Цена нашего мира

Глава 2

Время потеряло смысл. Оно текло не минутами, а волнами страха, гнева и полной, оглушающей беспомощности. Алиса не знала, сколько просидела, прижавшись к холодному стеклу, наблюдая, как зеленая луна догоняет на причудливом небосводе свою серебряную сестру. Тело затекло, а в висках стучала одна и та же мысль: «Почему я?»

В конце концов, онемевшие ноги заставили ее пошевелиться. Она с трудом поднялась, опираясь на стену, и ее взгляд наконец упал на большой стол из темного дерева, которого раньше она не замечала. На нем стояли блюда – замысловатые кувшины, тарелки с фруктами невиданной формы, нечто, напоминающее запеченное мясо, и свежий хлеб. От еды исходил тонкий, дразнящий аромат.

Желудок предательски сжался от голода, но Алиса сжала губы. Нет. Она не притронется к этой пище. Это было бы капитуляцией, признанием этого нового, ужасного положения дел. Ее злость, горячая и горькая, была единственным щитом, что отделял ее от полного отчаяния. Есть его еду – значило простить ему хоть малую толику того, что он сделал.

Она отвернулась от стола и наконец решила осмотреть свое заточение. Комната оказалась не просто залом. Сводчатые проемы вели в смежные помещения. Одно, поменьше, было спальней с огромной кроватью, застеленной тканями глубоких, бархатных цветов. Другое – уборной с бассейном, наполненным непонятно откуда взявшейся водой, и странными приспособлениями, чье назначение она лишь смутно угадывала. И был балкон. Дверь на него оказалась заперта той же невидимой силой, что и окно, но через стекло она видела очертания ночного сада и слышала непривычные ароматы.

Но больше всего ее привлекло не это. В центральном зале, от стены до стены, стояли высокие, до потолка, шкафы, доверху набитые книгами. Они были разные – кожаные и деревянные, старые, потрепанные, и новые, с золотым тиснением на корешках. Воздух здесь пах пылью, старой бумагой и знанием.

С неохотой, движимая скорее отчаянием, чем любопытством, Алиса подошла к одному из шкафов. Она провела пальцами по корешкам. Ни одного знакомого названия. Алфавит был чужим, извилистым, похожим на вязь паутины. Но потом ее взгляд упал на одну, неброскую книгу в темно-синем переплете. Что-то в ней привлекло ее. Она потянулась и взяла ее.

Книга оказалась тяжелой. Алиса перенесла ее на диванчик, стоявший у камина. В очаге горел ровный, живой огонь, не требуя дров, согревая пространство вокруг мягким теплом. Она свернулась калачиком в углу дивана, поджав ноги, и открыла книгу.

И тут случилось второе чудо за этот бесконечный день. Незнакомые письмена на странице вдруг поплыли, закружились и сложились в знакомые, родные слова. Она читала: «…и река Элдорил, неся в своих водах серебро лунного света, текла навстречу рассвету…»

Магия. Снова магия. Но на этот раз – тихая, не пугающая, а почти уютная. Книга подстраивалась под нее. Алиса углубилась в чтение. Это была история о путешествии через зачарованный лес, полная опасностей и странных существ. И по мере чтения ужас отступал, сменяясь истощением. Буквы начали расплываться перед глазами. Тяжесть век стала невыносимой. Книга выскользнула из ее ослабевших пальцев и мягко шлепнулась на шкуру неведомого зверя, лежавшую перед диваном.

Алиса не боролась со сном. Он накатил на нее темной, теплой волной, унося прочь от чужого дворца, магии и золотых глаз. Она так и уснула, свернувшись клубочком у огня, одинокая фигурка в слишком большом зале, с мокрыми от слез ресницами.

***

В это время в другом крыле дворца, в кабинете, заваленном свитками и странными приборами, Арвен сидел в глубоком кресле. Перед ним в воздухе парила матовая, серебристая сфера. В ее глубине, как в капле росы, отображалась картина: девушка, спящая у камина, с книгой на полу.

Он наблюдал за ней с того момента, как покинул зал. Видел, как она оттолкнула еду, и тень одобрения мелькнула в его глазах. Гордость – хороший союзник. Видел, как она осматривала комнаты, проверяя двери – умно. Видел, как она выбрала книгу, и его губы тронуло подобие улыбки. Та самая, что он и подложил, зная, что ее привлечет простой переплет и заложенная в ней заклятье перевода.

Он наблюдал, как она читала, пока сон не сморил ее. Теперь он смотрел на спящую Алису. Ее лицо, наконец, расслабилось, потеряв испуганное и злое выражение. Она выглядела очень молодой и беззащитной.

«Прости, – беззвучно прошептал он, глядя на сферу. – Иного пути не было. Они могут почувствовать тебя. А здесь ты под защитой».

Он медленно провел рукой по сфере, и изображение погасло. Комната погрузилась в полумрак, освещенная лишь мягким свечением магических кристаллов. Его долг был выполнен. Он привел ее. А что будет дальше – зависело теперь не только от него, но и от той силы, что спала в ней, и от той искры, что она уже выпустила в отчаянии. Игра началась.