Цена первого поцелуя

Глава четвертая

- Девчонка уже десять дней как у целительниц в целебном стазисе пребывает, – проректор Римеро, исполнявший обязанности ректора в его отсутствие, исподлобья смотрел на вернувшегося из длительной командировки главу Академии и взглядом буквально пытался его испепелить. – Никаких проблем! Решила девочка покинуть нас. В первый раз что ли из-за мужчин девочки пытаются покончить с жизнью, приняв яд? К тому же, она же не умерла.

- Рим, ты её досье прочитать не удосужился? А я ведь тебя просил перед отъездом, – ректор резким жестом поправил роскошную мантию из дорогого бархата белоснежного цвета. – Она – протеже Верховной Жрицы Богини Любви. И таких у нас в Академии пятеро. И все под патронажем Императорской семьи. И одна из них лежит под стазисом в лекарском отделении. Лучше бы она сразу сдох… умерла. Что может быть хуже нахождения протеже Императора и Верховной Жрицы Храма у целительниц в предсмертном состоянии?

- Вот же, мать-перемать и ещё проматерь-перематери! – и.о. ректора присвистнул от избытка чувств, начиная понимать всю глубину задницы, в которую они попали из-за выходки маркиза Сэмуэля. – Эта адептка Май - Лучик Солнца? Бывшая послушница Храма Богини Любви? А почему она без присмотра преподавательского состава осталась? Всё так плохо?

- Да хуже худшего, попадём мы с тобой под раздачу, это однозначно, – ректор жестом предложил своему заместителю разлить по бокалам жидкость из графина сапфирового цвета. – Аль Май Рин Кординэль у нас в стазисе. А она числится в резерве нашего Министерства иностранных дел. В ведомстве сам знаешь кого. На девочку сделали ставку влиятельнейшие лица нашей империи. И наша задача стояла социализировать и адаптировать её к светской жизни после храмовой обители! А в результате?… Эта мелкая дря... кошечка... влипла по самые ушки! И кто виноват в том, что этот котеночек попал в такие неприятности? И в результате почти пропал. И что самое печальное, она и нас за собой потянет.

- Да уж! В результате мы в ж... алком виде предстанем перед влиятельными имперскими задницами, – правая рука ректора с неподдельной тоской перелистывал личное дело адептки Май, перечеркнутое на обложке красной полосой и доводящим до изжоги оттиском гербовой императорской печати. – Девочка под защитой Короны. И с нашей стороны, чтоб ее к хессу, под защитой Академии. И защиту ей мы не обеспечили. Мы с тобой, как представители Короны и Академии. А посему сейчас Верховная Жрица проедает мозги Императору. Она давно хотела пересмотреть «Инстерское соглашение» между Империей Аладор и Храмом Богини Любви. И мы подставились. И подставили Императора. Что делать будем?

- Да что тут делать, отключим артефакты жизнеобеспечения, нет девочки – и нет проблемы – недовольно фыркнул заместитель ректора Академии – Это был черный юмор, если что. Девочку надо быстренько подлечить, и пусть империя разбирается с Храмом сама. Ну не получат они девочку… Она у них не единственная. Они от этой девки уже отказались. Не нужна она Жрицам.

- Девочку исподволь готовили на вторую по значимости должность нашего посольства в Хольстане, – недовольно проговорил ректор Академии. – Она свободно говорит на их языке. На хольди. В отличие от нашего посла. И знает все тонкости этикета и все традиции Хольстана! Империя готова была ождать, когда Май будет готова. А что Верховная Жрица Храма Богини Любви отказалась от этой Май – так это на словах пока. Официального отлучения Май от Храма лично я не видел. А вот что Жрица под этим предлогом стребует с Императора какие-то привилегии для своего культа... Поверь, Иоланта своего не упустит. И с кого Император потом шкуру спустит? В зеркало посмотримся? И что произошло? Чтобы вполне уравновешенный Лучик Солнца принял лошадиную дозу смертельно опасного яда?

- Один идиот, сын высокопоставленного чинуши и аристократа из Совета Императора, решил, что ему всё можно, – неохотно произнес исполнявшийся обязанности ректора Академии, нервно крутя бокал с вином в руке, – и поцеловал Май. Она была как бы против. Ему было насрать. А для неё… это позор… Для них, Лучиков Солнышка, первый поцелуй без согласия приравнивается к изнасилованию. И это в комнате отдыха второго женского общежития, где наши адептки устроили себе девичник. При чем поцеловал девчонку при всех присутствующих – это для Лучика примерно как изнасилование группой лиц с отягчающими для репутации последствиями. Май после этого «поцелуя» вернулась в свою комнату в общежитии и заглотила содержимое целого флакона с отравой. Цена первого поцелуя против воли послушницы Храма… На ее счастье к ней прибежала её подружка по комнате и влила в неё пару флаконов антидота. И вызвала лекарей. Замять инцидент не получится. В результате чего мы имеем – находящуюся в стазисе одну особо ценную адептку, на которую свои глаза положили МИД и СБ Империи, злющую Жрицу Храма Богини Любви, очень злого Императора… Жрица Храма Богини Любви ему точно все оставшиеся волосенки на мизинчик намотает. А потом вырвет. Одним отточенным движением.

- А если девица все же умрет, то мы получим на хвост Службу безопасности Императора и комплексную проверку Академии со сторону Министерства магического образования, – обреченно протянул ректор Академии, перспективы таких проверок его совершенно не радовали. – Бюрократы из ММО на нас давно уже зубы точат. И скандал будет отменный! А Храм Богини Любви ещё дровишек в разгоревшийся скандал с удовольствием подкинет. Так кто именно эту несчастную поцеловал? Надо договариваться. У неё третий курс, почти все экзамены сданы. Не дай Боги, если она решит дальше учиться. Хотя, если Храм и родители от неё отказались, то учиться она у нас не будет. Ей прямая дорога на Пустоши, в боевики. А там долго не живут.

- Она учиться на четвертом курсе точно не будет, за неё и Храм, и родители платить отказываются, – тяжело вздохнул заместитель ректора. – Как и все остальные её сородичи. Они забрали все её активы, даже платья приказали вернуть… И все цацки, ей даже продать нечего. Третий курс она закончит. Вообще-то Май могла претендовать на «Золотой диплом» и на бюджетное отделение. Но бюджетные места у боевиков все заняты, и если появятся вакансии, то только уже после зимней сессии за четвертый курс. На который Лучик Солнца уже не попадет. А почему она осталась без присмотра преподавателей – моя вина. Её куратор, магисса Диорана, два месяца назад ушла в декрет. А я нового куратора Май не назначил. Ты прав, Орвин, до прочтения её досье у меня руки не дошли. Ты уехал, а на меня тут сразу столько всего навалилось, что мне не до личных дел адепток было. Но для Императора это слабенькое оправдание будет.