodRunner», который Майя заклеила куском чёрного армированного скотча — на всякий случай.

Она достала из ячейки массивные кроссовки на толстой подошве, сменив изящные лоферы на них. Последним штрихом стал шлем. Когда она защелкнула ремешок под подбородком, мир вокруг стал тише.

Теперь она не была Майей, дочерью (якобы) успешных юристов. Теперь она была Курьером №42.

Вдох. Выдох.

Майя вышла из «Гроша» и зашагала к гаражным боксам за магазином. Открыла ржавый замок, толкнула просевшую дверь. Её старый скутер стоял в углу, накрытый брезентом.

Она вывела его наружу. Мотор чихнул, выбросив облако сизого дыма, и Майя рванула с места. Вечерний воздух стал холодным, начал накрапывать мелкий, колючий дождь. Визор шлема мгновенно покрылся каплями, превращая огни города в расплывчатые пятна.

Дождь усиливался. Майя торопилась — за опоздание штрафовали на половину стоимости доставки, а ей позарез нужны были эти деньги на «французский интенсив», которого не существовало.

Она влетела в тёмную арку старого дома, решив срезать путь через дворы. Колесо скутера наехало на мокрую металлическую решётку ливневки. Руль дёрнулся, заднюю часть занесло. Майя почувствовала, как время растягивается — вот она ещё держится, вот уже понимает, что падает, и земля летит навстречу.

— Нет, нет, нет! — вскрикнула она, но было поздно.

Скутер с грохотом завалился на бок, проскользив пару метров по мокрому асфальту. Термосумка за спиной подскочила, и Майя почувствовала, как коробки с пиццей внутри перевернулись. Она сама упала на колено — под джинсами кожу обожгло болью.

В этот момент тишину двора разорвал резкий звук — металлический щелчок, а за ним ослепительная вспышка.

Майя подняла голову, щурясь от света. В пяти метрах от неё, прислонившись к кирпичной стене, стоял парень в тёмном худи. В руках он держал старый фотоаппарат.

— Ты... ты снимал это? — голос Майи дрожал от боли и злости. — Удали! Слышишь?

Парень опустил камеру. В тусклом свете уличного фонаря Майя увидела его лицо — спокойное, с чуть прищуренными глазами и какой-то странной, понимающей полуулыбкой.

— Я не снимаю цифру, курьер. Это плёнка. Её нельзя удалить.

Он сделал шаг вперёд, и тусклый свет упал на его лицо. Сердце пропустило удар.

Ян Тенишев.

Она видела его сегодня. Он сидел за соседним столиком в «L'Aube» и читал какую-то книгу, пока она позировала Диане. Новенький из параллельного класса, который вечно сидел на задних партах и игнорировал её сторис. Тот, кого не замечаешь, пока он сам не захочет.

— Извини, — спокойно ответил он. — Но ты в этом дождевике на фоне серых стен выглядишь как оживший персонаж из киберпанка. Очень... по-настоящему.

По-настоящему.

Слово хлестнуло сильнее пощёчины. Её «настоящее» — это розовый балахон, разбитое колено и перевёрнутая пицца. То, что она прятала от всех.