Чародейка и прирученный демон

Глава 4.

Люк умел держать слово. Потому Амели на следующий день призвали в Совет. Впервые за двенадцать лет ей позволили ступить наверх башни, где сидели те самые важные для мира магии советники. Они стояли рангом чуть выше первого. Были мудрецами, которые как раз и решали, кто к какой ступени будет принадлежать. Именно они назначили ей четвертый ранг, и именно они сменили ранг Люка, поменяв его со второго на первый.

Амели сидела перед дуговым столом, за которым восседали пять мужчин и женщин, возраст которых уже перевалил за пятый десяток. Один мужчина, на переносице которого болтались круглые очки, гневно ударил кулаком по столу.

– Неслыханно! Какой позор на нашу голову! Мало того, что маг общается с ведьмой, так ещё и дает ей свое тело, чтобы та им пользовалась! Что за дерзость?!

Люк, сидящий в кресле рядом с Амели, кивал, соглашаясь с каждым кинутым в неё словом. Он опять делал вид, что Амели – частица воздуха; такая же прозрачная и незаметная. Люк не поприветствовал её и не удостоил даже взглядом. По сути, всё было также, как и всегда.

Амели выслушивала все оскорбительные высказывания и не могла на них ответить. Конечно, в глазах магов она и так была подобна червю. Ползала себе внизу рядом с доской и не приносила никакой пользы. Да и как ей прикажете отпираться, если всё это правда? Она никак не могла оправдать свою связь с ведьмой. И даже если бы они узнали её вескую причину, почему она пошла на это, то ужаснулись бы ещё больше, и скорее всего, даже изгнали.

Мужчину, что так яро старался унизить её, звали Фабьен. Она плохо помнила его, но однажды слышала от отца, что тот очень хорошо отзывался о ней. И вот как изменилось его отношение к Амели за прошедшие годы. Просто до неузнаваемости.

Мужчина устало и раздраженно потер лоб и высказал:

– Какой ужас… А ведь мы уже хотели дать тебе третий ранг.

На последней фразе Амели, до этого спокойно высушивающая всё, оторопела.

…

Она не ослышалась?..

Заметив её растерянность, Фабьен ещё сильнее надавил:

– Да, да. Ты не ослышалась. Ты столько пыхтела, пытаясь добраться до вершины, и вот почти что справилась с задачей. Но теперь и не надейся. Тебе ещё долго придётся выслуживаться, чтобы мы вновь помыслили о твоем возвышении.

На этот раз Амели не сдержала эмоции. Она вскочила с кресла и надломлено прикрикнула:

– Но это нечестно! Я столько старалась… Зачем вы мне тогда говорите об этом!.. Если бы я знала, что вы уже готовы принять такое решение, тогда бы я!..

– Ты бы что? Не путалась с ведьмой? Ты и так не должна была. Хочешь, чтобы мы тебя за это похвалили? Ну, в самом деле как мать. Не может должным образом подумать, а потом уже решать. Совершает ошибку за ошибкой. Такая же никчемная, как и родители.

Глаза Амели расширились, а лицо едва не скривилось в злобной гримасе. Будь её воля, она подлетела бы к мужчине и пару раз прошлась кулаками по старческому лицу. Но всё, что она могла сделать – это сжать их, впиваясь ногтями в мягкую кожу. Ей придётся это стерпеть. Иначе они в самом деле могут её выгнать и запретить ходить даже на самые низкосортные задания.

Видя, что она не будет отвечать или отпираться, мужчина лениво махнул рукой и твердо произнес:

– Можешь идти.

Амели, не попрощавшись, вышла из кабинета. Она ещё какое-то время стояла, прислонившись спиной к двери.

Ей было необходимо повысить свой ранг. Не то, чтобы она хотела быть ближе к этим отбросам; но, улучшив свой статус, могла бы свободно разгуливать по второму и третьему этажу, получить доступ ко множествам рукописей и также пробраться в запретную секцию библиотеки. Тогда бы ей больше не нужно было слоняться по непонятным и неприглядным местам.

Стоило ей слегка отойти от двери, как оттуда вышел Люк. Он нахмурился, удивившись тому, что она всё ещё находилась здесь. Но именно его Амели и дожидалась.

Люк прошел мимо и Амели прикрикнула ему вслед:

– Ты ведь знал, что мне хотят сменить ранг? Прекрасно знал, ведь так?!

Он услышал её, но не остановился и даже не замедлился. Тогда она пошла по его следу, продолжая обвинять:

– Ты донес Совету, потому что был осведомлен об их решении относительно меня. Тебе всё равно на то, что я заключила сделку с ведьмой! Ты просто хотел оставить меня на том же уровне!

Люк резко остановился и медленно повернул к ней голову. Его слова сочились ядом.

– И что, если да? Хочешь ненавидеть меня – ненавидь. Всё равно наши чувства обоюдны.

Сказав это, он окончательно ушел. Амели не стала его больше преследовать; её плечи поникли.

Начинать всё с начала… Двенадцать лет упорного труда… Просто в пустую… Пытаться снова завоевывать чужое доверие…

Сосуд, висевший на поясе, словно бы почуял её настроение и тут же слегка задергался. Амели, ощутив вибрацию, положила руку на крышку и слегка сжала.

Точно. Ради него.

Как бы ей не пришлось потеть, но она избавиться от любой преграды на своем пути.

***

Дикий Лес вновь встречал Амели своей мрачностью. Неважно, в каком часу она сюда приходила. Даже если на улице стоял пригожий день, то лес будто вытягивал всю его ясность.

Чем ближе она подходила к домику Элианы, тем туманнее становилось. Жизнь покидала те места, где обустраивали свое жилье ведьмы. Никаких тебе белок, лис, зайцев и прочих мохнатых обитателей. Она проходила мимо святящихся во мраке разноцветных грибов. В этой местности легко было заплутать, но они являлись для Амели своеобразным ориентиром. Да и лес питал к ней благосклонность и закрывал опасные пути.

Перед её взором возник крошечный домик. Трухлявый и дряхлый. Гнилые доски едва удерживали треугольную крышу.

Амели толкнула дверцу, и та легко отворилась. Снаружи домик казался заброшенным, но внутри на самом деле горело множество свечей, создавая одновременно некий уют и таинственность. Повсюду царил настоящий хаос, отражая разрушительный нрав хозяйки. Каждый уголок дома был наполнен разнообразными предметами, которые накладывались друг на друга стопками. За круглым столом, накрытым клетчатой ярко-красной скатертью, восседала красивая девушка. Она выглядела так, будто сама природа создала её для Дикого Леса. Длинные волосы цвета черного опала ниспадали на спину, и иногда, словно прилипшая тень, обвивали ладную фигуру. Светлые пряди, словно звезды, выделялись среди тьмы; лицо, овальное и прекрасное, было подчеркнуто тонкими бровями и хищным взглядом угольно-черных глаз. Они, наверное, больше всего завораживали в ее внешности. Походившие на тьму самой глубокой пещеры глаза светились в темноте зеленым светом. Даже сейчас Амели видела, как малахитовый огонек искрился в них.