Цена твоей жизни

С трибун - в сердце.

Глава 1. «С трибун — в сердце».

Шум трибун был оглушающим. Казалось, воздух вибрировал от напряжения — от каждого вздоха, каждого удара по мячу.

Диана сидела почти на самом верху — далеко от корта, но всё равно чувствовала, как дрожит сердце, когда он выходил на подачу.

Александр Рейнс.

Имя, которое она произносила про себя, будто заклинание. Она знала его лицо слишком хорошо — по десяткам интервью, коротким роликам и редким, почти застенчивым улыбкам, но от которых у тысячи женщин замирало сердце.

В жизни он был то спокойным, то очень эмоциональным — с тем редким чувством юмора, которое обезоруживает. Но на корте превращался в совсем другого человека. Там, где мяч летел со скоростью грома, он был хищником — злым, эмоциональным, не стесняющимся крика, грубого слова, вспышки ярости.

И всё это — в нём. В одном человеке.

Диане всегда нравилось это противоречие. Он был живой. Настоящий. И пусть между ними пролегала целая пропасть — трибуны, экраны, города и страны — она всё равно чувствовала, будто знала его. Не строила мечтаний, не рисовала сказок — просто представляла, каково это — быть рядом с ним, таким мужчиной. Хотя бы раз.

И вот — подача. Удар. Очередная победа.

Он поднял взгляд, и ей показалось, что смотрит прямо на ее сектор. Наверное, просто совпадение. Но в этот миг Ди поняла, что всё вокруг исчезло — шум, люди, камеры. Остались только он и это странное ощущение, будто что-то должно произойти.

Она ещё не знала, что так и будет.

Что шум трибун вскоре сменится не тихими разговорами, а настоящим сюжетом для романтического триллера, где за каждым взглядом и шагом скрывается что-то большее, чем просто чувства. Где - опасность и страсть идут рука об руку. И что теперь — она часть этой истории.

Её новой главы. Ее жизни, которая больше никогда не станет прежней.

Дождь начался внезапно — холодный, как будто сам город пытался остудить напряжение, которое витало в воздухе.

Диана вышла из метро, поправила капюшон и ускорила шаг. Вечерний поток людей гудел, машины шипели по мокрому асфальту, и ей казалось, что она просто растворяется среди них.

Пока он не появился.

Мужчина лет пятидесяти — тяжёлый взгляд, грубое лицо. Она узнала его сразу. Отец того самого парня, которого приговорили за преступление, ставшее скандалом много лет назад.

И Диана — та, кто не поддалась на уговоры замять это дело, даже за огромные деньги, угрозы и манипуляции. Это было не то, что дело принципа, а ее жизни, ее будущего - которое отняли у подростка. К сожалению, его выпустили спустя время, но неприятностей она им доставила. Ту ситуацию уже взрослая девушка вспоминала с болью, но страх той ночи до сих пор сидел в глубине ее души.

— Значит, ты решила прогуляться, да? Я ждал тебя, упрямая сука — его голос был сдавленным, почти рычанием. — Думаешь, я просто так оставлю тебя в покое?

Сердце ударило в грудь, но страх уступил место злости.

— Вы лучше сына своего учили бы, — ответила она холодно, но почти рычанием. — А теперь — отойдите.

Он шагнул ближе, грубо схватил ее за локоть. Диана резко вырвалась, ударив его по руке, так, что тот отшатнулся.

— Тронешь меня ещё раз — пожалеешь, тварь.

Люди начали оглядываться. Кто-то замедлил шаг, кто-то ускорил — как всегда бывает, когда чужая беда пугает, и именно в этот момент она почувствовала чей-то взгляд. Он стоял чуть в стороне, под навесом у входа в отель. Высокий. В спортивной куртке, с капюшоном, но черты лица невозможно было перепутать.

Александр Рейнс.

Он наблюдал, не вмешиваясь — пока не понял, что это не просто ссора. Шаг, второй — и вот он уже рядом. С реакцией у спортсмена все было в порядке.

— Эй! — его голос прозвучал резко, твёрдо. — Отпустите её.

Мужчина обернулся.

— Не твое дело, парень.

— Теперь моё, — коротко ответил он, делая шаг вперёд встав между Дианой и мужчиной заслонив от нее своей широкой спиной словно стена.

Взгляд Александра стал тем самым — тем, который она видела на корте. Холодный, опасный. И вдруг всё стихло — даже дождь, даже шум машин. Мужчина отступил, буркнув что-то невнятное, и растворился в толпе. Но на прощание более громко сказал «мы еще обязательно встретимся, не скучай». Она выдохнула, чувствуя, как дрожат руки.

— Спасибо…

— Не стоит, не люблю - когда обижают женщин, эээм… точнее девушек —он развернулся и посмотрел внимательно, оценивающе. — Вы сами справились.

На секунду он улыбнулся — неофициально, без телекамер, без поз.

— У вас сильный характер, — добавил он. — Не ожидал, что такая… — он снова замялся, оглядывая ее с головы до ног, с лёгкой растерянностью, — девушка с внешностью модели способна так поставить на место мужчину, который вдвое старше.

— Иногда выбора нет, — ответила она. — Или ты защищаешь себя, или потом жалеешь, что промолчал.

Он кивнул.

— Хорошие слова. Запомню.

На улице всё ещё моросил дождь. Капли блестели на её волосах, падали на воротник пиджака. Она стояла напротив — мокрая, хрупкая на первый взгляд, но внутри очень сильная женщина внутри.

— Всё в порядке? — спросил он, чуть мягче.

— Теперь да, — ответила она и впервые посмотрела прямо ему в глаза.

Ее чёрные, глубокие, почти блестящие в тусклом свете фонаря — глаза, в которых не было страха, только усталость и упрямая сила.

— Спасибо, еще раз, — тихо сказала она. — Но я бы справилась и без Вас.

Он едва заметно усмехнулся.

— Не сомневаюсь.

Она свернула локон за ухо, улыбнулась уголком губ — как будто не собиралась продолжать разговор. Потом просто развернулась и пошла прочь, оставляя за собой шлейф дождя, запах ночи и какое-то странное ощущение — будто с её уходом исчезло что-то важное. Он смотрел ей вслед, не сразу осознавая, почему не может отвести взгляд. Он привык к вниманию — к крикам фанатов, вспышкам камер, приторным улыбкам журналистов.