Цена лжи

Глава 1

Мы с Аллой шли по дорожке студенческого городка. Она, как всегда, болтала без умолку — на этот раз о грядущей межвузовской спартакиаде и о том, как её команда по лёгкой атлетике готовится к отборочным. Я слушала вполуха: в голове крутились мысли о тренировочном плане для ребят из «Тенниса без границ», о том, где найти ещё пару ракеток, и о письме в городской спорткомитет, которое я никак не решалась отправить.

Мне двадцать, я учусь на третьем курсе Института физической культуры и спорта по специальности «Спортивная тренировка». Я — мастер спорта по теннису, не раз занимала призовые места на региональных соревнованиях. Моя заветная мечта — открыть собственную теннисную академию для детей из малообеспеченных семей.

— Оль, ты меня вообще слышишь? — Алла остановилась и развернула меня к себе. — У тебя опять этот взгляд «я в облаках».

— Прости, — я улыбнулась. — Задумалась. Что ты говорила?

— Я говорила, что у нас новости! — Она достала телефон, нашла сообщение в групповом чате. — Смотри.

На экране — скриншот письма от деканата:

Уважаемые студенты!

В четверг, 19 октября, в 14:00 в конференц‑зале института состоится встреча с начальником управления по делам молодёжи города — Русланом Олеговичем Воронцовым.

Тема: новая городская программа «Молодёжь в движении» и возможности для студенческих инициатив.

Приглашаются:

— лидеры спортивных клубов и сборных;

— организаторы межвузовских турниров;

— авторы социальных проектов в сфере ЗОЖ.

Просьба подтвердить участие до 17 октября.

— Ого, — я замерла. — Воронцов… Это же он курирует гранты на спортивные проекты!

— Именно! — Алла хлопнула в ладоши. — Ты со своим «Теннисом без границ» как раз в тему. Тебя точно позовут.

— Да, но… — я замялась. — Это же не просто презентация. Это шанс. А у меня до сих пор нет чёткого плана по расширению. Только наброски, сметы, идеи…

— Так займись! — Она взяла меня под руку и потянула к главному корпусу. — У тебя два дня. Собери все цифры, распечатай фото с тренировок, подготовь короткую речь. Ты же знаешь: если хочешь, чтобы тебя заметили, надо быть готовой на все сто.

Мы поднялись по ступеням, и я невольно замедлила шаг у доски объявлений. Там уже висел официальный плакат: портрет Воронцова в деловом костюме, логотип программы, дата и время. Он выглядел строго, но не сухо — в глазах читалась энергия человека, который привык добиваться своего.

— Страшно? — спросила Алла, заметив мой взгляд.

— Не то слово, — призналась я. — Но если он действительно раздаёт гранты, это может изменить всё. Представляешь, вторая площадка, новые тренеры, инвентарь… Дети, которые сейчас ждут в очереди, наконец получат шанс.

— Значит, действуем, — Алла решительно открыла дверь в институт. — Сегодня вечером — мозговой штурм. Завтра — доработка документов. В среду — репетиция выступления. И в четверг ты войдёшь в тот зал как человек, который знает, чего хочет.

Я глубоко вдохнула. Где‑то в груди разгоралось знакомое чувство — смесь тревоги и азарта. То самое, что всегда толкало меня вперёд: к новым тренировкам, к новым идеям, к тому, чтобы не просто мечтать, а делать.

— Ладно, — сказала я, переступая порог. — Начнём.

Мы с Аллой разбирали материалы и составляли черновик презентации. Работа шла медленно: то не хватало актуальных фотографий с тренировок, то цифры в смете не сходились с реальными ценами на инвентарь. Алла терпеливо выслушивала мои сомнения, подбадривала и предлагала новые идеи.

— Как там дела у Никиты? — спросила подруга, откладывая в сторону распечатки.

— Всё так же… Нужную сумму ещё не нашли, — горько вздохнула я.

Никита — мой шестнадцатилетний брат, талантливый баскетболист юношеской лиги. Во время важного матча он получил тяжёлую травму: разрыв связок и перелом коленной чашечки. Врач поставил жёсткий диагноз: без комплексной реабилитации (повторная операция, курсы ЛФК, механотерапия, физиопроцедуры) Никита рискует навсегда потерять подвижность колена и мечту о большом спорте.

Стоимость полного курса — около миллиона рублей.

А с зарплатой моих родителей неизвестно, через сколько лет мы соберём нужную сумму. Мама работает младшим библиотекарем в районной библиотеке. Папа — водитель маршрутного такси.

— Жалко так его… — сказала подруга, глядя на меня с сочувствием.

— Не то слово. Нам поможет только чудо…

— Или лям, упавший с небес, — попыталась пошутить Алла, но шутка вышла горькой. Мы обе знали: чудес не бывает. Есть только работа, упорство и шанс, который нельзя упустить.

Я посмотрела в окно: за стеклом кружились листья, словно напоминая, что время не ждёт. Никита не может ждать. Каждый день промедления — это шаг назад от его мечты, от возможности снова выйти на площадку. Если бы я могла ему помочь… Если бы нашла способ…