Центурион

Глава 29.

   Келли казалось, что все происходит словно в тумане. Ей ничего не хотелось, а если и хотелось, то девушка не признавалась сама себе в подобных желаниях. Она неспешно собрала все свои вещи в номере и действуя почти на автопилоте, позвонила Еве. На часах было семь утра, и девушка совершенно не знала, что ей делать. Услышав от Келли самую, что ни есть хорошую новость, Ева тут же велела ей ехать к ней, ведь грех не закатить праздник по такому поводу. Рамонес, впрочем, было абсолютно все равно, что делать… Волокита насчет оформления акций начнется через пару дней, а сейчас она словно существовала каким-то бестелесным и хладнокровным духом. Даже думать ни о чем не хотелось. Это помогло, только когда Келли выехала из Вегаса домой. Дорога заняла почти четыре часа, к счастью многие участки трассы были свободные. Девушка собранно следила за дорогой, потоком машин и стрелкой на спидометре, не отвлекаясь ни на какие другие вещи. Даже мыслей в голове особых не было, Келли вновь напоминала себе живорожденный труп, и вовсе не пыталась исправить ситуацию.

   Вчерашней ночью мир бизнеса всколыхнула новость о корпорации семьи Рамонес. Раньше она не позволяла просочиться в широкий мир информации о том, как её лишили президентского кресла, но на днях они с Евой вдвоем написали статью о том, что случилось полгода назад, скрыв несколько фактов, а затем Майлз это обнародовал, буквально перед началом аукциона ценных бумаг. Имя Джонатана Корсвела при этом умолчали, ведь его Келли думала использовать в случае, если тот не будет согласен дать полную свободу своему сыну распоряжаться своей жизнью так, как ему вздумается. Все же, девушка была благодарна Сесиль за ту помощь, которую она оказала. То, что Кевин сейчас на свободе и она заполучила весьма ценные документы — её заслуга. И то, что Сесиль с Эриком искренне любили друг друга, заставляло Келли идти до самого конца в этом вопросе. Впрочем, после вчерашнего, ей и море уже казалось по колено. А прижать к стене Джонатана Корсвела путем шантажа — что может быть легче?

   Ева, на удивление, точно поняла её настроение, и к приезду Келли достала лучший виски, который у неё был. Они с Майлзом ждали подругу, чтобы поздравить, расспросить обо всем, узнать о планах на будущее, так сказать. Никто из них не удивился, увидев уставшую до невозможности девушку, которая первым делом села на диван, и осушила наполовину полный стакан виски.

— Я их всех уделала, — мрачно произнесла она, не глядя на друзей. — Теперь самое сложное — поставить компанию обратно на ноги.
— А вообще, как все прошло? — села рядом с ней Ева. — Мы пытались действовать сразу по твоим сигналам.

   Келли запрокинула голову на спинку дивана и, закрыв глаза, принялась рассказывать. Уж этим людям она могла доверять сполна, сказать о том, как было страшно, тяжело и изнурительно просчитывать что и когда делать. Как тряслись руки и зашкаливали нервы. Но даже им девушка не смогла рассказать об их разговоре с Кевином, в комнате номере отеля. Она даже наедине с собой не находила сил обдумать случившееся, и сейчас казалось, что легче вернуть компанию еще раз, пройти весь путь с самого начала, чем понять себя и этого человека. Келли только сейчас начала осознавать, что это уже все, он как мог помогал ей вернуть корпорацию, и теперь её черед исполнять свою часть уговора — исчезнуть. Можно уже начиная с этой же минуты удалить его номер, не появляться в офисе компании Джеймеса и переехать в другой город. Но проклятое «что-то» терзало мысли, и девушка сама не заметила, как они с Евой уже стояли на балконе, а на дне её стакана растаяли в виски несколько кусочков льда.

— Ты знаешь, мне стыдно, что я раньше не рассказывала тебе кое о чем, — задумчиво и медленно произнесла Келли, — мне казалось, что это не важно, сущий пустяк. Кевин…
— Идиот? — нахмурилась Ева. — Что с ним?
— Я его поцеловала, — отрешенно, словно смертник перед казнью произнесла она, уперев взгляд в дно стакана.
— Ты была пьяна?! — воскликнула Ева, едва не подавившись виски, после чего в порыве эмоций выбросила стакан на траву с балкона.
— Два раза, — мрачно пробормотала Келли, ожидая, когда подруга выкинет её следом за ёмкостью.
— Ты точно была пьяна, — пребывая в огромном шоке произнесла Ева, запустив пальцы в волосы. — А что этот Идиот?
— Боюсь, он идиот еще больше, чем ты думаешь… Кажется, он испытывает ко мне какие-то чувства. А это чертовски страшно!
— Идиоты, — вздохнула девушка и, забрав у подруги стакан виски, а затем осушила его. Но постепенно до неё начало доходить. — Подожди, подожди, какие еще чувства? О чем ты мне еще не сказала?

   Келли повернулась и прислонилась спиною к мраморному бортику балкона, затем сплела руки в замок. Без особых эмоций в голосе она фактически доложила о том, что происходило, когда они воровали данные с компьютера Джеймеса, пытаясь не смотреть Еве в глаза, о том, как он отдал ей самые ценные бумаги относительно бизнеса его отца, и как она подчинилась непонятному порыву, поцеловав Кевина. Келли не могла найти логического объяснения своему поступку, и это пугало её очень и очень сильно.

— Ну и зачем ты это сделала? — Ева села на пол, прислонившись к колоннам, которые поддерживали бортик балкона. — Только не говори, что ты влюбилась.
— Я не умею любить, ты знаешь, — тяжело вздохнув, произнесла девушка, — но он приехал ко мне буквально перед началом аукциона. Я не ожидала этого, боялась, что он начнет что-то требовать, выяснять, но, к счастью, Кевин не стал. Только спросил, случайностью был тот поцелуй, или нет.
— А ты?
— А я сказала правду, что не знаю, но это точно была не случайность. Во всяком случае, это не имеет значения, я могу просто не вернуться в офис и все. Он все и так поймет.
— Но, — ухмыльнулась Ева, зная эту девушку как никто другой.
— Но я хочу, чтобы все было как-то по человечески… Хотя бы лично попрощаться, ведь они мне очень сильно помогли, а то получится, словно я сволочь неблагодарная, — Келли опустилась вниз, сев на пол рядом с подругой. — Не знаю, как получится, но к середине недели я планирую уехать. Кроме меня никто не поднимет компанию из того болота, в которое я её погрузила.

   Ева как-то странно улыбнулась и приобняла её за плечи, несильно встряхнув. Она знала не первый год эту девушку, и отчетливо видела, что ей страшно и неловко. Но вопреки тому, что Келли рассказала сегодня, Ева молчала о том, что поняла еще давно, когда они с Кевином ехали к ней в особняк родителей. Он не сказал ей ничего особенного, девушка все осознала между строк, и после этого у неё больше не было никаких вопросов насчет их весьма странных отношений. Узнав все это, она могла их назвать только инвалидами своих же характеров и убеждений. Ева не пытала особой любви к Кевину, но сейчас ей было его даже немного жаль.

— Что же, это твое решение, — спокойно произнесла она, поднимаясь на ноги. — Идем, Майлз нас, кажется, заждался.
— Идем, — улыбнулась Келли, поднимаясь следом за ней. — И ты мне даже ничего не скажешь насчет Кевина?
— А что здесь сказать, — хмыкнула Ева, обернувшись к подруге, — ты же вроде как хотела его отблагодарить… Но существуют и другие способы выразить свою благодарность, не так ведь?
— Ну да, — нахмурилась она, не совсем понимая, куда клонит Ева.
— Так что, Рамонес, — ухмыльнулась Герц, удачно скопировав манеру Кевина говорить, — это была не случайность, как ты и сказала. Вот и мучайся с этим.

   Они одновременно истерически засмеялись и направились в дом, где их уже заждался Майлз… После этого разговора с Евой Келли заметно полегчало, и они втроем отпраздновали завершение этой кампании по возвращении компании семьи Рамонес вновь в руки истинного владельца и наследника бизнеса. Им было что обсудить, ведь каждый из них был задействован в этом плане, при чем пребывал не на последних ролях. На сегодня у Келли было запланирована еще одна встреча, поэтому они с Майлзом уехали раньше, чем обычно, не став сидеть у подруги до ночи. Собственно говоря, это даже оказалось на руку Еве, и девушка воспользовалась затишьем, чтобы уладить одно дело, которое давно не давало ей покоя. Келли достигла своей цели и прошла сквозь сплошные терновники, и в одном из них Ева винила саму себя. Она села в глубокое и мягкое кресло, поджав под себя ноги. С распахнутых дверей на открытую террасу веял прохладный ветер, но девушка не ощущала холода. Пригубив уже порядком разбавленного водой из льда виски, Ева взяла в руки телефон и набрала номер человека, которому звонила раз в году по крайне важным поводом.

— Чего тебе надо? — послышалось не совсем дружелюбное на том конце.
— И я рада слышать тебя, Леверс, — мрачно отозвалась девушка, скривившись при этом. 
— Я как-то не очень.
— Заткнись, мне надо информация, — рыкнула она, вмиг став серьезной.
— Спроси у Рамонес, я понятия не имею…
— Где сейчас твой дружок Джеймес? — оборвала его Ева. — Если я буду спрашивать об этом куске дерьма, Келли расстроится, знаешь.
— Зачем он тебе? — полюбопытствовал Кевин, прекрасно понимая, что связываться с этой женщиной лишний раз не надо.
— Отдать должок. Ты, вероятно, не знаешь, но наша общая знакомая сделала то, что должна, и все было бы гораздо легче, если не мы с тобой. Из-за тебя за ней увязался тот придурок, а я лично отдала её в его руки. Так что или мне адресок дашь ты, или я узнаю сама, но обижусь на тебя.
— Не понимаю о чем ты.
— Ты её уволил, помнишь, Идиот? Я же говорила уже… Она и ушла, а потом я её пьяную отдала ему, чтобы отвез домой. Поэтому я должна разобраться с этим. Она моя лучшая подруга, ты меня понял? — Ева крепче сжала телефон, представляя, что это его шея.
— Он в центральной больнице в отделении психиатрии, — услышав это, она удивилась, но виду не подала, так как Кевин продолжил фразу. — Избивать его нет смысла, если что.
— Уже пробовал, не подействовало? — хмыкнула девушка.
— Ага. Когда он едва не изнасиловал твою лучшую подругу.
— Мразь, — прошипела Ева, ударив кулаком по мягкой обивке кресла. — Что бы она без тебя делала, а?
— Жила бы спокойной жизнью. Что же, ты знаешь, где искать Джеймеса, но не надейся, что он тебя услышит. Кажется, он совсем слетел с катушек.
— Благодарю за сведения, — сухо ответила она и завершила звонок.