Цепи Орфея: Месяц Схождения

III. Розали Бюррей

- Так значит, ты только приехала? Опоздать на месяц... Это что-то новенькое.

Она захлопнула книгу, и безразлично отбросила её в сторону, словно найдя что-то поинтереснее. Вставая с кровати она усмехнулась. - Чего застыла? Проходи уже.

Элиана чуть поколебалась, посмотрев на лестницу, словно ожидая, что мать сейчас вернётся, а затем со вздохом вошла в комнату, закрывая за собой дверь. Пройдя внутрь, наследница рода Вейл осмотрела свое новое жилище лёгким взглядом, а затем сосредоточила внимание на соседке.

В целом от девушки исходила атмосфера какого-то внутреннего упрямства и непокорности, а глаза были тёмными, внимательными - словно на тебя смотрело что-то ещё из глубины её зрачков, почти сливавшихся с радужкой. Взгляд был оценивающим и слегка насмешливым, словно вся эта ситуация была невероятно забавной.

Каштановые волосы светились в лучах солнца золотистым цветом, но при ближайшем рассмотрении имели скорее бордовый оттенок.

- Привет, - Элиана старалась не выдавать внутреннего смятения перед незнакомкой, ведя себя максимально естественно, насколько это было возможно в подобной ситуации. Всё это молниеносное развитие событий - от кабинета директора, где мать умоляла принять её, до комнаты с новой соседкой, уже имеющей статус студента Академии - казалось неправильным и неестественным. Так не должно было быть. Но теперь, уж точно, не ей решать, как правильно. - Я Элиана Вейл.

- Ну здравствуй, Элиана Вейл, - глаза девушки ещё сильнее прищурились, а лицо стало похоже на морду кошки, укравшей мясо. В её выражении мелькнуло слабое понимание. - Я Розали Бюррей.

Отчего-то это имя прозвучало как приговор.

- Розали? Довольно необычное имя... Это из-за... - брови Элианы невольно приподнялись, но девушка уже поспешно продолжила за неё. Видимо, сегодня тот день, когда все вокруг решили перебивать друг друга.

- Волос? Нет, просто мои родители хотели быть "уникальными".

С этими словами она бесстрастно развернулась и села обратно на кровать. Очевидно, тема её имени не очень приходилась ей по душе, но немного помолчав, вновь повернулась к Элиане и продолжила свой мини-допрос:

- Так значит, ты Вейл, да? Те самые?

- А есть какие-то ещё?

- Ну конечно, высокомерие Высокородных во всей красе. Вы, наверное, расплачетесь, когда узнаете, что фамилии имеют свойство повторяться.

Розали насмешливо цокнула языком, открыто выражая презрение. Элиана нахмурилась.

- Не нужно грубить. Я знаю, что не только мой род носит фамилию Вейл, но смог ли их наследник опоздать в Академию на месяц и все еще быть принятым?

Врожденное, или скорее взращенное, высокомерие всё же пробились через обычно сдержанный рот Элианы. Ей не понравилось, что кто-то так принижает её из-за высокого статуса семьи. Но даже попытка быть "одной из" не стёрла следов чувства превосходства, вросшего в кости с детства. Розали же на это лишь прищурилась.

- Кстати говоря об этом. Ты так и не сказала, почему опоздала.

Голос её был не враждебный, скорее наполненный хитрым любопытством и лёгким вызовом - как у лисы, пробирающейся в курятник, но не признающейся, что она лиса.

Элиана закусила губу. Надо же было подсвечивать собственную слабость. Вот вам юный гений семьи Вейл - а прикусить язык вовремя не смогла, ведомая своим эго. При этом она и не могла сказать правду - ведь это грозило разрушить не только её саму, но и всю семью. Слегка сжав челюсть, она едва нашла в себе смелость открыть рот.

- Я долго болела, - тихо сказала она.

Её дыхание замерло, когда она увидела, как Розали нахмурилась.

- Из-за этого ты... не сдавала вступительные?

Сердце Элианы упало. Казалось, мир, что сумел слегка подсобраться в душе юной Вейл, заново начал рушиться - и теперь с новой силой. Она кивнула, не осмеливаясь даже сглотнуть. Одно движение - и вся её дальнейшая судьба в Академии была определена одним слабым кивком. Вероятно, если бы она знала, даже не ответила на приветствие Розали - ведь отсутствие прямого ответа давало хоть какой-то шанс на спасение там, где всё решалось через уровень приложенных усилий.

Новая знакомая ещё какое-то время смотрела на девушку, а затем безразлично отвернулась. Она не сказала больше ни слова, но Элиана ощутила через холодок по коже. Презрение. Не гнев, не зависть. Ведь все, кто прошёл через суровый экзамен, знали цену места в Академии Орфия.

- Понятно.

Но голос её уже был другим - отстранённым и незаинтересованным. Словно само присутствие Элианы было оскорбительным для неё, теперь новая студентка перестала быть человеком, превратившись в проблему.

Молодая Вейл ничего не ответила. Просто отошла к своей кровати и стала расправлять складки на простыне. Но внутри - снова та же дыра. Ещё глубже и темнее.

Постояв так ещё какое-то время, девушка всё сильнее ощущала, как её поглощает самоистязание, и чувствовала себя не просто униженной - а казалось, что с ней поступили несправедливо. Если бы не эта чёртова ошибка, она, как все, сдала бы экзамен и вошла в Главный Зал с высоко поднятой головой, доказывая и подтверждая свой статус гения. А теперь стала всего лишь зазнавшейся богатой девочкой, поступившей по протекции родителей.

Вместо вины в ней начал подниматься гнев. Как эта Розали смеет считать Элиану недостойной лишь из-за того, что ей пришлось воспользоваться обходными путями?

Нельзя было ждать ещё год ради «честного» поступления - ведь сейчас лучшее время для овладения Потоком, пока её каналы достаточно широкие и не начали окостеневать!

Девушка уже почти готова была открыть рот и устроить скандал, как тут в дверь постучали, и из-за неё раздался слабый голос:

- Молодая госпожа, ваши вещи доставлены. Мы оставим их у двери. Всего вам доброго.

Голос тут же исчез, словно его никогда и не было.

Но это простое обращение «молодая госпожа» тут же выбило из девушки весь боевой дух - осознание реальности вылилось на неё холодной волной. Она одна была виновата в том, что произошло, и вне зависимости от оправданий, это не изменило бы истины: Элиана Вейл поступила в обход правил. И, видимо, именно сейчас, спустя столько времени, она остро ощутила, что последствия пришли - и столкнуться с ними ей придется теперь в одиночку.