Чаровница. На север

Глава 1. Гайгород

Вы зашли в третью часть исторического фэнтези-цикла "Чаровница".

Книги цикла здесь https://litnet.com/shrt/_TJa

Первую часть вы можете прочесть бесплатно здесь https://litnet.com/shrt/RjdZ

Мудрослав не спал всю ночь перед Перуновым днем. Старый волхв физически ощущал, что воздух вокруг святилища стал каким-то необыкновенно густым и тяжелым. В его сердце появилось недоброе предчувствие уже давно, тогда, когда Радмила впервые поведала ему о своем ночном кошмаре. Он знал, что это не просто сон. Тревога не покидала старца с тех самых пор. И теперь с каждым днем она становилась все более сильной и гнетущей. Он пытался приписать свое беспокойство страху за здоровье Радмилы... Но в глубине души понимал, что лжет себе.

Отлучка на празднество, в тот злополучный день похищения, была необходимой. Прославление великого бога молнии, было его святой обязанностью, выполнению которой могла помешать только смерть. Мудрослав был вынужден оставить больную Чаровницу в окружении сестер. Старый волхв отправился в Гайгород, чаще обычного озираясь назад…

Войдя в град, Мудрослав заметил Дубраву, и сам отправил ее к Доброгневе за лекарствами. Ему было спокойней от сознания того, что рядом с Чаровницей полянница, славящаяся своей силой и ловкостью даже среди мужчин. Он словно забыл о пророческом сне ведуньи. Впрочем, разве в его силах было сопротивляться самой Судьбе? Он, сам не ведая, стал лишь винтиком в ее хитроумном плане, отправив последнее недостающее звено в цепь будущего.

Несколько раз Мудрослав хотел обратиться за помощью к Бронивиту, но всякий раз осаждал себя. Что-то помешало ему призвать для охраны Чаровницы полянников. И это что-то он после назовет не иначе, как перст Судьбы.

Когда старый волхв вернулся назад, девушек уже не было.

Мудрослав, осознав свою недальновидность, пришел в ужас. Он сразу понял, что его воспитанница с сестрами похищены. Вскоре о несчастии стало известно Бронивиту, а затем - и всему граду. На поиски пропавших были отправлены все полянники. Но чаянья горожан, как мы уже понимаем, не оправдались.

Однажды воины встретили варяжский драккар, который приезжал к ним этим летом. Он спокойно плыл по реке, нагруженный товаром. Полянники не посмели требовать права на обыск. Уж слишком шаткой была дружба с воинственными инородцами. Да и краж девиц прежде за ними не наблюдалось. Драккар решили даже не догонять, чтобы не тратить время зря...

Так, в безуспешных поисках, прошло несколько недель. С особым рвением на поиски девушек бросилось четверо мужчин: это, конечно же, отец Радмилы, Святозар, чей разум, кажется, помутился от горя, и он, бывало, не говорил ни слова за целый день; Гордей, Еловит и Любомир. Однако даже их сумасшедшее рвение, порожденное невыносимым отчаянием, не принесло никаких плодов…

Когда поиски пропавшей Чаровницы решили остановить, в центре Гайгорода был собран совет, на который пришли все жители города.

- Чаровница похищена. Но найти ее уже невозможно. Теперь, спустя недели бесплотных поисков, в этом нет никаких сомнений, - провозгласил Бронивит, пробежавшись взглядом по лицам горожан и ненадолго задержавшись на заплаканном лице Доброгневы, которая при последних его словах закрыла лицо руками и затряслась от сдавленных рыданий. Рядом с ней стоял белокурый мальчуган и в отчаянии дергал мать за рукав, пытаясь остановить безудержный поток ее слез.

- С нею пропали и три ее сестры: Дубрава, Весея и Милолика. Мы не знаем, кто повинен в этом зверстве, но… - не успел закончить воевода, как его прервал резкий голос.

- Мне известно, кто их похитил!

Все обернулись на вышедшего вперед мужчину, держащего в руках что-то красное.

- Еловит, я знаю о тех домыслах и слухах, что ходят по граду, но у нас нет доказательств… Мы не так сильны что бы из-за нелепых догадок затевать войну…

А между тем по людской толпе пробежала волна недовольства и все отчетливей то тут, то там слышалось одно единственное слово – древляне.

- Теперь есть и доказательство! – крикнул молодой человек.

Еловит поднял высоко над головой мужской пояс, украшенный весьма своеобразным орнаментом, напоминавшим волчьи морды.