Цена силы

Пролог

— Мир, не хочешь сегодня ко мне завалиться? — Максим опрокидывает очередную рюмку водки за барной стойкой. Его глаза уже стекленеют, но он упрямо тянется к следующей. — У меня родные уехали. Будут только завтра утром.

— А в тебе не слишком много алкоголя? — киваю на ряд пустых рюмок, выстроившихся перед ним. Они смотрятся как немые свидетели его поражения.

— Нет, я абсолютно трезв, — он икает и чуть не падает со стула, но его вовремя подхватывает Андрей.

— Так, герой-романтик, — с лёгкой усмешкой говорит Андрей. — Сходи в туалет, освежись.

— Да я в полном порядке! — смеюсь я, глядя, как Макс пытается сохранить серьёзность, но не может связать и пары слов. Андрей всё же настойчиво направляет его в сторону уборной.

— Ну давай, рассказывай, как у тебя дела? — Андрей поворачивается ко мне. В его глазах — искренний интерес. — Бросила нас тут одних в трущобах, сама уехала в свою Испанию.

— Во-первых, это не трущобы, а Владивосток, — толкаю его в плечо, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — А во-вторых… всё нормально. Закончила учёбу. А дальше — только работа.

— И это всё, что ты можешь рассказать? Серьёзно? — он притворно обижается, разводя руками. — А как же Мадрид, Барселона, Валенсия? Тысячи достопримечательностей, бутиков, да хотя бы горячих парней?

— Давай не сегодня, — мягко обрываю я, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. — Расскажи лучше про себя. Как вы здесь оказались?

— Да чего рассказывать… — он вздыхает, проводит рукой по стильно уложенным волосам. — Тоже закончили вуз. Нам поступило предложение отсюда. Мы и плюнули на Москву. Решили, что здесь работать будет перспективнее. Так и остались.

— И были правы, — усмехаюсь я, указывая на его запястье, где поблёскивают роскошные Rolex.

— Слушай, а чего мы всё сидим? Пошли танцевать, зря мы, что ли, в клуб пришли?

Танцпол кипит. Тела людей сливаются в едином ритме, воздух гудит от низких частот, пропитанный смесью дорогих духов, пота и алкоголя. Лазеры режут темноту, выхватывая из толпы то одно лицо, то другое. А мне — всё равно. Я просто пытаюсь забыться. Забыть всё, что было.

Я танцую безумно близко к Андрею. Позволяю ему обнять меня за талию. Его руки — твёрдые, уверенные. Алкоголь даёт о себе знать: мир плывёт, краски становятся ярче, звуки — громче. Где-то на периферии замечаю, что к нам стремится разъярённый Макс. Но ему преграждает путь высокая платиновая блондинка в облегающем чёрном платье. Она что-то шепчет ему на ухо и уводит прочь.

— Мира, а ты к нам надолго? — голос Андрея звучит прямо у моего уха, его губы почти касаются моей щеки.

— Не знаю, — отвечаю честно. И это правда. Месяц назад я сбежала из Испании в надежде спрятаться от всего, что разрушило мою жизнь. Вернуться в Россию без документов почти невозможно. И вот я здесь. Совершенно случайно встретила утром бывших одногруппников. А вечером — уже в клубе, где прошлое настигает меня с пугающей скоростью.

— Если тебе нужна помощь… — его голос становится серьёзным, без намёка на прежнюю лёгкость. — Я могу всё устроить. У меня есть возможности.

— Спасибо, — обнимаю его за шею, чувствуя, как дрожь постепенно отступает. Пока вокруг всё танцует в бешеном ритме, мы движемся медленно, почти плавно. Как в тот раз… в школе. Господи, как же я хочу вернуться в те времена.

— Не пойми меня неправильно, — он снова нарушает тишину между нами. — Ты от чего-то бежишь?

— С чего ты взял? — удивлённо смотрю на него, стараясь скрыть панику.

— Ты просто утром выглядела очень странно. Да и сейчас всё время оглядываешься.

— Да я не… — замираю на полуслове, не веря своим глазам.

Совершенно случайно мой взгляд скользнул на второй этаж. Там, в полумраке, за столиком у перил, сидел он.

Давид Абасов.

Его фигура выделялась даже в этой пёстрой толпе. Широкие плечи, мощная грудная клетка, которую идеально облегает тёмная шёлковая рубашка. На столе лежат его руки — покрытые едва заметными шрамами, немыми свидетелями прошлых битв. Его пальцы, длинные и сильные, сжимают сигару с почти хищной грацией.

А между его ног, на коленях, сидит девушка с распущенными каштановыми волосами. Она занята делом, совершенно обычным для такого места. Но самое страшное — не это.

Я знаю его.

Давид Абасов. Мужчина, от которого я бежала. Мужчина, чьё присутствие я чувствую как угрозу даже на расстоянии.

И в какой-то момент мне кажется, что он меня увидел. Его глаза — холодные, тяжёлые — будто просверлили толпу и упёрлись прямо в меня. Давид резко хватает девушку за волосы, ускоряет её движения. А когда достигает пика — отшвыривает её прочь, даже не глядя. Поднимается. Поправляет рубашку. Медленно, плавно подходит к краю балкона.

И его взгляд снова находит меня.

— Андрей, прости, мне нужно бежать, — выдыхаю я, пытаясь вырваться из его рук.

— Мирослава! — он хватает меня за запястье, пальцы сжимаются почти болезненно. — Я помогу. Только расскажи, что происходит.

— Если расскажу — тебя убьют, — говорю я, и это не метафора. — Прощай.