Чародейка поневоле. Книга 10. Исход

Глава 29. Царство Морфея.

В различных культурах путешествие в царство мёртвых происходит по-разному, но в большинстве случаев присутствует вода. У славян это огненная река Смородина. У древних греков подземная река Стикс, на которой души умерших ожидает Харон, со своей лодкой.
Я, конечно, не эксперт по мифологическим плавательным средствам, но что-то мне подсказывало, что у него не просто какая-то плоскодонка. Каким бы паромщик не был демоном, и он наверняка задолбался бы перевозить каждого по отдельности. Я даже и не подозревала насколько была близко к истине.
Пока я спала, ундины откуда-то притащили пузатую посудину с бортами, обшитыми прохудившейся кожей. Сквозь многочисленные прорехи хорошо просматривались почерневшие от времени, а кое-где и основательно прогнившие доски. На корме красовалась выцветшая от времени корявая надпись: «Херонавт». Лучше и не скажешь!
Однако, не смотря на довольно неказистый вид, это чудо маломерных судов, не только уверенно держалось наплаву, но и на его борту вполне комфортно смогла разместится вся наша дружная компания в семьдесят три человека. Все, кто остался в живых из ста десяти бойцов, отправившихся в опасное путешествие.
На протяжении всего водного пути нас окружала завораживающая тишина, нарушаемая лишь плеском вёсел, да звуком падающих с потолка капель.
Сколько мы так плыли, сказать сложно. Чувство времени пропало начисто. Единственное, что я с уверенностью могу сказать, если учесть, как неприятно посасывало у меня в животе, времени прошло предостаточно. Поэтому представившаяся нашим взорам чудесная картина, вскружила голову всем без исключения.
По правому борту раскинулся изумительный сад, состоящий из диковинных плодовых деревьев и покрытых аппетитными ягодами кустов.
Не сговариваясь, гребцы резко притормозили, повернув к берегу.
Мне сложно даже предположить за счёт каких сказочных ресурсов в подземном царстве плодоносит это чудо. Но не смотря на полное отсутствие солнечных лучей, каждое дерево было обвешено спелыми плодами, а кусты усыпаны сочными ягодами.
Яблоки и груши, плотные с медовым отливом; апельсины с мандаринами, так и горят маленькими оранжевыми солнышками; пухлые финики, поразительно однородного цвета и размера; бананы с желтой блестящей кожурой; да и ягоды на кустах одна к одной, словно клонированные. Все сочные, спелые, как бы запрограммированные на одновременное созревание. И нигде не видно ни перезревания, ни гнили, ни червоточин, ни иных повреждений. К тому же не смотря на солидный урожай ни одна веточка не согнулась, не переломилась.
Лишь теперь я поняла, что только это обстоятельство должно было насторожить. А тогда разум затуманился от такого вкусного разнообразия. Не успела лодка полностью причалить, как вся наша оголодавшая компания набросилась на халяву.
Жую я значит сочный финик, попутно снимаю с апельсина кожуру, а сама по сторонам глазами рыскаю, чтобы такого ещё схватить и вижу, как на одно из деревьев опустилась летучая мышь. В общем-то ничего не обычного, этих зверюшек в подземельях обитает превеликое множество. Да вот, что странно. Эта мышка, повиснув на ветке вниз головой возле одного из яблок, принюхалась к плоду, после чего откусила кусочек. В следящее мгновение зверёк рухнул на землю. Сердце ёкнул. Неужели помер. Но приглядевшись я поняла, что он просто спит. Вот как раз после этого события страшная догадка молнией пронзила мой мозг. Я попыталась закричать, предупредить друзей, что это ловушка, но глаза сами собой сомкнулись.
Во все века учёные спорят, что такое сон.
Возможно, это просто физиологическое состояние, характеризующееся пониженной реакцией на окружающий мир. Возможно, это шанс для души, временно покинуть тело и пуститься путешествовать в прошлое или бедующее. Возможно, во время сна наше сознание продолжает своё существование в другом теле или иных измерениях. А возможно, это попытка высших сил передать нам некую информацию, предупредить, дать совет или предоставить инструкцию.
Как бы там ни было, но даже в век всесильной науки и продвинутой техники, сон остался мистической непостижимой тайной.
Он несёт покой и умиротворение, облегчение и лёгкость, тепло и благость, наслаждение и уединение.
Мне снился, кажущийся бесконечным тоннель со стенами, покрытыми блестящей амальгамой. Где-то вдалеке маячил свет. Он манил, звал за собой. И я парила к нему, словно глупый мотылёк летит на пламя.
Где-то посредине пути, дорогу мне преградила одетая в рубище старуха. На вид неопрятная, но глаза поразительно добрые. На поясе висит обруч со связкой ключей.
- Ну здравствуй, - молвит ключница, - туда, - кивком указала в сторону светлого пятна, - тебе ещё рано.
- Тогда зачем я здесь?
- С тобой кое-кто хочет поговорить.
Сняв с пояса связку, старуха выбрала один из ключей, подошла к стене вставив его в лишь ей видимую скважину. Два оборота и дверца открылась.
- Иди, - ключница посторонилась, - тебя ждут.
Шагнув через порог, я застыла в восхищении.
Я стояла на каменном карнизе возвышающимся над живописной долиной покрытой лесами, полями и лугами, рассеченной надвое сверкающей в лучах ослепительно яркого светила, речной гладью. По обоим берегам раскинулись утопающие в зелени садов домики под разноцветными черепичными крышами.
С трёх сторон долину окружали высоченные горы с покрытыми снежными шапками вершинами. На горизонте, в лёгкой голубой дымке на берегу залива проступали очертания города, обнесённого высокой крепостной стеной.
Но самой фантастичное зрелище предстало перед моим взором, стоило поднять глаза вверх. В небе парило два летающих острова, на которых я в изумлении увидела не то дворцы, ни то замки с воздушными башенками и парками, окружёнными ажурными решётками.
- Нравится?
Я вздрогнула. Повернув голову, увидела невесть откуда появившегося незнакомого парня. Высокий, статный, довольно симпатичный, с смазливым личиком, голубями глазами и шапкой вьющихся как у молодого барашка, белокурых волос. На вид ему я бы дала ему не больше семнадцати-восемнадцати лет.
- Ты ещё кто? - вопрос, конечно, глупый, но надо же с чего-то начинать разговор.
- О! - воскликнул юноша, - прошу прощения за мою невежественность. Позвольте представиться, - галантно раскланявшись представился он, - Моё имя Морфей, ну или Морфиус, кому как нравится.
- Ах, да! Морфей! Как же я сразу не догадалась! - хлопнула я себя ладонью по лбу, - Правда мне казалось, что бог сна эдакий пухленький карапуз с изумительно розовой кожей, крылышками и букетом мака.
- В твоих словах есть доля истины, - с улыбкой кивнул молодой бог, - Таким меня видят дети. Но, как и все боги я могу менять облик по своему усмотрению.
- Ну допустим. В таком случаи не соблаговолишь ли мне поведать, куда это меня закинуло?
- Этот мир зовется Миллония,- охотно стал пояснять Морфей,- он был открыт лично мной. К сожалению, к моменту моего появления мир уже был заселён. Местный властелин дозволил мне заселить пустующие территории, предоставив безжизненные земли. Мне удалось превратить их в цветущий рай. Назвал я своё детище «Обитель». Узнав об этом, властелин Миллонии нарушил договор, послав в «Обитель» войска. Мне пришлось призвать на помощь древних богов. Мы победили, отгородив обитель непроницаемым щитом. Об этом месте мало кто знает. Тебе нравиться?
- Ничего, так, - пожала я плечами, - миленько.
- Я дарю «Обитель» тебе. Если захочешь, можешь перебраться сюда со всеми своими друзьями.
- С чего бы это, такие дорогие подарки?
- Прежний мир скоро падёт, - пояснил Морфей, - а мне не хочется, чтобы ты подпала под влияние Создателей…
- Достойно джентльмена. А дорогу можешь показать?
- Только во сне, - рассмеялся молодой бог.
- Ха! Ну, и какой мне в этом смысл?
- Зато я могу подсказать, как сюда попасть.
- С этого и нужно было начинать. Уж будь любезен, сделай такое одолжение, подскажи как нам сюда пробраться?
- О лаборатории древних, что-нибудь слышала?
- Этот там, где находится «банк душ»? Как же знаем, знаем. Похоже у вас это панацея от всего и одновременно камень преткновения.
- Во, во, - безобидно рассмеялся Морфей, - лучше и не скажешь. Так вот, кроме банка там ещё находится компьютер, в который заложены координаты всех миров. Хочешь открыть врата, найди путь в лабораторию.
- Так мы как раз туда и держим путь. Если больше никаких подарков нет, давай возвращай меня назад.
- Легко. Только запомни, сонные плоды, которые вы съели, очень коварны. От чрезмерного чревоугодия можно и не проснуться. Если хочешь спасти друзей, незамедлительно прочисти им желудки.
Щелчок пальцами и дивная картинка пропала. Вместо неё вокруг меня заклубилась непроглядная мгла. Ощущение стремительного падения вызвало приступ тошноты. Я, что есть силы, зажмурилась и…. Очнулась.
Я находилась всё под тем же деревом, где так не осмотрительно бездумно лопала отравленные фрукты. Голова покоилась на коленях Бригиды, которая в момент самопроизвольного очищения моего организма заботливо перевернула меня на бок.
- Ай, твою бабушку…- застонала я от жуткой головной боли. Казалось, что башка прямо сейчас лопнет, словно гнилой арбуз.
- Не ругайся, сейчас легче станет, - услышала я голос подруги. В следующее мгновение мне на лоб легла мокрая холодная тряпка.
- У-у-у, как хорошо… Сейчас бы газированной водички, да побольше…
- Газированной не обещаю, а вот речной сколько угодно. На вот, попей- и моих губ коснулся край котелка.
И вправду, как хочется пить, в горле пожар, словно от десятидневного запоя. Прикрыв глаза, я сделала глоток. Потом ещё. А после, схватив котелок обеими руками принялась хлебать как полковая лошадь. Вода принесла приятную прохладу, потушив пожар в крови. На лоб шлёпнулась новая мокрая тряпка.
- Ну как ты себя чувствуешь?
- В правду сказать не очень важно, - уже более окрепшим голосом сказала я, — вот только что мне снился сказочный мир, и в следующие мгновение уже лежу в вонючей луже своей рвоты. Как там остальные?
- Большинство сами оклемались, но некоторым нужна помощь, - ответила Бригида, - так, что давай постарайся поскорее привести себя в порядок.
Бесцеремонно приподняв мою голову со своих колен, она положила её на выступающий корень, встала, направившись к следующему пациенту.
- Постой…,- жалобно простонала я, протянув руку в сторону удаляющейся фигуры,- не бросай меня. – ни какой реакции.- Ну ладно,- зло сузив глаза, прошипела я,- а ещё подругой называлась…
Кое-как настроившись, я рывком села. Башка мотнулась, словно у тряпичной куклы, перед глазами всё пошло кругом. Почему-то показалось, что вокруг летает черная вуаль, и всё норовит приблизиться, чтобы накрыть меня с головой и больше не выпускать из своих объятий.
С трудом встав, на подгибающихся ногах доковыляла до реки. Встав на колени, окунула голову в воду. Боль в затылке немного утихла. Вынырнув, умыла лицо, прополоскала рот и только после этого смогла оглядеться.
Те, чей организм смог извергнуть содержимое желудка медленно приходили в себя. Но были и такие, кто уже не подавал признаков жизни. Откачать удалось не всех. Пятеро так и остались навечно в царстве иллюзий Морфея. Их тела решили забрать с собой, чтобы похоронить в другом месте. Становиться питательной средой для жутких растений, они не заслужили.