Цена измены

5.

Заявление приняли сразу, по телефону, и сразу включились в работу. К школе подъехала группа оперативного реагирования. Был поднят личный состав. Никаких «ждите трое суток». Наверное, потому что маленький, подумал Дементьев. Хотя вообще он понятия не имел, как устроена работа полиции. Но боялся в душе, что наткнется на формализм и равнодушие, на очередное «погуляет и придет».

Следак – или кто он там, Никита не знал, не расслышал, но для себя так его обозначил – сначала задавал вопросы ему, охраннику, директрисе, Митиной учительнице, Оксане Викторовне, которая тоже вскоре примчалась. Спрашивал монотонно, но дотошно: почему ребёнок остался один, в чём был одет, что имел при себе, какие приметы, когда и кто видел ребенка последним.

– Света… Светлана Ивановна, воспитатель продлёнки, она у нас новенькая… – нервничая, оправдывалась директриса. – Девочка совсем, третий курс пединститута. Квалифицированных педагогов сейчас катастрофически не хватает. Вот и приходится принимать студентов. А вы, Оксана Викторовна, вы ведь подходили к мальчику?

Учительница стрельнула быстрым, испуганным взглядом в следователя, потом виновато посмотрела на Дементьева.

– Простите, пожалуйста, если б я знала… Я просто спешила… опаздывала. У меня была запись к врачу на пять двадцать. Да и кто бы мог подумать? Он же тут сидел, в школе. Я спросила Митю. Он сказал, что за ним сейчас придут.

– Вы могли бы Свету позвать, спросить с неё! – злилась директриса.

– Так, – прервал их следователь, сосредоточенно заполнявший бланк, – разборки, кто больше виноват, оставьте на потом. Сейчас, по горячим следам, локализуем район и ищем ребёнка.

Затем обратился к Дементьеву:

– Раньше он убегал из дома? Ну или задерживался в гостях, гулял допоздна?

– Нет, никогда. Митька вообще у нас домашний. Инна, ну то есть жена, его даже за хлебом в магазин боялась отпускать одного. Ну, там… через дорогу просто надо… Гулял он только на площадке… И ещё… он не мог пойти с кем-то чужим. В смысле, сам, добровольно. Мы с детства учили его с чужими не разговаривать. Даже было такое, что к нему кто-то из посторонних взрослых обращался. Да на той же площадке чья-нибудь мамаша. И Митька сразу отбегал. Он вообще у нас послушный, сообразительный… Он не м-мог…

Голос дрогнул. В груди будто заколотилось что-то живое, болючее.

– А мог он к кому-нибудь пойти, кого вы знаете? Родственники там, друзья, соседи? Проверим их в первую очередь.

– Из родственников только родители жены. Но они живут на Карла Маркса, далеко от школы. Да и Митька никогда бы не пошёл к ним один. Хотя бы потому, что до дома ближе.

– Надо отрабатывать все варианты, даже те, которые кажутся бредовыми. Позвоните родителям жены.

Дементьев вышел в коридор. Набрал Инну.

– Позвони своей матери, спроси, не у неё ли Митя, – попросил.

– Значит, его не нашли ещё? – горестно простонала она. – Господи, где он…

– Ищем. Инна, позвони. Прямо сейчас. Может, Алла Арнольдовна…

– Она была тут! Ушла в шестом часу. И она бы мне обязательно позвонила!

– Она была у нас?

– У меня, – зло поправила Инна.

– Тогда тем более! Она могла по дороге его встретила. Взять с собой.

– Она бы…

– Да она могла назло мне что угодно… Слушай, просто позвони, а?

Инна сбросила вызов, но через минуту перезвонила.

– Мити у нее нет и не было.

– Она не могла соврать?

Инна судорожно выдохнула, потом произнесла:

– Если бы ты сейчас её слышал, ты бы понял, что она не врёт.

Никита вернулся в кабинет директора. Молча качнул головой на вопросительный взгляд следователя.

– Ясно, – хмурясь, кивнул он. – Послушайте. Мы, конечно, подключим все силы. Прочешем район. Обойдем соседей, одноклассников. Магазины, какие есть по близости. Опросим ваших знакомых, возможных свидетелей, прохожих, жителей окрестных домов. Может, кто что видел, помнит… Проверим подъезды, подвалы, гаражи, заброшки, канализационные люки. Ну и наружные камеры посмотрим, где есть. От вас мне нужна свежая фотография ребёнка, какие-то его личные вещи… Телефона у него, как я понимаю, не было?

– Нет.

– Ноутбук, компьютер? Все же сейчас игроки.

Дементьев качнул головой. И нехотя добавил:

– Митька да, тоже играл во что-то… иногда, но на моем компьютере. А я его забрал… Я… Мы с женой не живем вместе.

Директриса не сдержалась, выгнула бровь. Оксана Викторовна отвела взгляд. А следователь, наоборот, посмотрел на него внимательно и задумчиво прищурился:

– Давно не живете?

– Чуть меньше месяца.

– К вам он отправиться не мог?

– Нет. Митя не знает мой новый адрес.

– Мда… – протянул следователь, повертев в пальцах ручку. – То есть обстановка, как я понимаю, дома была не очень?

– Нормальная обстановка, – вспыхнул Дементьев.