Чародейка и прирученный демон

Глава 7.

В начале охоты Жоэль был максимально общителен. Амели даже бы сказала, доволен. Но теперь его лицо, перемежаясь, приобретало то пунцовый, то белёсый, то мутновато-зеленый оттенок. Его настолько обескуражила та ситуация, что он, не переставая, только и размышлял о ней.

Амели же, вместо того, чтобы внутренне содрогаться и страдать, была сосредоточена на местности.

Было тяжело обнаружить следы демона, так как кулон светился из-за Бриана. Она мысленно возблагодарить Бога, что к счастью, из-за их перебранок с Люком и Клодетт никто даже не обратил тогда на это внимание.

Казалось, с каждой секундой Жоэль всё сильнее впадал в отчаяние. Он нервно сжимал свои волосы и иногда бил ладонью по лбу, сжимал зубы и дергал бровями. Ещё мгновение, и он бы завыл.

Амели, пока такого не случилось, стала утешать партнера:

– Жоэль, если ты хочешь утереть нос Люку и возвысить себя в глазах Клодетт, то всё, что нам сейчас нужно – это сосредоточиться на деле.

– Легко тебе говорить! Ты не опозорилась в глазах любимого человека! А я да! Да даже если мы с тобой завалим парочку демонов, это не поможет. В её глазах… я так и останусь плешивым неудачником.

Внезапно он разозлился и пнул ближайший камень.

– Тоже мне друг! Если этот сухарь когда-нибудь влюбиться, в чем я конечно сомневаюсь, то я обязательно унижу его в глазах этой девушки.

Скрестив руки за спиной, Амели серьезно обдумала эту ситуацию и, нахмурившись, заявила:

– Это невозможно. Люк настолько возвышенный, что кажется, будто у него нет слабостей. Что ты можешь про него такого рассказать, чтобы заставить ту девушку невзлюбить Люка?

Жоэль всерьез задумался, а потом тяжело вздохнул.

– Ты права. Ну… тогда я просто соблазню её. Люк из тех людей, что медленно осознают свои чувства. Да пока до него дойдет, что он в кого-то влюблен, я успею не один раз развлечься с этой красоткой.

Внезапный вопрос сорвался с её уст:

– С чего ты решил, что Люк влюбится в красотку?

– Разве может быть по-другому? Он слишком чопорный и манерный. Разве такого сможет зацепить какая-нибудь замухрышка?

Почему-то взгляд Амели сам собой опустился на протез и на край простого платья. Сверху она была укутана в теплую, но простую накидку. Плечи же Клодетт были укрыты накидкой из плотной порчи, украшенной серебристыми нитями.

Амели не понимала, зачем сравнила себя и Клодетт. Нет никакой разницы, в чем она была одета. Главное – это звон металлического сосуда, что бьется об её ногу. Больше ее ничего не должно было волновать.

Пока Жоэль с Амели шли, они наткнулись на двух демонов и получили по баллу. Пешее путешествие выматывало, и почему-то план дождаться толпы, что побежит в лес из города, не сработал как надо.

Жоэль от этого ещё пуще злился и пинал ни в чем неповинные столбы деревьев.

Через какое-то время он вконец устал и просто повалился около молодой лиственницы. Амели тоже пришлось остановиться. Она недовольно спросила:

– Что за привал? Мы с тобой и так отстали от всех.

Мужчина устало опустил голову.

– А смысл? Мы проиграли. Смирись.

– Ещё не всё потеряно. Пока есть время, мы должны постараться…

Она норовила убедить его, но Жоэль грубо перебил Амели:

– Прекрати! Хочешь побегать? Вперёд! Останавливать не буду. Я же не сдвинусь с места!

– Тебе обязательно быть таким..?

В голове вертелось «козлом» но Амели не хотела ещё больше раздувать ссору и накалять атмосферу, потому проглотила слово.

Подойдя к мужчине, она плюхнулась рядом, плотно обхватив колени. Для Жоэля проигрыш значил потерять достоинство; для Амели же – упустить единственные шанс на спасение брата. Она могла бы бросить его тут – послать и уйти. Но, видя его мучения, её совесть всплакнула.

Амели какое-то время рассматривала Жоэля, а затем перевела взгляд на сосуд. Она провела по нему рукой и ощутила кончиками пальцев его прохладу.

– Я знаю, как нам выиграть. Но прежде чем я поделюсь с тобой способом, ты обязан дать клятву, что не расскажешь мой секрет.

– У тебя есть то, что нам поможет? Или ты можешь отмотать время? – он умоляюще посмотрел на небо. – Боже, если бы второе было правдой, я бы сошел с ума от счастья.

– Я ничего не скажу, пока не поклянешься.

– Хорошо. Я клянусь.

– Нет. На обычную фразу я не поведусь. Ты должен использовать заклятье клятвы.

– Издеваешься?! И что я должен буду сделать, если вдруг проболтаюсь?

Когда она повернула к нему голову, Жоэль увидел решительность в чужих глазах.

– Сдохнуть.

Он сузил глаза и напряженно спросил:

– Ты ведь несерьезно?

– Ещё как серьезно. Если не хочешь, я не буду говорить. Можем остаться тут и предаваться мечтам о победе, либо же завладеть первым местом, не прилагая особых усилий.

– …

Жоэль размышлял. Долго размышлял. На самом деле он мог сохранить её секрет. В этом не было ничего сложного. Но если он даст магическую клятву и нечаянно проговориться, то тут же отправиться к праотцам, чего ему совсем не хотелось.

Проблема была в том, что Жоэль нехотя мог разболтать тайну. Не из злых или добрых побуждений, а просто нечаянно.

Он настороженно ответил:

– Ладно.

Уколов себе палец висевшим на поясе кинжалом, он начертил на лбу крест и произнёс:

– Даю я обет, что в нынешний свет не ведать мне покоя, если тайну раскрою. Жизнь я отдам, коли выдам я вам эту тайну. Секрет схороню и в гроб унесу.

Крест на лбу засветился и стал медленно впитываться в гладкую кожу. Через несколько секунд на том месте, где он был нарисован, не осталось ни следа.

– Теперь веришь мне?

Уголок её губ дернулся в улыбке.

– Теперь да.

– Так и в чём заключается твой план?

– У меня есть небольшой козырь. Осталось только найти демонов. Баллы будем делить поровну.

Жоэль встал и отряхнулся. В нём вспыхнула небольшая надежда; он заразился чужой уверенностью, словно поветрием. Ведь если, как и говорит Амели, у неё есть «козырь» то это в самом деле может принести им победу. Просто бегать по лесу, искать часами нужное заклятие – это слишком утомительно, да и бесполезно.