Чародейка поневоле Книга 2. Заговор ведьм.

Глава 12. Ведьма пряничного домика.

В дремучем лесу, вековые деревья, своими макушками цеплялись за черные тучи. Казалось, что они, каким-то непостижимым образом, либо с помощью сильного колдовства, специально были собраны в этом месте со всех частей света. Встречались такие сочетания растительности, которые, в иных обстоятельствах, представить было невозможно, разве, что в самых больных фантазиях.
То тут, то там, в царившем под сенью густых крон, полумраке, вспыхивали мерцающие огоньки, жаждущих крови, глаз. Со всех сторон, раздавалось осторожное, крадущиеся, шуршание, треск веток или хлопанье крыльев. Изредка, из глубины чащи, слышалось леденящий душу, вой.
Между деревьями, непроходимой стеной, стоял колючий кустарник. Его ветки и шипы, настолько переплелись между собой, что казалось, нет прохода сквозь него. Но подаренной Ягой, навигатор, отлично справился со своей обязанностью, проведя нас, через эти дебри, по едва заметной тропинке.
Пришлось, правда, быть весьма осторожной, постоянно уклоняясь от тянущихся со всех сторон ветвей, утыканных острыми шипами, так и норовившими зацепить и порвать одежду, запутаться в волосах или поцарапать кожу.
Потому я совсем не заметила, как заросли кустарника, закончились. Из лесного сумрака, тропинка выскочила на очаровательную полянку. Здесь, с ясного неба, сияло ослепительно яркое солнце, лаская своими лучами разноцветное лоскутное покрывало из ромашек, незабудок, колокольчиков, васильков, фиалок, и еще не менее десятка других видов цветов, над которыми порхали не менее красочные бабочки, вились шмели и, трудолюбивые пчелы.
Выбежав из леса, тропинка переходила в выложенную из желтого кирпича дорожку, ведущую к небольшому, уютному домику, окруженному низенькой плетеной оградой, за которым раскинулся чудный сад. Все в нем было сделано из сладостей.
Зайцы из белого шоколада, сидели под сахарным кустарником. Бисквитные белки притаились на шоколадных стволах. Яркие пичуги из пастилы, раскачивались на ветках. А в окружении этого великолепия, притаился домик. Крыша его была сделана из, покрытого шоколадной глазурью, пряника. Стены, из розового марципана. Рама окна, из печенья. А дверь, из целой шоколадной плитки.
Попав в эту сладкую сказку, мои друзья, совсем позабыв предупреждение Яги, в одночасье потеряли голову и всякую осторожность. Не теряя времени, они разбежались в разные стороны.
Гном, упав на колени, вырывал целые пуки, раскрашенной пищевым красителем, сахарной травы и цветов, запихивал их в рот и жевал, жевал, словно оголодавшая за зиму корова.
Кузя, метался среди ветвей, на лету, откусывая белкам головы, а птичек, так и вовсе глотая целиком.
Фарг не стал размениваться на мелочи, а просто отломав здоровенный кусок крыши, принялся с наслаждением уплетать его.
Признаться, от вида такого изобилия вкусностей, я тоже не удержать, от того, чтобы не полакомиться ими. Подойдя к небольшому пруду, где среди сахарных кувшинок, плавали два белоснежных лебедя из белого шоколада, я зачерпнула из него коричневую вязкую массу, поднесла ее к губам и осторожно попробовала языком.
«Ум, - от удовольствия я даже облизнула губы, - да это же настоящий молочный шоколад!»
Совсем потеряв бдительность, я принялась жадно черпать лакомство руками, а затем просто уткнулась губами в сладкую субстанцию, всасывая в себя дармовое лакомство, с вожделением поглядывая на плавающих неподалеку царских птиц …
Очнулась я от грубых прикосновений. Открыв глаза, я с удивлением, увидела перед собой, вместо прекрасных лебедей, сгорбленную старуху с крючковатым носом на сморщенном, как старый инжир, лице. Маленькие злобные глазки буквально сверлили меня, из-под густых, сросшихся на переносице, бровей.
Ведьма, в начале, по-хозяйски тыкала в меня вилкой, а затем принялась ощупать своими скрюченными пальцами, открытые участки кожи.
- Очнулась уж, - прошамкала она беззубым ртом, в котором осталось лишь несколько гнилых зубов, - я, конечно, люблю полакомиться глупыми детишками, но…- нагнувшись к моему уху, заскрежетала злая колдунья мерзким голосом, обдав меня холодным зловонным дыханием, - но ради такой нежной куколки, я могу и поменять свои привычки.
- Да как же возможно?!- наигранно возмутилась я, - для пожилых людей принципы, самое важное в жизни! Не стоит менять их ради меня!
Одновременно, я попыталась оглядеться. Нужно сказать, что увиденное не очень порадовало меня. Я лежала на грязном, замызганном полу. Руки были связаны за спиной, ноги спутаны куском бечевки. Внутренняя обстановка комнаты, разительно отличалась от внешнего лоска. Крыша и стены изнутри дома покрылись густым слоем плесени. Пол был земляной. Из мебели имелся стол из грубо тесаных досок, два массивных стула, да циновка, покрытая замусоленной шкурой. Особое место занимала массивная печь, врезанная в заднюю стену домика, в отличие от фасада, выложенную из кирпича.
Мои друзья тоже были тут. Монти, прижав обе ладони к выпирающему животу, закатив глаза, тихо постанывал в углу. Фарг, полусидя возле стены, не в силах даже пошевелиться, пытался сдержать приступ, навалившийся на него икоты. Но переполненный желудок, брал верх над силой воли орка, от чего, периодически, стены вздрагивали от вырывающих изнутри звуков.
Про Кузю и говорить не стоит. Его маленькое тельце раздулось до размеров шара. На столе лежал этакий мохнатый колобок, с несуразно растопыренными в стороны ручками, ножками, и гротескно маленькой, на фоне раздувшегося брюха, головой.
«Вот же сволочи! Нажрались на дармовщину! Как только выберемся отсюда, заставлю сожрать тонну угля! Или, еще лучше, каждому поставлю по трехлитровой клизме! Хотя…. Я и сама виновата. Надо же так расслабиться… Дура набитая!»
Старуха, между тем отошла к столу, принявшись, что-то шинковать огромным ножом. Видимо гарнир, к главному блюду, готовила.
Я стала осторожно шевелить руками. К счастью, путы оказались не очень прочно затянуты. Ведьма, наивно полагалась на свое колдовство.
- А твоим друзьям, я тоже найду применение, - не оборачиваясь, захихикала злая колдунья, - из орка и гнома получаться превосходные чучела. Их я оболью шоколадом и поставлю перед входом в качестве скульптур. А из беса, получиться прекрасный колокольчик. При открывании дверей, его будет бить по мохнатому телу, а он будет мелодично звенеть…
Старуха настолько замечталась, что вовсе не обратила внимания на мое ерзанье. Наконец мне удалось ослабить путы.
Неожиданно с улицы раздались какие-то подозрительные шорохи. Ведьма насторожилась. Сжав в руке нож, она направилась к двери. Хозяйка дома отсутствовала всего пару мгновений, но этого мне хватило, чтобы полностью освободить руки.
Ни чего подозрительного не обнаружив, ведьма вернулась в дом, и направилась ко мне.
- Ну, вот и все, деточка, - она склонилась прямо над моим лицом, - настал твой последний миг.
- Я в этом глубоко сомневаюсь, - весело подмигнув, я. Резко сев, я выбила из рук колдуньи кухонный нож, и тут же впечатала ей лбом в нос.
Однако, нужно отдать должное, ведьма стойко выдержала удар. Она лишь попятилась, а затем резким движением пальцев, выправила хрящи, уставившись на меня с еще большей злобой.
- Знаешь, - словно змея прошипела она, - что мне больше всего нравиться в смертных? Это вопли, когда их хлипкие тела скрючивает под моими заклинаниями.
Старуха, как-то вся напряглась. Взгляд ее опустошенных глаз, будто бы был направлен сквозь меня. Что-то, нашептывая сухими губами, она некоторое время перебирала в воздухе скрюченными пальцами, словно сплетала паутину, а после резко выбросила руку в мою сторону.
Схватившись обеими руками за горло, старательно хрипя и хватая ртом воздух, я стала судорожно дергаться, делая вид, что меня действительно не по-детски плющит. Попутно, краем глаза, я наблюдала за реакцией колдуньи. Мне было очень любопытно, как она себя поведет, и что будет делать.
Нужно было видеть, как мое кривляние подействовало на злобную ведьму. Потирая сухие ладони, она захихикала, и даже принялась пританцовывать на месте. Было видно, что колдунья очень любит издеваться над своими жертвами, наблюдая за их муками. Тем больше было ее удивление, когда я, как ни в чем не бывало, выпрямилась.
- Ты видимо думала, что твое слабенькое заклятие, действительно подействует на меня? - растянула я губы в издевательской улыбке, - Так вот… Можешь не надеяться…
- Ах, так! - как-то неожиданно быстро пришла в себя ведьма, - тогда я просто уничтожу тебя!
Она стала делать вращательные движения кистями рук. К своему ужасу, я увидела, как между ее ладоней формируется огненный сгусток. Только теперь я поняла, что моя самоуверенность, может сыграть со мной злую шутку. Нужно было раньше атаковать, когда старуха была в растерянности. А теперь было уже поздно.
Закончив свои манипуляции, ведьма метнула в меня полностью сформировавшийся фаербол. Лишь чудом, я успела уклониться, и огненный шар миновал меня, лишь слегка опалив клок волос. Зато, стоящему за моей спиной стулу, повезло меньше. От него осталась лишь кучка пепла.
- Ну, ты нарвалась! - ни на шутку, разозлилась я.
Оглядевшись, я увидела висящие на стене сковородки, разных размеров. Выбрав самую большую, я вновь повернулась к колдунье, приняв классическую для большого тенниса, стойку.
- Подавай!
Зарычав, ведьма метнула в меня новый фаербол. Ловким движением я отбила его. Пылающий шар взмыл вверх, пробив в крыше огромную дыру.
Следующие несколько минут колдунья непрерывно швыряла в меня огненные мячи разных размеров, а я их отбивала, от чего дом превратился в подобие швейцарского сыра.
Последний, отбитый мной фаербол, очень удачно, угодил старухе прямо в лоб.
В яркой вспышке, сопровождающейся треском, тело колдуньи отлетело к печи и сползло на пол. Она так и осталась сидеть с почерневшим лицом и вставшими дыбом, от электрического разряда, волосами.
- Ну вот, так, как-то, - усмехнулась я, поцеловав свою импровизированную ракетку. И, повернувшись к не пришедшим, до сих пор в себя, друзьям, добавила, - а с вами, обжоры, поговорим позже. Вас ожидают активированный уголь и увлекательное приключение с трехлитровой клизмой для каждого…