Цена измены - моя любовь

7.

Юля

Щелкает замок на входной двери. Лар дома.

Вчера от волнений я буквально вырубилась. Усталость накрыла так сильно, что мне даже не снились сны. И когда я проснулась, была уверенна, что Лар уже вовсю крутиться, суетится рядом. Но нет.

Моего мужа не было дома.

По шагам слышу, как неспешно он проходит внутрь. Где он был всё это время? С ней? Там лежал отдыхал, или снова они занимались…

— Юля, — слышу голос Лара.

Уставший, хриплый как будто он кричал на футбольном матче. Но мой муж не любит футбол.

— Юля! — повторяет тон.

А я молчу. Не хочу ему отвечать.

Я и видеть-то его не хочу, но знаю, что разговора не избежать.

Я так опустошена. Во мне не осталось эмоций. Во сне все испарились. И теперь внутри меня пустота. Ледяная, пугающая, пожирающая всё на своем пути.

Заходит на кухню. Я смиренно сижу за столом, перед все тем же накрытым столом. Все блюда обветрились. Не дождались, впрочем, как и я.

Лар устало вздыхает и осматривает обстановку. Да, дорогой ты забыл, и я уже об этом знаю.

— Так и будешь молчать? — спрашивает он.

А где мое прости? Его все еще нет. Я знаю он просто такой человек. Никогда не отступит от своей цели и никогда не переступит свою гордость.

И от этого мне лишь больней. Всё внутри сжимается.

— Послушай, Юля, милая моя, родная, — начинает говорить слишком быстро и подходит ближе. — Да я оплошал, я... — сжимает кулаки. — Этого не повторится.

Молчу в ответ. Не смотрю на него. Опустила голову вниз и взгляд в пустоту. Просто смотрю в никуда, но только не на него.

Он был центром моего мира, а теперь мой мир преуспешно рухнул. И не осталось ничего.

— Я знаю, что причинил боль, и оправданий у меня даже нет, — говорит Лар, сжимает телефон в руках.

Нервничает. Начинает расхаживать по кухне из стороны в сторону.

— Но я готов на всё, ты только скажи, что мне сделать…

Удавиться? Сгинуть? Исчезнуть? Сердце выходит из этого ступора и начинает биться сильней. Вот только это не те эмоции, которые я бы хотела сейчас прочувствовать. Я ведь ждала и также волновалась, чтобы сообщить новость о беременности. А теперь мне тошно. Отвратительно смотреть на мужа. Грязный. Предатель. И ведь это даже не самое страшное.

Молчу. Не шевелюсь.

— Юля, да еб твою… — злиться, но вовремя останавливается, не договаривает.

Смотрю на него со злобой. Только не надо затрагивать больную тему. Он сразу понимает. Но уже поздно. Внутри меня все кипит. Сжимаю губы плотно. Дышу глубоко.

И я ненавижу этого мужчину передо мной!

— Вот так, — ухмыляется самодовольно. — Давай же скажи что-нибудь. Ответь. Наори! Толкни! Разбей! Что угодной.

Так вот чего он хочет. Подтверждения моих чувств. Вывести меня на эмоции. Нет! С меня хватит. Я в его игры больше не играю.

Мысленно веду счет, чтобы успокоиться. Расслабляюсь и снова отворачиваюсь от Лара.

Чувствую его гневный взгляд. Тяжело дышит. Наполняется злостью. Он вспыльчив. И, кажется, уже на пределе.

— Ты думаешь, мне легко в этой ситуации? — буквально орет на всё помещение. — Мне тоже тяжело, Юля! Я весь извелся. Я ведь не хотел… так получилось.

— Серьезно?! — вскрикиваю в ответ. — Так получилось, что ты залез на незнакомую бабу? Вот прям так нечаянно, чисто мимо проходил, поскользнулся…

Черт! Сорвалась. Снова вывел меня из себя.

Ну почему я всегда так реагирую? Почему не могу просто послать всё это.

Прикусываю губу до крови. Так мне и надо. Просто не реагируй Юля, забудь…

— Ненавижу тебя, — цежу сквозь зубы.

Замирает на месте. Смотрит на меня таким взглядом, который я еще прежде не видела. Не могу понять. Там не злость, там… испуг. Илларион впервые чего-то боится. И это моя ненависть?

— Не говори так, — произносит требовательно, громко. Подходит ближе. — Никогда так не говори. Юля я…

Не даю ему договорить:

— Ненавижу, — повторяю сначала тихо, а потом все громче: — ненавижу! Ненавижу! Ненавижу тебя!

И это правда. Меня начинает трясти. Слезы подступают. Надо держаться, не показывать слабость, но не могу. Слезы просто льется по щеке. Не останавливаются. А все потому, что я его ненавижу. Ненавижу его предательство.

— Милая, любимая, — шепчет буквально дрожащим голосом Лар и обнимает меня крепко, а я начинаю рыдать. — Родная, нам просто надо это пережить. Я понимаю, что налажал, по-крупному, я все исправлю. И этого никогда не повторится…

Гладит меня по спине и целует в макушку. А мне от этого только хуже. Такое теплое знакомое прикосновение и его запах тела такой родной. Но я просто не смогу простить. Я ведь себя знаю. И снова рыдаю еще сильней . А он сжимает объятия.

Стоим так с ним слишком долго. Я немного успокаиваюсь и отталкиваю Лара от себя слегка.

— А знаешь, твоя измена это не само страшное, — говорю я тихо и вытираю слезы рукой. — Я ведь смогла бы, наверное, простить. Когда-нибудь… Мы с тобой не очень хорошо начали отношения. И я, наверное, всегда была готова к такому развитию событий.

Лар изумленно смотрит на меня. Молчит, слушает. И не понимает.

— Намного сильней меня задело то, что ты выбрал не меня. Ты выбрал работу, сделку, деньги, власть, алкоголь и… — вдыхаю, чтобы это произнести. — И выбрал ее, просто секс. Всё что угодно. Но только не меня, не нас.

Говорю это всё с такой усталостью, хочется закрыться в комнате и снова провалиться в сон. Всё это меня настолько сильно выматывает.

— Не понимаю, — отвечает Лар.

Конечно, не понимает. Да кто бы сомневался. Не хочу продолжать разговор. Еще немного и я просто потеряю сознание. Нельзя Юля. Надо держаться ради малыша. И сейчас я твердо решила, что о ребенке я ему не скажу. Не хочу, чтоб именно этим он манипулировал. А он будет, я знаю.

— А что тут непонятного, — разворачиваюсь и иду к гостевой комнате.

Спасть сегодня с ним в одной кровати. Ну уж нет.

Я вообще не знаю, что мне теперь делать.