Цена короны. Разрушенная истинность

Глава 5

— Айрин!

Дверь распахнулась почти мгновенно, словно фрейлина не отходила от нее ни на шаг. Ее широко раскрытые глаза выдали тревогу, она слышала мой повышенный тон с парфюмером.

— Ваше Величество? Что случилось?

— Закрой дверь на засов. И принеси мне сундук с… моими старыми книгами. Ту, что с железными уголками.

Понимание мелькнуло в ее взгляде, сменив испуг на решимость. Она кивнула и скрылась в гардеробной, откуда донесся звук передвигаемого тяжелого ящика. Через мгновение она вернулась, неся массивный, потертый кожаный фолиант с потрескавшимся переплетом и тусклой металлической фурнитурой – мой гримуар.

Мы молча перетащили книгу на массивный дубовый стол. Пыль, поднявшаяся с ее страниц, закружилась в воздухе, пахнущая временем, сушеными травами и старой магией.

— Он что-то подмешал? — прошептала Айрин, с ужасом глядя на злополучный флакон.

— Узнаем сейчас.

Я откинула тяжелую крышку гримуара. Страницы, испещренные знакомыми причудливыми символами и рецептами, зашелестели под моими пальцами. Память, долго дремавшая в глубинах сознания, оживала, направляя меня.

— Ищем раздел о распознавании скверны, — пробормотала я, листая пергамент, пожелтевший от времени. — «Змеиный яд»… «Соки мандрагоры»… Вот! «Скрытые умыслы: яды, порчи и оскверненные субстанции».

Айрин, затаив дыхание, вглядывалась в непонятные ей знаки. Я нашла нужный ритуал — простой, но эффективный. Требовалась лишь капля проверяемой жидкости, чистая вода и щепотка кристаллической серы.

— Воду и серу, — скомандовала я, не отрываясь от текста.

Айрин метнулась к камину, где в небольшой жаровне всегда тлели угли для разогрева чая, и достала крошечный сосуд с желтоватым содержимым. Чистую воду она налила из графина в серебряную пиалу.

Мои пальцы слегка дрожали, когда я капнула из темного флакона в воду. Прозрачная жидкость не изменилась. Затем я бросила щепотку серы. Произнесла заклинание.

Тишину в покоях разорвало тихое шипение. Вода в пиале помутнела, затем приобрела мутно-зеленый, болотный оттенок. На поверхности начали появляться и лопаться пузырьки, издавая слабый, но отчетливый запах гниющего мяса. Затем, в центре, жидкость стала густой и маслянистой, и на ее поверхности проступило жуткое подобие узора, словно кожа, покрытая струпьями и язвами.

Айрин ахнула, отшатнувшись.

— Матерь Богов… Что это?

Я ненавистно смотрела на мерзкое зрелище.

— Не смерть, — прошептала я, всматриваясь в узор. — Позор. Болезнь, что обезобразит, но не убьет. Чтобы я не смогла появиться на балу. Чтобы все увидели мою «нечистоту» и отвернулись. Чтобы Драган… — я замолчала, сглотнув ком в горле.

Он увидел бы меня уродливой, покрытой язвами, объектом насмешек и отвращения. И даже его интерес не выдержал бы такого испытания.

— Надо немедленно доложить королю! — решительно заявила Айрин, уже поворачиваясь к двери. — Он…

— Нет! — мой голос прозвучал резко, как удар хлыста. Айрин замерла. — Ни слова. Никому. Особенно ему.

— Но, Ваше Величество…

— Это моя война, Айрин. И если я побегу к нему за защитой при первой же опасности, я никогда не буду для него ничем иным, кроме как хрупкой безделушкой. Игрушкой, которую нужно оберегать. Они должны бояться меня. А не его гнева надо мной.

Я снова обратилась к гримуару, листая страницы с новой целью. Месть должна быть точной. Безупречной. Неоспоримой.

И я нашла его. Заклинание Истины. Древнее, сложное, пожирающее огромное количество сил. Оно не заставляло говорить правду, оно срывало все покровы, обнажая истинную суть человека перед тем, на ком было сосредоточено. Он не смог бы солгать. Не смог бы скрыть свой страх, свою алчность, свое предательство. Все его темные секреты вышли бы наружу, как только наши взгляды встретились бы после произнесения заклятья.

Но цена… Заклинание можно было использовать лишь однажды в полнолуние. После него я бы обессилела, возможно, на несколько дней, став уязвимой. Это был весь мой резерв, вся накопленная сила, потраченная в одном всплеске.

Я указала на строку Айрин.

— Вот что нам нужно. Но нам потребуется подготовка. И идеальный момент.

Я посмотрела на зловещий флакон, потом на гримуар.

Кто-то при дворе попытался не просто унизить меня, а отравить. И теперь этот кто-то должен был узнать, что играть с ведьмой – смертельно опасно.

— Принеси мне чернила из сока чернильных орешков и новое гусиное перо, — тихо сказала я Айрин. — И запоминай каждую деталь визитов. Имена. Каждое слово, что они скажут.

Она преданно посмотрела на меня.