Цена Желания

8

Лукин дал приказ выписать Филина, чтобы тот как можно скорее собрал свои вещи в бывшем Военном Городе и отправился в Заповедник. Хотя что собирать на пепелище? Там ничего не осталось. Все сгорело в ядерном огне. Но Филин говорил, что без этих вещей ему до Центра Зоны не добраться. Интересно, что за вещи такие? Оружием и броней можно и здесь разжиться. Может, артефакты? Но они по-любому уничтожены взрывом. Вон, с майором Долгих слушали радиопереговоры военных, говорят, от города даже руин толком не осталось, а бункера с подвалами завалило. Сгорело много деревьев, и поисковые отряды нашли в округе кучи тайников — от всяких личных вещей до денег, оружия и боеприпасов. Интересно, хотя бы один схрон оставили целым? Выживших нет — либо все погибли, либо многие свалили, что вероятнее всего. Неспокойно стало в последнее время в Зоне, и сталкеры стали такими же неспокойными.

Полковник стоял на крыше двухэтажного дома, где располагался штаб группировки «Долг». Глупо так поступать, зная, что в каком-нибудь здании через пару домов сидит снайпер из «Свободы» или «Чернобыльских Братьев». Одни хуже других. Хотя надо еще посмотреть, кто хуже: бандиты или безумцы. Но Лукин сейчас никого не боялся. Предчувствие скорой победы «Долга», к которой стремились все командиры более десяти лет, вскружило ему голову.

Шумно вздохнув, он оглядел город. Небольшой райцентр, давший имя электростанции, после аварии заселяли самоселы и рабочие, а после возникновения Зоны его наводнили сталкеры. В какой-то момент город поделили «Долг» со «Свободой». А потом пришли «Чернобыльские Братья» и заняли север города, перекрыв основную дорогу на станцию и в Припять. Чернобыль даже после образования Зоны оставался чистым и тихим городом, но долговцы со свободовцами своей бесконечной войной разрушили его. Они оставили целыми свои базы и некоторые улицы, памятник пожарным и не тронули владения «братьев». «Трубящий ангел» и «кладбище деревень» сохранила от рук людей сама Зона, расставив там бесчисленные аномалии.

Вид на город с болью отзывался в сердце Лукина. Здесь когда-то был его дом, тут прошли десять лет его детства, поэтому он не мог смотреть на руины. И Зона с анархистами контролируют их и потихоньку уничтожают. Для Лукина это означало уничтожение этих десяти прекрасных лет и памяти о городе и аварии. В «Долг» он потому и пришел, чтобы бороться за сохранение памяти о катастрофе и жизни, которая тут была. Нельзя просто так взять и разрушить память, потому что вместе с ней разрушается и правда. А когда правды нет, то любая выгодная ложь считается истиной. А этого допустить нельзя — ведет к самым непредсказуемым последствиям.

Лукин неожиданно для себя понял, что замерз и поспешил вернуться в свой кабинет, расположенный в подвале дома. Скоро начнется совещание по поводу Заповедника. Напоследок оглядев город, он хотел повернуться и уйти, но заметил какое-то движение у базы. Полковник на всякий случай пригнулся и достал бинокль. Посмотрев в него, он увидел бойца отряда чистильщиков, который двигался к разрушенным кварталам. Из-за темного цвета костюмов «Долга» боец сливался с мраком, и его трудно было увидеть. И боец знал это, поэтому шел себе посреди дороги неторопливо и уверенно. Иногда оборачивался. Но трудно не означает невозможно, поэтому внимательные и привыкшие к темноте глаза Лукина увидели его. Интересно, зачем он туда идет? Уж не шпион ли он свободовский?

Когда боец скрылся в руинах, полковник наконец-то зашел в здание и быстро спустился в свой подвал по обветшалой бетонной лестнице. По пути ему не встретился ни один человек — многие уже спят в казармах, а другие дежурят на постах. Лукин спустился в подвал и прошел по небольшому коридорчику ко входу. У двери стояли двое бойцов в экзоскелетах, которые при виде полковника, синхронно подтянулись, приложили ладони к вискам (у них были шлемы) и хором поприветствовали его. Лукин в ответ только кивнул и зашел. Бойцы расслабились.

За большим Т-образным столом сидели человек десять, может меньше. Все были в экзоскелетах или темных тяжелых комбинезонах и беретах. Только один выделялся своим футуристическим костюмом и изуродованным лицом с коварной улыбкой. В кабинете было как обычно светло и уютно. Кирпичные стены качественно покрашены в белый, на деревянном полу не было ни соринки. В дальнем углу стоял целый диван и новенький журнальный столик. На столе, по бокам которого уселось командование, стоял компьютер. Позади на стене красовалась эмблема «Долга».

Как только Лукин вошел, все поднялись с места.

- Садитесь, - сказал полковник.

Как только все уселись, началось совещание.

- А ты что тут забыл? - спросил Лукин, повернувшись к Филину.

- А где я должен быть? Или ты решил без меня в Заповедник рвануть?

Лукин только вздохнул и, осмотрев всех, сказал:

- Товарищи офицеры, наконец-то у нас появился шанс покончить с Зоной — этой раковой опухолью на теле нашей планеты и нашей страны, и идеологически победить бандитов из «Свободы». Этот сталкер, которого мы спасли от смерти в Военном Городе, знает, как попасть в Центр Зоны. На данный момент наши текущие задачи: занять центр города и очистить площадь. Но Зона нынче нестабильна, и мы должны подстраиваться и мобильно менять курс. В приоритете теперь у нас — прорваться в Заповедник. Поэтому предлагаю составить план действий, как это сделать.

- В первую очередь, товарищ полковник, - начал крупный лысый долговец с красным, маленьким, свинячьим лицом, - необходимо закрепиться на текущих позициях. Это позволит быть уверенным в том, что пока мы будем идти в Заповедник, свободовцы не сдвинут границы «Долга». Рано или поздно они узнают о наших действиях и воспользуются этим.

- Если они узнают, то сами пойдут в Заповедник. Тогда придется воевать с ними в Копачах, на станции и других северных секторах, - пробасил крепкий мужик с черными жесткими волосами, густой, но небольшой бородой и небольшими голубыми глазами. - Мало нам будет фанатиков, мутантов и прочей швали, так еще и со свободовцами тягаться?