Чайная лавка для леди попаданки

Глава 2

Герцог Драгнор двигается по комнате так, будто она ему принадлежит. А, замок ведь ему, небось, и принадлежит. Буржуй эдакий.

Но шутить мне не очень хочется. От мужчины идёт такая энергия, что внутри всё корочкой льда покрывается.

Движения – как у хищника. Плавные, но с явной угрозой. Тело натянуто струной, поджарые мышцы бугрятся под кожей.

В наш посёлок как-то волк забрёл. Выглядел точь-в-точь. И скалился куда менее агрессивно, чем герцог.

Оу, или это он так ободрительно улыбнуться пытается?

– Нэйлиса, – его хриплый баритон обволакивает. – Я же могу тебя так называть?

– Ну… – кто знает, как у этих аристократов заведено?

– Могу, значит. Нэйлиса, я понимаю, что тебе сложно…

– Очень сложно.

– Но мне плевать.

Пф-ф, а я его заботливым почти окрестила. Недовольно поджимаю губы, наблюдая за мужчиной.

Синий, почти чёрный бархатный камзол с серебряной вышивкой облегает его фигуру. Серебряные нити словно двигаются при каждом движении. Извиваются.

– Ты согласилась, – чеканит он. – Сама. Силком я тебя не тащил.

– Обстоятельства изменились, – предусмотрительно отступаю на несколько шагов. – Я поняла, что не готова к браку. И к смерти. Мне всего восемнадцать.

– Тебе девятнадцать.

– Годом меньше, годом больше. Не в этом дело. Я уверена, что мы можем что-то придумать!

Герцог подходит ближе, пристально глядя в моё лицо. Его глаза буквально прожигают меня. Запах хвои и льда становится ощутимее.

– Придумать ничего нельзя, – скалится он. – Моя первая жена должна умереть. Таков обычай. И если мне силком тебя придётся тащить, то я сделаю. У тебя есть право выбирать. Затащу я тебя на плече или ты сама пойдёшь. Сохранишь остатки гордости.

Я пытаюсь собраться и придумать, как выкрутиться. Сказать прямо, что я не Нэйли?

А кто знает, какие у них здесь традиции. Если первых жён убивают, то с чужачками точно что-то похуже делают.

Гнев неожиданно слетает с лица мужчина. На смену ему приходит… Удивление? Тёмные брови взлетают, смешок срывается с губ.

– Босиком? – поражается он. – Это зачем же?

– Туфельки жмут, – я натянуто улыбаюсь. – Умирать с мозолями как-то совсем не комильфо.

Равен смотрит на меня со скептицизмом. А что мне было сказать? Что босиком лучше магию пола воспринимаю?

В этом мире вообще существует магия? Ну, раз драконы существуют, то и магия должна.

Хотя герцог на дракона не похож. А где чешуя, где крылышки? Так совсем не интересно.

– Герцог, – я с трудом удерживаю лицо. – Моя семья ещё не пришла попрощаться. Уверена, они спешат и…

– Они ждут в Зале Обетов, – рычит он. – Как и все остальные! Я проявил к тебе милосердие, но ты этого не ценишь.

Равен неожиданно оказывается рядом. Хватает меня за плечи, притягивает так близко, что я чувствую холод.

Он же как сосулька. И внутри, и снаружи. Мороз щиплет сквозь платье, я вздрагиваю. Дрожу всё сильнее.

Кровь словно застывает в жилах, а в груди всё сжимается. Мир вокруг становится тусклым на фоне сверкающих глаз мужчины.

– Хватит этих игр, Нэйлиса, – приказывает. – Заканчивай. Ждать больше я не намерен. Ты умоляла меня о свадьбе. И я согласился. Но я не собираюсь погибать вместо тебя.

Что?

Я хлопаю ресницами. Мышцы, словно окоченевшие бабочки, пытаются сбиться в кучку.

Получается… Если первая жена герцога не умирает, то проклятие касается его? Либо, либо? Не очень хороший расклад.

– Вы разве умрёте сразу?

– Нет. Ты знаешь, что время для меня течёт иначе, – словно нерадивому ребёнку объясняет. – Но это ничего не значит. Ритуал должен быть закончен.

– Конечно, – я взволнованно облизываю губы. – Конечно, мой драгоценный муж. Я не отказываюсь. Я… Ох, я так переволновалась. Не знаю, что со мной случилось.

Я с трудом удерживаю лицо. Мне кажется, что мужчина в любой момент раскусит мою ложь.

Ладони начинаю потеть несмотря на холод, и я стискиваю его. Надо что-то срочно делать.

Не время дрейфить, Тоня.

– Я приведу себя в порядок и вернусь, – произношу я уверенно. – Прошу прощения за задержку. Стражники проведут меня, не переживайте.

Герцог молчит. В этой тишине мне кажется, что он может услышать моё сердцебиение. Вычислить мою ложь.

Я опускаю голову, напускаю на себя самый смиренный вид. Очень раскаиваюсь, прям до слёз, честно.

Я так перед бабушкой всегда виновато стояла, когда в очередной раз с ухажёром бегала на речку ночью.

Тогда срабатывало.

А вот сейчас…

– Пять минут.

Произносит он резко, отпуская меня. Разворачивается, направляясь к выходу. Я стою неподвижно, пока дверь не захлопывается.