Цепная реакция

Глава 26. Элемент - Любовь

Сегодня совместная встреча нового дня отличилась от предыдущих. Теперь всё ощущалось по-другому. Арцур стал для меня ещё ближе и роднее, между нами стёрта очередная граница, и кто его знает, сколько ещё между нами осталось этих невидимых границ?

Глядя на спящего мужчину, я, уловив случай, всё ещё робко разглядывала его обнажённое тело. Он лежал на животе и обнимал двумя руками подушку под головой. Острый угол локтей, превосходно развитые мышцы рук, плеч и спины. Взгляд прошелся от спутанных тёмных волос, так интересно выделяющийся в контрасте с изумрудным одеялом и белой спиной, ширина которой от плеч сужалась всё больше и больше до поясницы.

Дальше обзор прикрывало одеяло. Ну и хорошо, а то совсем совесть потеряла, разглядывая спящего мужчину. Хотя, что я? Это же мой мужчина! Поднявшись на локте, я сощурилась на высунутую из-под одеяла согнутую ногу. Узкое колено и снова, как последствие тренировок – натренированные вздутые икры.

Да-а, с обнажённого Арцура надо писать иллюстрации для женских романов! Вот только уже поздно это делать, я очень жадная собственница и даже ревную к своим собственным глазам, за то, что так бесстыдно разглядывают его тело.

Накрылась одеялом с головой, улеглась под бок мужчине и заснула с самой счастливой улыбкой на лице. Это была моя первая ночь страсти с Арцуром, и она была прекрасна. И как теперь ещё и после этой ночи я могла разлюбить алхимика? Нет уж, такое счастье нельзя отпускать! Если я вчера равнодушно отнеслась к его деяниям в прошлом, то сейчас тем более это было исключительно прошлое. Не самое лучшее, но, по крайней мере я не видела, чтобы сейчас Арцур убивался из-за него.

Жизнь магов слишком большая, чтобы не нагрешить в ней пару сотен раз, я считаю. Сколько он там говорил ему лет? Девяносто один? А жить ему ещё четыреста! Сошлёмся на то, что в молодости Арцур попал не в ту компанию.

А лучше! Будем жить здесь и сейчас. Любить, радоваться, смеяться, язвить и быть собой! Это самое главное.

Следующие моё пробуждение сподвигнули нежные прикосновения рук, собирающие волосы со спины, чтобы он не мешали для прокладываемой дорожки поцелуев от плеча и до шеи. Зажмурившись от удовольствия и щекотки, я с потрохами выдала себя, что уже не сплю.

— Доброе утро, милая, — донесся до меня голос Арцура, когда он уже взял мою руку и, оставив несколько поцелуев и на ней, прижал к щеке.

— И чего тебе не спится? — пробурчала я, раскрывая один глаз для обозрения. Арцур сидел на кровати уже в рубашке, в очках (на удивление уцелевших после того, как я закинула их куда-то в порыве страсти) и с расчесанными волосами. — Фу, ты оделся! Какое тут доброе утро?

И, чтобы показать своё разочарование, обратно зарылась под одеяло с головой, предварительно высунув руку из захвата. Неудержимый смех не без тени самодовольства со стороны мужчины, и я была схвачена вместе с одеялом и уложена на колени.

— Если ты перестанешь спать, то я разденусь обратно, так уж и быть. Алианна, мне скучно, хватит дрыхнуть! — и начал мять меня через одеяло, когда я так глупо в нём запуталась и банально не могла выбраться.

— Сам же говорил, что прекрасны те моменты, когда я сплю! — на выдохе проговорила я, наконец выбравшись из одеяла и наэлектризовав волосы. Теперь я была недовольным пушком. Оглядев себя, узрела, что вся моя нагота укрыта одеялом. Прекрасно.

— Времена меняются, — пожал он плечами, с интересом разглядывая мою распушившуюся гриву волос.

Покачав головой, я высунула руку с часами. Час дня! Я, как всегда, в своём репертуаре! Ладонь Арцура почти не касаясь, поднялась по обнажённому плечу, изгибу шеи и, осторожно взяв меня за подбородок, повернула лицо. Теперь наши глаза были напротив.

— На самом деле, мне нужно извиниться перед тобой, что вчера так напал на тебя. Но я очень переживал за тебя эти дни. Алианна, — серьезно позвал он меня, стоило мне опустить взгляд.

Боги, ну как же я не хотела говорить сейчас о том, что мне без его ведома, рассказали о его прошлом. Это была такая неприятная тема, которую я бы предпочла опустить и никогда больше не вспоминать, но с этим нужно было покончить. Раз и навсегда.

Я подняла глаза на его, полные горечи и мольбы.

— Никогда, слышишь? Никогда так больше не делай, если ты мне вчера сказала правду, и ты ушла куда-то на четверо суток, чтобы побыть в одиночестве. Хочешь побыть одна? Пожалуйста, я не буду тебя трогать, но зато буду знать, что ты находишься в безопасности. Ты ведь сама наверняка знаешь, как порой всё отвратительно складывается! — на мой непонимающий взгляд он стал разъяснять: — В тот день, когда я перенёс тебя домой и вернулся к себе, прилетел Ральгарт и путём некоторых уговоров, вымогнул у меня амулет переноса на неделю для путешествий с Мюриэль.

— А я вчера гадала, почему это ты меня не забрал, воспользовавшись амулетом!

— А откуда тебя нужно было забирать? — напрягся он, сводя брови к переносице.

— Из плена, — тихо сказала, отводя взгляд.

— Что?! Какого?! Кто?! — Арцур резко сел, сжимая меня в руках ещё сильнее и злобно вгляделся в моё лицо. Словно на нём была написана вся правда.

Со вздохом, я нехотя и растянуто начала рассказывать, как меня похитили, опоив моим же зельем, затем как очнулась в комнате с каменными стенами и одной кроватью. С диалогом с Мираклием приостановилась, решив, что ему в начале лучше прочитать письмо.