Цепная реакция

Глава 19. Эксперимент особого характера

Начали мы с погружения посоха в перенасыщенный раствор, так как процесс кристаллизации требовал времени. Но перед Арцуром возникла проблема – нужно как-то установить головку рукояти посоха верх тормашками, и чтобы она опускалась в перенасыщенный раствор не больше нужного. Мудохался и костерился он довольно долго, но в итоге всё же смог надёжно установить созданную конструкцию, а потом достал какой-то прибор, поставил рядом и под моим непонимающим взглядом стал объяснять:

— Процесс кристаллизации происходит лучше в пространстве с низкой плотностью и малым количеством кислорода. Для этого создан специальный прибор, который создаёт вокруг обозначенного радиуса нужную атмосферу. Кристалл начнёт расти в любом случае, но с этим прибором времени потратится на много меньше. Если учесть, что обычные кристаллы для артефактов вырастают за три часа, то наш кристалл достигнет необходимого размера за сутки. Может больше, — не стал он утверждать, а допустил возможную ошибку в своих расчётах, — но это точно будет быстрее, чем месяц.

— То есть без этой штуки кристалл рос бы месяц?! — поразилась я.

— Примерно, — отвлекаясь от своих каких-то раздумий, ответил он.

Я подошла к двадцатилитровому химическому стакану, вглядываясь в фиолетовую жидкость, где проглядывались мелкие кристаллические песчинки. Арцур настраивал прибор. «Щелк» и мыльный купол опустился над столом. Кристаллические песчинки, что раньше медленно плавали в воде, застыли. Руки чесались потрогать этот купол, но из целей безопасности и дабы снова не попасть под гнев алхимика, буквально держала свои руки, чтобы не дай боги, не поддаться соблазну и потрогать на ощупь новую для меня магию.

Повернулась к столу сзади, где россыпью были рассыпаны те же самые кристаллы. Взяв один из них и играя со светом на его гранях, вслух начала рассуждать про нашу дальнейшую работу с посохом:

— Когда на рукояти вырастет кристалл, мы начнём привязку источников магии стихий и храмов к нему, — глянув на меня на миг, Арцур медленно кивал, снимая с рук перчатки. — Четыре источника и два храма. Времени у нас осталось…

Я глянула на одни из трёх часов.

— Три дня, — и поморщилась, так как не любила спешить, а время уже наступало на пятки. — Валефор, видать, видит в нас великие умы, поэтому решил, что за три недели мы сможем создать артефакт, который веками не могли создать другие, но именно мы – легко! — фыркнув, замолчала, сбитая поднявшимся возмущением в сторону короля.

— Так что ж ты не наорала на него? — с усмешкой спросил он. — Мне Валефор тогда признался, что мы с ним ещё легко отделались, обычно ты орешь громче и дольше.

— Ой, засмущал прям, — поправляя рукой прическу, наигранно сказала я, мол, так уж вышло, что дано от природы, того не отобрать. — Но на деле, — всё же решила поделиться с Арцуром своими наблюдениями, — У Валефора просто жены нет, которая ему бы мозг выносила и взрывала, но есть я. И без статуса жены неплохо умеющая это делать. Мне порой кажется, что он специально иногда вызывает меня по пустякам и глупым вопросам, чтобы в очередной раз удостовериться, что жена – существо страшное, она ведь постоянно рядом и имеет все права на сворачивание крови любимого. Мнение предвзятое и не подтверждено опытом, но Валефор почему-то убеждён, что все девушки носят такой же характер, как и у меня.

— Ложь! — воскликнул Арцур. — Твой характер один на миллион!

Мы вместе рассмеялись, и я припомнила ещё кое-что:

— Он мне ещё как-то сказал, что тому несчастному, принявшему решение жениться на мне, отменит налоги и даст пожизненное лекарское обеспечение высшего класса!

— Вот она – мужская солидарность, — важно сказал он, и мы вновь рассмеялись.

Восстановив дыхание и стараясь настроиться на прежнюю рабочую волну, я продолжила речь о посохе. Некоторые вопросы уточняла, получала ответы и продолжала говорить дальше, уже начав протирать инструменты раствором для очистки. Несмотря на мужчину, ходившего за спиной, я глубоко погрузилась в разработку наших дальнейших трёх дней. Прервалась на полуслове и заодно вернулась в реальность, включая все органы чувств и восприятия, когда ощутила на спине руку Арцура. Стоя позади, он не приближался вплотную, я даже не слышала его дыхания. Костяшки пальцев переменно начали подниматься то вверх, то вниз, иногда задевая пряди волос, но, судя по ощущениям, это он делал специально. Невовремя вспомнила, что голову я мыла давно. Касания казались невесомыми, но каждая новая перемена костяшек на неизведанных участках спины заставляла кожу покрываться мурашками. На голове, кажется, даже приподнялись волосы.

Я честно хотела договорить, но не смогла даже рта раскрыть, чтобы произнести звук. Стояла вся напряженная, прислушиваясь к движениям за спиной. В один момент он ладонью прошелся по позвоночнику, усилив давление и будто бы накрывая меня волной неги. Не выдержав, выгнулась вперёд и резко обернула голову на Арцура. Он смотрел на меня с каким-то исследовательским интересом, цепко оглядывая лицо и считывая все эмоции, отражающиеся на нём. Словно это был не его несдержанный порыв ласки, а один из экспериментов, чью реакцию нужно узнать и изучить.

Внезапно я почувствовала себя зверьком, вид которого только открыли, а потому его притащили в лабораторию, чтобы как следует изучить. А может и приручить в своих целях?..

— Что ты делаешь? — с трудом выговаривая слова, спросила я.

— Изучаю твою реакцию на мои прикосновения, — голос Арцура дернулся, словно ему самому было сложно говорить.