Цена мечты

19

Глава 19: Призрак прошлого и тень ревности

Семейная жизнь Насти и Игоря началась в атмосфере странного, напряжённого покоя. Тарасовка стала их общим проектом. Настя с головой ушла в её восстановление, чувствуя, как с каждым новым кирпичом, с каждым высаженным деревом возвращается не только честь её рода, но и что-то внутри неё самой. Игорь поддерживал её во всём, предоставляя любые ресурсы. Он был настоящим хозяином, контролировал каждый аспект их жизни, но делал это с некой новой, почти нежной властностью. Настя чувствовала себя защищённой, словно в крепости, построенной специально для неё.

Их отношения в спальне оставались такими же яростными и требовательными, но в них появилось и что-то ещё. Игорь не пытался больше сломать её, а скорее показать ей, что он единственный, кто может выдержать её огонь и дать ей столько же в ответ. Настя, в свою очередь, позволяла себе быть более открытой, хотя и не признавалась в этом даже самой себе. Она по-прежнему не называла это любовью, но признавала, что он был единственным мужчиной, способным вызвать в ней такой ураган чувств.

Однако, даже в этой золотой клетке, Настю не оставляли призраки прошлого. Сергей. Он по-прежнему находился в реабилитационном центре, и Настя продолжала навещать его, несмотря на его просьбы. Она видела, как он медленно угасает, его талант, его душа словно покидали его тело. Лена была рядом, поддерживая его, но и её силы были на исходе. Настя приходила к ним не как любовница, а как друг, как свидетель чужой трагедии, которая так остро напоминала ей о её собственных упущенных возможностях. Она знала, что Сергей был единственным мужчиной, которого она действительно любила, без выгоды и расчёта, без цинизма и игр. Это была та чистая, первая любовь, которую она подавила в себе ради своих амбиций, и теперь она видела, что заплатила за это слишком высокую цену.

Однажды вечером Настя вернулась домой после очередного посещения Сергея. Она была опустошена. Усталость и боль от увиденного давили на неё. Игорь ждал её в гостиной. Он поднял взгляд от бумаг, и его глаза, обычно непроницаемые, внезапно потемнели. Он видел её состояние, видел боль в её глазах. И он знал её причину.

— Где ты была, Настя? — его голос был низким, в нём слышалась сталь.

Настя сняла пальто, стараясь выглядеть спокойной.

— У Сергея.

Игорь медленно встал. Его взгляд был напряжённым, в нём читалась знакомая, жгучая ревность, но теперь она была более глубокой, более опасной.

— Опять? — прорычал он. — Тебе мало того, что ты уже потеряла? Или ты пытаешься вернуться в прошлое?

Настя почувствовала прилив гнева. Он не имел права так говорить. Он не понимал.

— Не твоё дело, Игорь! — она бросила слова ему в лицо. — Тебя это не касается!

Игорь сделал шаг к ней, его глаза горели чёрным огнём.

— Не моё дело?! — прорычал он. — Когда ты приходишь домой вот такая, опустошённая, когда ты таскаешься к этому… калеке, который забрал твоё сердце до меня?!

Настя вздрогнула. Он знал. Он всегда знал. Он видел эту чистую любовь, которую она скрывала даже от себя.

— Он не калека! — выкрикнула она, слёзы подступили к горлу. — Он мой друг! И да, я его любила! Любила! И он был единственным, кого я не использовала!

Эти слова пронзили Игоря насквозь. В его глазах отразилась боль, которую Настя не видела в нём раньше. Его челюсти сжались так сильно, что на скулах заиграли желваки. Он знал, что она сказала правду. Он знал, что Сергей был единственным, кто получил её настоящую, чистую любовь, ту, которую она никогда не дарила ему, Игорю.

— Так вот что тебе нужно, Настя?! — прорычал он, его голос был полон отчаяния. — Ты хочешь вернуться к нему?! Ты хочешь сбежать от меня, от нашей жизни, от нашей Тарасовки?!

Он резко схватил её за плечи, его пальцы впились в кожу. Настя посмотрела на него, и в этот момент она увидела не только ревность, но и глубокий страх потери.

— Я никуда не собираюсь сбегать! — выкрикнула она, её голос дрожал от злости и боли. — Ты сам загнал меня в эту клетку!

Игорь резко притянул её к себе, его поцелуй был яростным, полным боли и собственничества. Он целовал её так, словно хотел стереть все следы её чувств к Сергею, словно хотел наказать её за эту правду. Настя сопротивлялась, но его сила была подавляющей. Он оторвался от её губ, тяжело дыша.

— Ты моя, Настя! Моя! — прорычал он ей в лицо, его глаза горели безумием. — И я никогда не позволю тебе принадлежать кому-то ещё! Особенно ему!

Он подхватил её на руки и, несмотря на её сопротивление, понёс в спальню. Настя кричала, пытаясь вырваться, но его хватка была железной. Она знала, что он собирается сделать. И она знала, что в этот момент он не будет знать жалости.