Цена нашего мира

Глава 12

Утро застало Алису в странном, двойственном состоянии. Тело помнило каждое прикосновение: тепло его рук на талии, твердость плеча, тихую мелодию, что струилась сквозь ее сны.

Но сквозь этот хмельной туман пробивалась тревожная нота. Та самая, что заставила его отступить тогда, у камина, когда между ними повисла невысказанная напряженность. Воспоминание о его словах: «Спасение тебя стало чем-то большим». Что это значит? Большим, чем долг? Большим, чем судьба всего мира? Мысль была одновременно пугающей и пьянящей.

Алиса ворочалась на мягкой кровати, вглядываясь в узоры на балдахине, которые казались ей теперь зашифрованными посланиями. «Скрытые гармонии пророчества». Что он скрыл? Почему мысль об этом заставляла его, могущественного чародея, отворачиваться и уходить?

Завтрак стоял нетронутым. Она механически выполнила несколько упражнений по контролю над магией – сегодня это давалось с трудом, искры сыпались из пальцев нервно и беспорядочно. Ее воля, которую она вчера с таким трудом собирала в тугой, послушный пучок, сегодня рассыпалась, как песок.

Ее мысли крутились вокруг одного: доверие. Он просил его, сам при этом утаивая часть правды. Разве это честно? Разве она, поставленная на кон в этой игре, не имеет права знать все правила?

После полудня, блуждая между полками библиотеки, она наткнулась на отдел, до которого еще не добралась. Книги здесь выглядели иначе – более старые, потертые, некоторые даже заперты на малые замки, тихо звенящие от прикосновения. Одна, без переплета, просто стопка пергаментных листов, перевязанная шнурком, привлекла ее внимание. Она лежала отдельно, будто ее только что изучали.

Осторожно, почти чувствуя вину, Алиса развязала шнурок. Письмена были древнем языке, но что-то в них резонировало с ее собственной, пробуждающейся силой сильнее, чем другие тексты. Она не могла прочесть, но могла чувствовать. Она провела пальцами по шероховатой бумаге.

И мир вздрогнул.

Не громом, а беззвучной волной, идущей откуда-то извне. Откуда-то с юга. Что-то темное, холодное и бесконечно жаждущее скользнуло по краю ее сознания, словно щупальце. Это длилось долю секунды, но Алиса отшатнулась от стола, сердце заколотилось в паническом ритме. Это не было похоже на магию Арвена – мощную, но структурированную, подконтрольную. Это было хаотичное, ненасытное пожирание. Тьма. Та самая, о которой он говорил.

И в тот же миг, откуда-то из глубин дворца, ей ответила другая волна – сжатая, готовая к броску, знакомая сила Арвена. Он почувствовал это. Он был настороже.

Дрожащими руками Алиса снова прикоснулась к пергаменту. Теперь она понимала. Эта книга была не просто текстом. Она была сенсором, настроенным на ту самую «песнь мироздания», частью которой была она сама.

Она закрыла глаза, отбросив попытку читать, и просто позволила ощущениям течь через нее. И тогда, сквозь жуть от прикосновения Тьмы, она уловила нечто еще. Словно вторую, тихую ноту в том самом пророчестве. Неясный образ, вспыхнувший в ее сознании: не поле битвы, не столкновение армий. Две силы, не уничтожающие друг друга, а… сливающиеся. И от этого слияния – либо всепоглощающая пустота, либо… новый, ослепительный рассвет.

Она резко отдернула руку, словно обожглась. Кровь стучала в висках. «Две силы». Первородная кровь. Его кровь? Его сила? Слияние…

Щеки ее пылали. Теперь она понимала, почему он умолчал. Пророчество говорило не только о ней как об оружии. Оно говорило о ней как о части чего-то большего. Оно говорило о возможном союзе. Или о возможной катастрофе.

В тот вечер Арвен пришел на ужин мрачным и молчаливым. Тень лежала на его лице, он был где-то далеко, мыслями там, на южных границах, где он, вероятно, только что отразил очередную атаку или пробой.

– Ты чувствовала? – тихо спросила Алиса, откладывая вилку.

Он медленно перевел на нее взгляд, и в его глазах она увидела усталую тревогу.

– Да. Они становятся смелее. Ищут слабые места. – Он помолчал. – Ищут тебя.

– Я… я сегодня нашла одну книгу, – осторожно начала она, наблюдая за его реакцией. – Старую. Без переплета.

Мгновенное напряжение в его позе подтвердило ее догадки. Он знал, о какой книге речь.

– И что же ты в ней нашла? – его голос был ровным, но в нем прозвучала сталь.

– Я не смогла прочесть. Но я почувствовала. И не только Тьму. – Она сделала паузу, собираясь с духом. – Я почувствовала, что пророчество не закончено. Оно говорит о двух силах. Не только о моей.

Арвен отодвинул свой бокал. Его лицо стало непроницаемой маской.

– Некоторые вещи лучше не тревожить, Алиса. Знание не всегда приносит покой.

– Но оно приносит выбор! – в ее голосе прозвучала горячность. – Ты говорил, что я не просто ключ. Значит, я имею право знать, в какую дверь меня собираются вставить! Эта «скрытая гармония»… она о нас? О тебе и обо мне?

Он резко встал, и его тень, удлиненная огнем камина, накрыла ее.
–Доверься мне, – сказал он сдавленно. – Есть вещи, которые я скрываю, чтобы уберечь тебя. Не только от врагов. От самой себя. От надежды, которая может оказаться ложной. От выбора, который может тебя сломать.

– А ты не сломаешься, неся это в одиночку? – прошептала она, глядя на него снизу вверх.

Его сжатые кулаки разжались. В его взгляде мелькнуло что-то беззащитное, почти отчаянное.

– Я… привык, – глухо ответил он. И, не сказав больше ни слова, снова ушел, оставив ее одну с новыми вопросами, которые жгли душу сильнее любого магического пламени.

Но на этот раз в ее сердце не было страха. Была решимость. Он нес свой крест в одиночку, пытаясь оградить ее от бури. Но она больше не была той испуганной девушкой у окна. Она была частью пророчества, носителем силы. И если им предстояло сражаться бок о бок, она не позволит ему нести все бремя в одиночку.