Чародейка и прирученный демон

Глава 10.

Марьям удивилась, когда к ней внезапно нагрянула чародейка. И также она жутко разозлилась на болтливого купца, у которого обычно закупалась широколистным вербейником. Именно этот старый, говорливый и хамоватый мужчина, которому она по глупости разболтала, что является ведьмой, отправил к ней молоденькую девушку.

Как маги недолюбливали ведьм, так и ведьмы, в свою очередь, презирали магов и смотрели на них свысока. Всё же маги походили на людей, напоминали слабых созданий. Ведьмы же сотворялись из дьявольского семени, а потому больше повадками походили на адских отродий.

Самое большое различие, которое было присуще всем ведьмам и ведунам, были их глаза, их глубокий омут. В зрачках ведьм плескался озорной огонек, горящий в темноте, словно одинокий маяк. Разные оттенки переливались в зависимости от цвета радужной оболочки. Например, у Марьям были глаза с металлическим отливом, поэтому сейчас в приглушенной комнате в её взгляде трепыхалась серебристая искра.

Чародейка чувствовала себя неуютно. Может, потому, что не видела лица ведьмы, скрытое под тонкой вуалью.

– Я еще раз уточню… Ты хочешь, чтобы я приготовила тебе приворотное зелье?

Девушка помялась на неудобном скрипучем стуле и слабо ответила:

– Да…

– Разве это не противоречит вашим дурацким и отвратительным магическим законам.

Лицо молодой леди тут же стало ещё более беспокойным. Словно в любой момент из соседней двери мог выскочить один из их советников и приговорить её к смерти.

Ведьма не стала облегчать её состояние и, упиваясь чужим страхом, даже добавила:

– Так безнравственно лишать кого-то права выбора… Насильно мил не будешь. Видимо, твой разум давно поблек от буйства чувств.

Взгляд чародейки сделался ещё более виноватым. Словно оправдываясь, она скромно произнесла:

– Я думаю, что он ошибается… То есть… Он любит меня, но боится признаться в этом даже себе.

Марьям ухмыльнулась. Все, кто приходил к ней за приворотом, утверждали похожую чепуху. Мол: «она просто не понимает своих чувств» или «я просто спасаю его от этой гадины!». Все те люди говорили одинаковые вещи. Несмотря на ужас поступка, внутри Марьям пищала от восторга. Она так любила проглатывать целиком их отчаяние, их ложные надежды и их закостенелую веру в свою правоту.

Ей хотелось ещё поиграть с этой невинной овечкой.

– Почему сама не сваришь приворотное зелье? Ты ведь маг, а значит, имеешь доступ к запретному архиву.

Девушка сразу же возмутилась.

– Заниматься подобным?! Я не ведьма и не собираюсь опускаться до такого уровня!

Видимо, просить убить кого-то или же самой взять нож и прикончить человека были разными для неё поступками.

– Ну хорошо. Я сделаю для тебя зелье.

Юная леди уже обрадовалась, но Марьям вмиг оборвала её надежды.

– Но мне кажется, что ты мне что-то не договариваешь об этом мужчине… Что-то гложет тебя. Если не расскажешь мне, то и заклинание может выйти не таким, каким нужно.

Марьям лукавила, но ей стало интересно, что таиться в душе у той, кто опускается до подобной подлости.

Девушка потупилась и через время с неохотой призналась:

– Не так давно у нас был разговор…

– О-о.

– Он сказал, что ничего не чувствует ко мне. Сказал, что считает меня хорошим человеком, но романтических чувств не питает! – её голос сорвался на крик. – Тогда я спросила… Есть ли кто-то, кого он может назвать любимой. Он сказал, что нет, но… Вы бы видели его лицо! Он будто бы нахмуренными бровями и печальным взглядом выкрикнул мне: да! Почему так?! Я ничем не хуже! Я достойна гораздо большего, чем она!

– Она?.. Ты знаешь, что это за девушка?

Чародейка отвела взгляд.

– Я догадываюсь… Он всегда относится к ней с небольшим холодом. Слишком отстранено. Больше он ни к кому не проявляет тех эмоций, что показывает ей! Да уже только этим… всё становиться ясно. Говорит, что плевать, а в итоге идёт на всё, чтобы как-то помешать ей или же помочь. Раньше я совсем не понимала его поступков! Но теперь осознала… Всё было так очевидно. Какая же я дура!

Её лицо упало на ладони. Она яростно потерла глаза, отгоняя непрошеные слёзы.

В голосе ведьмы девушка расслышала искреннюю жалость:

– Вот как?.. Понимаю. Пусть вы и считаете нас адскими отребьями, но у нас тоже есть чувства. Мы любим, ненавидим, завидуем и презираем. Так же, как и вы… Так же, как и люди.

Девушка приподняла лицо и с надеждой спросила:

– Так вы мне поможете? – она залезла в карман и достала пару монет, выложив их на стол. – Я заплачу, сколько надо!

Добрая улыбка озарила лицо ведьмы.

– Разве я могу отказать страждущим? Так, посмотрим.

Ведьма стала рыться по книжной полке. Её изысканные пальцы проходились по толстым фолиантам.

– Это не то… Тоже не то… Да где же оно?! А вот нашла!

Она возложила книгу на стол и открыла на двадцатой странице. Подняв голову, ведьма объявила:

– Я всё сделаю. Но нужен волос этого человека или любая другая частичка, принадлежащая ему.

Чародейка, не мешкая, достала тонкий золотистый волос.

– Я догадывалась, что это пригодиться.

Марьям ухмыльнулась:

– Очень хорошо.

В следующую секунду ведьма подготовила черепок, размолола туда странного вида листья желтоватого оттенка волос мужчины и блестящий порошок. Клодетт знала, что для ведовской магии требуется отдать что-то взамен. Она протянула руку в надежде на то, что Марьям возьмет её кровь, но та оттолкнула её кисть.

– Твоей крови не потребуется.

– Но… Он же должен влюбиться в меня! Разве… не нужна частичка части моего тела?… – с сомнением уточнила девушка.

– Отвар работает не так. Тот мужчина влюбится в того, кого первого увидит. Твоя задача состоит в том, чтобы стать тем самым человеком.

Когда ведьма волхвовала, вокруг неё словно пылали искры, а огонь в глазах разгорелся ещё ярче. Тусклые свечи вовсе потухли, но в комнате не было темно. Вокруг создалась прочная яркая завеса из густого тумана. Напоследок ведьма плюнула в чашу. Перелив зелье в баночку, она передала его Клодетт.