Цена короны. Разрушенная истинность

Глава 4

Дни сливались в череду унизительных мелочей. Двор чуял слабину и испытывал меня на прочность. Каждое утро начиналось с битвы за элементарное.

Сегодняшним утром в кувшине для умывания оказалась ледяная, почти замерзшая вода. Служанка, подавшая ее, смотрела в пол с тупым выражением, бормоча что-то о нерадивых кухонных мальчишках. Я промолчала, стиснув зубы, умылась, ощущая, как лед обжигает кожу.

За завтраком подали пересоленную овсянку и черствый хлеб. Айрин, встретившись со мной взглядом, без слов направилась на кухню устраивать разнос. Я остановила ее жестом. Жаловаться, значит показывать, что они задели. Я молча отодвинула тарелку и принялась за чай, словно ничего не произошло. Унижение пылало у меня внутри раскаленным углем.

Выйдя в сад подышать, я наткнулась на группу фрейлин, включая дочь герцога Лисандра, Элину. Они сидели на скамейке, громко восхищались каким-то новым веером королевы Алисии, из страусиных перьев, с рубиновой застежкой, подарком от самого императора Экзотии.

— Ни у кого такой больше нет, — томно вздыхала Элина, — настоящее искусство. Нынешняя мода такая… простая. — Она бросила взгляд в мою сторону, полный сладкой ядовитости.

Я прошла мимо, гордо вскинув подбородок, но каждый их шепоток, каждый сдержанный смешок вкалывался в спину иглами. Они сравнивали. Они напоминали. Я была временной помехой, дурным вкусом короля, который все равно скоро пройдет.

Самым тяжелым оказался совет по поводу предстоящего бала в честь зимнего солнцестояния. Граф Веймар, муж вчерашней «доброжелательницы», со сладкой улыбкой предоставил мне на утверждение список гостей и распорядителей торжества.

— Все проверенные кадры, Ваше Величество. Люди, которые при королеве Алисии делали подобные праздники истинными жемчужинами сезона. Мы подумали, вам будет удобнее не менять устоявшийся порядок.

Это была идеальная ловушка. Согласиться, значит расписаться в своей некомпетентности и остаться в тени предшественницы. Отказаться и назначить своих людей, прослыть выскочкой, которая рушит все подряд из глупого упрямства, и взять на себя полную ответственность за возможный провал.

Я медленно перелистывала пергамент, чувствуя, как на меня смотрят десятки глаз. Драган наблюдал с трона с каменным лицом, давая мне сделать выбор.

— Граф Веймар, вы совершенно правы, — сказала я, и в зале выдохнули с облегчением. — Опыт этих людей бесценен. — Я сделала паузу, наслаждаясь мгновением, пока их лица начали расплываться в самодовольных улыбках. — Поэтому мы оставим их… но в помощниках. Главным распорядителем бала я назначаю леди Айрин.

В зале взорвался гул возмущения. Айрин, стоявшая у моего трона, побледнела как полотно.

— Но… Ваше Величество! Она дочь простого рыцаря! Она не знает придворного этикета в таком объеме! — возмутился Веймар.

— Именно поэтому, — холодно парировала я. — Она не заражена вашими «устоявшимися порядками». Она обладает умом и, главное, абсолютной мне преданностью. А это сейчас куда важнее, чем умение правильно рассаживать герцогов по ранжиру. Она будет учиться. А вы… — я обвела взглядом онемевших советников, — будете ее учить. И отвечать за каждый ее промах, как за свой собственный. Понятно?

Мне не ответили. Ответом была гробовая тишина. Я только что не просто назначила простолюдинку. Я перевернула всю систему ответственности с ног на голову, сделав их заложниками успеха моей протеже. Их ненависть стала почти осязаемой.

Позже, в своих покоях, я пыталась успокоить дрожащую Айрин.

— Я не справлюсь, Ваше Величество! Они меня съедят заживо!

— Нет, — я сжала ее руку. — Потому что если они съедят тебя, следующей главной распорядительницей станет… дочь герцога Лисандра. Элина. И они это прекрасно понимают.

Айрин смотрела на меня с ужасом и обожанием. Я использовала ее как пешку. И она это знала. И я знала. Такова была цена выживания.

Вечером, разбирая бумаги, я нашла среди них маленький, ничем не примечательный свиток. В нем был набросок карикатуры: я в короне, слишком большой для моей головы, а Айрин в роли шута пытается подпереть мой трон, который вот-вот рухнет. Подпись: «Новая эра великих решений».

Я медленно скомкала пергамент в руке. Холодный пепел обиды и гнева медленно заполнял меня. Они не унимались.

В дверь постучали. Вошел камердинер.

— Ваше Величество, к вам просится мастер парфюмер. Говорит, по личному распоряжению Его Величества, должен предложить вам новые ароматы.

Я кивнула. Пожилой мужчина вошел, неся лаковый ларец. Он разложил передо мной флаконы с изысканными жидкостями, описывая каждый: «Слеза феникса», «Дыхание сапфира», «Поцелуй тени»…

Я механически пробовала их, почти не слушая. Пока он не подал последний – маленький, из темного стекла.

— А это, Ваше Величество, особый состав. «Душа дракона». Редкие благовония с Восточных островов. Его Величество лично отобрал его для вас.

Что-то дрогнуло во мне. Личный выбор Драгана. Возможно, единственная искренняя уступка за весь день. Я взяла флакон, собираясь нанести каплю на запястье.

Но рука мастера вдруг дрогнула. Легкий, едва уловимый страх мелькнул в его глазах. Он слишком профессионально скрыл это, но я уже научилась ловить эти мгновения.

Я остановилась.

— Вы пробовали этот аромат сами?

— О, нет, Ваше Величество! Он предназначен только для вас! — он почти выхватил флакон из моих рук, и его пальцы сжались вокруг него с неестественной силой.

Ледяная волна прокатилась по моей спине. Личный выбор Драгана… или изощренное оскорбление? Что скрывалось в этом флаконе? Духи, на которые у меня аллергия? Средство, чтобы вызвать сыпь накануне бала? Или нечто более страшное?

Я отодвинула флакон.

— Оставьте. Я подумаю.

— Но Его Величество настаивал…

— Я сказала, подумаю! — в голосе дрогнули стальные нотки.

Охваченный паникой, парфюмер схватил свой ларец и почти выбежал из покоев.

Я осталась одна с рядами прекрасных флаконов. И с одним, самым дорогим и желанным, который мог оказаться ядом. Довериться ли чувству, что это подарок от Драгана? Или инстинкту самосохранения, кричащему об опасности?