Чародейка и прирученный демон

Глава 9.

Библиотечный сторож так и не заметил пролетевшую, будто стадо мулов, запыхавшуюся девушку. Пока Амели с Люком участвовали в жаркой потасовке, мистер Арман, чье упорство в работе с возрастом давно подкачало, уже прохлаждался, сидя на табуретке возле восточной стены.

Улицы покрылись каплями мелкого осеннего дождя. Амели, не сбавляя шагу, перепрыгивала через лужи; протез, после того, как Люк усиленно дернул его на себя, слегка сместился и теперь причинял небольшой дискомфорт.

Фолиант, как бы Амели не старалась прикрыть его, все же намок, и старый обрез показался ей более трухлявым.

Она ворвалась в дом и дрожащими пальцами закрыла затвор. Ей думалось, что Люк может после отдышки пуститься в преследование. Он знал дом, принадлежащий «благородной» семье Тассе, не хуже её самой.

Большую часть времени они с Люком проводили в уютной гостиной, просиживая на мягком ворсе любимого маминого ковра, играя в разнообразные игры. Больше всего Амели любила играть в цирюльника. Ей нравилось возиться с волосами Люка. Их шелковистая структура доставляла ей непредвиденную радость; поэтому Амели мастерила на его голове причудливые прически, а потом с озорством наблюдала за его недовольной реакцией.

Раньше их близость казалась самой естественной вещью на свете. Теперь же ей было страшно помышлять не то что прикоснуться к его волосам, а просто постоять рядом.

Люк всегда обладал ворчливостью; иногда он мог нагрубить, и даже если она жульничала в играх, обидно обозвать её. Правда, он делал это наедине. Если поблизости были его или её родители, он скромно выполнял любое поручение Амели и внимал странным капризам.

Из-за этого она частенько пользовалась его покорностью. А потом сама же переживала, что рано или поздно Люк не выдержит; вновь обзовет ее, уйдет и больше не вернется. Поэтому, даже если она и игралась на его терпении, всегда потом невзначай делала для него что-нибудь хорошее. Отдавала печенье или же разрешала в знак применения ущипнуть себя. Но просить прощения прямо и открыто Амели никогда не умела.

Может, Люк вырос таким холодным именно из-за того, что ему ставили Амели в пример.

Чародейка проследовала на кухню; обувь оставляла грязные следы на давно не мытом полу. Кухонным полотенцем она бережно высушила старую бумагу и отнесла книгу в подвал.

Там она еще раз разглядела рисунок и стародавний текст. Сосуд стоял рядом с рукописью, и Амели выпустила Бриана на волю в надежде на то, что тот даст ей новую подсказку. Но вместо того, чтобы помогать, он прополз под красную древесину и направился искать пропитание.

Амели недовольно буркнула:

– Никакой от тебя помощи.

Просто всматриваться в текст было бессмысленным занятием. С каждой секундой он становился все размашистей и непонятней; поэтому Амели закрыла книгу и отложила её в сторону.

***

Поутру, придя в Совет, она с опаской озиралась по сторонам, словно так и ждала, что цепкие скрюченные пальцы советников обхватят её плечи и вышвырнут вон.

Не верилось Амели, что Люк съест вчерашнее недозволительное поведение. Мужчина наверняка уже поделился обо всём с месье Фабьеном и остальными роялистами.

Но внезапно башня встретила её так же приветливо, как радушного гостя. Стены изнутри украсили душистыми цветками азалии, статуи и вазы начистили до блеска, а доска заданий была напичкана не свежими прошениями, а приветственным плакатом.

Амели заприметила Жоэля. Он с важным видом раздавал указания четвертному рангу, а затем завидел и её. Махнув рукой, мужчина подозвал Амели к себе.

– Слоняешься без дела? Могу и тебе что-нибудь поручить.

– Что за суета? Мы что-то празднуем?

– Приезжают маги из Катона. Советники сказали встретить их подобающе. Помоги разобраться в библиотеке. Нужно произвести на них должное впечатление.

Амели раздраженно закатила глаза. Всё это показанное представление казалось ей большой шуткой.

– Кому это нужно?

– Они приедут для обмена опытом. Привезут подарки, новые знания. Не знаю, как ты, а я что-то волнуюсь. Советники говорили, что от Совета Магов в Катоне давно не было никаких вестей и вот тут раз и приезжает их представитель!

– Хм, – только и выдавила Амели. – Что же, тогда я готова помочь.

В первый раз в своей жизни она увидела библиотеку в таком порядке. Снующие туда-сюда маги, наконец, переставили книги, собрали ненужный мусор и очистили столешницы от слипшейся грязи, которая тут скопилась из-за постоянных перекусов.

Ей даже не пришлось ничего делать. Она уже пришла на готовую работу.

Это заставило её задаться вопросом: какой же диктатор смог так быстро заставить других сотворить такое чудо?

Громкий крик стал ей ответом:

– Не сюда! Неужели ты даже таких элементарных вещей не понимаешь?! Книги с желтым корешком должны находиться в западном крыле, – кричащий мужчина обернулся к другой фигуре. – Куда ты это понес?! Положи, я сам со всем разберусь!

Люк крутил головой в надежде найти, на кого бы ещё ему прикрикнуть. И тут заметил Амели. Его взгляд почему-то стал немного беспокойным. Он опустился ниже, проходясь по её коленкам. А затем мужчина отвернулся, решив использовать свой излюбленный прием избегания «проблемы».

И она была только рада этому. Сейчас обсуждать с Люком вчерашний день могло закончиться для неё плачевными последствиями.

К обеду всех магов попросили собраться на первом этаже. Советники проверяли их внешний вид и одергивали, если тот им приходился не по душе. Фабьен прожигал взглядом карманные часы, следуя зрачком за секундной стрелкой. Он любил пунктуальных людей и ненавидел тех, кто смеет считать, что советники будут ожидать чьего-либо прихода. А гости уже значительно опаздывали.

Мистер Фабьен раздраженно вздохнул и уже хотел велеть всем расходиться, как внезапно двери башни отварились, и в помещение неспешным шагом вошли три человека.

Первым, кто притянул взгляд Амели, оказался мужчина, шедший посередине. Он немного напоминал ей Жоэля: темными, как смог волосами и утонченными чертами лица. Лишь глаза искрились не изумрудным свечением, а небесной голубизной.