Чародейка и прирученный демон

Глава 17.

Лекарство подействовало как надо. На следующий день желудок её не беспокоил, да и общее состояние улучшилось.

Но кое-что все же не давало ей покоя. Вчера, когда она выходила из башни, её задержал Люк. Он с недовольным видом оглядел Амели и неожиданно заявил:

– Уже точно чувствуешь себя лучше?

– Если бы мне было плохо, то я бы задержалась здесь. А теперь мне пора домой. Есть незаконченные дела.

Дел у неё не было. Но оставаться и дальше под присмотром советников не хотелось.

Люк лишь хмыкнул, а затем вконец поразил её:

– Я провожу тебя до дома.

– ?!

Шок на её лице был слишком явным, и Люк нахмурился лишь больше.

– Считаешь, что я могу отправить тебя одну? Интересно, каким мужчиной я тебе представляюсь?

«Таким что бросается дружбой! – хотелось выкрикнуть ей.».

Амели ничего не могла с собой поделать. Все эти годы Люк проявлял позицию дальнего родственника, который редко мог поздравить с праздником, а теперь же везде льстился к ней, будто оголодавший кот. Такое резкое внимание со стороны мужчины настораживало или даже вызвало раздражение. Как если бы она внезапно сорвала куш денег в игорном доме, и все друзья с долгами вдруг стали бы к ней очень мягко и ласково относится, намекая и жалуясь на свое финансовое положение.

Сначала Амели хотела настоять на отказе, но вдруг ей на глаза бросились руки мужчины без перчаток: кожа на них была покрыта мелкими, не зажившими рубцами. Она сразу вспомнила о супе, приготовленным незнакомцем. Соединив это в уме, Амели догадалась, кто был её поваром. Люк постарался сыграть роль кухарки, хотя не умел даже чистить картошки. Уж она то знала об его кулинарных способностях. Мужчина из великой семьи магов… понятно, что он едва знал основные кухонные понятия, но всё же с первого раза приготовил отменный суп. Люк и правда обладал прирожденным талантом быть лучшим во всём.

Это поражало… И это восхищало. Амели даже не заметила, как на щеках всплыл небольшой румянец. Люк беспокоился о ней. И не просто заставил советника приготовить ей лекарство, но вложил и свои силы в её исцеление.

Опустив взгляд, она проговорила:

– Хорошо. Я не против твоей компании.

Люк поймал повозку и сел напротив девушки. Всю дорогу он молчал, скрестив руки на груди, и просто наблюдал за пейзажем. Закатные лучи солнца озаряли его лицо, придавая тому золотистого блеска. Люк походил на медовый янтарь; в этот момент он был особенно прекрасен. Амели даже не заметила, что всё это время любовалась им. Одернув себя за излишнее бесстыдство, она решила поинтересоваться:

– Как тебе поездка в Кольи?

Люк, казалось, удивился её вопросу. Он выпрямился и ответил:

– Ничего особенного. Работа несложная, больше маетная. Что с тобой случилось? Когда ты успела захворать?

А он быстро перевёл на неё тему!

Но ей хотелось узнать ещё кое о чем, потому она не стала попадаться на его удочку.

– Что насчет Жоэля?.. Вы помирились?

Честно, Амели хотела, чтобы Жоэль сгорел в адском пекле. Именно из-за него её брат пропал. И именно он без зазрения совести нанес ей несколько ударов по лицу. Настолько сильных, что Амели отрубилась от боли.

Жоэль после того случая будто испарился. Она допрашивала советников о том, куда он исчез. И все как один отвечали, что он на реабилитации.

Воспоминания о нём вызывали лишь ярость. Ей не хотелось думать о Жоэле, но мысли потоком неслись к нему и его наглой роже, его злостному языку, что смел угрожать ей и нарушить клятву. Амели очень надеялась, что Люк перестанет контактировать с этим человеком. Ей не хотелось, чтобы в друзьях у Люка был человек без чести и нравственности.

Мужчина нехотя ответил:

– После того случая мы не общались… Хотелось бы мне сказать, что я переборщил… Но я не чувствую себя виноватым.

Конечно… Люк бы никогда не признал свою вину. Было бессмысленно удивляться его бесстрастию.

– Почему ты спрашиваешь? Тебя что так волнуют наши отношения?

Амели не планировала рассказывать ему о том, что произошло. После всего ей казалось, что Люк придёт в ещё большую ярость и просто убьет товарища. Потому она уклончиво произнесла:

– Вовсе нет. Просто было любопытно.

На этом их короткий разговор закончился. До дома они доехали в молчании.

Амели думала, что Люк останется в экипаже и поедет дальше на свою улицу. Но он по неизвестной причине вышел из повозки и направился с ней аж до самой двери.

Амели нервно всунула ключ в скважину.

«Неужели он хочет, чтобы я пригласила его внутрь?! – пронеслось у неё в голове.»

Неожиданно Люк с тоской проговорил:

– Давно я не был на этом участке… Ностальгия. Раньше мы часто играли во дворе, прячась от служанок в кустах жасмина, – он издал тихий смешок. – Мадам Флоренс потом сильно ругалась, проклиная нас за то, что портим материал для заклинаний.

Амели улыбнулась и сказала:

– Она ругалась по поводу и без. При тебе она ещё сдерживалась. Ты не видел, что было после, когда вы уходили. Мне устраивали настоящий разнос, – ухмылка стала шире. – Благо мне было на кого скидывать ответственность.

– А я то думал, почему мне дома ещё сильнее доставалось.

Амели открыла дверь и неловко произнесла:

– Если хочешь, заходи. Но у меня тут сплошной беспорядок.

– Не то, чтобы он меня волновал… – начал Люк, но стоило ему переступить порог, как тот разразился гневной тирадой: – Да это не бардак, а настоящее место преступления! Ты вообще хоть раз брала тряпку в руки?! А это что?!

Его ботинок наступил на липкий след. Амели даже не помнила, как и когда умудрилась оставить его там.

Вот к ней и вернулся старый сварливый Люк. Такое его поведение и открытое насмехательство было ей ближе, чем когда он строил из себя миндальника.

Амели поменяла обувь и прошла внутрь, оставив Люка в размышлениях: стоит ли ему плюнуть и уйти, либо же смириться с обстановкой и остаться на кофе. Пока она приготавливала угощения, гость прошел в столовую, при этом сняв обувь.