Чаровница. Русь

Глава 14. Освобождение

Молодой мужчина пожирал ее взглядом, бесстыдно блуждавшим по смуглому лицу и телу. Хазаринка невольно поежилась, покрывшись гусиной кожей. Она не помнила, чтобы когда-нибудь ей доводилось испытывать нечто подобное из-за мужчины - хотелось спрятаться от его взгляда - и одновременно бесконечно долго наслаждаться им. Ведь она и сама не могла оторвать взор от русича. Хазаринка так же беззастенчиво рассматривала его мускулистую грудь, живот, ровные, стройные ноги и это необыкновенное, так не похожее на хазарское, лицо. Ее рот чувственно приоткрылся, высокая грудь быстро вздымалась. Девушке не хватало дыхания.

Потом Мара встала и, налив чарку воды, подошла к Гордею. Став рядом с ним на колени, она прислонила сосуд с живительной влагой к его губам и умоляющим, нежным голосом произнесла:

- Пожалуйста, рус, пей! Пей!

Гордей приоткрыл губы и с жадностью осушил чарку.

Потом она положила ему в рот кусок плохо прожаренного мяса, и Гордей, почти не прожевывая, проглотил его.

Она снова дала ему попить. Струйка воды полилась по его лицу, потом, сверкая отражением пылающего костра, медленно стекла по шее на грудь. Хазаринка, почти не отдавая себе отчета в том, что делает, провела по его пылающей коже рукой, точно пытаясь стереть воду. На лбу Гордея появилась испарина, он пытался совладать со своим мужским естеством, но тщетно.

Хазаринка сама пришла ему на помощь. В одно мгновение ее глаза вновь стали стеклянными, она со всей силы ударила глиняную чарку о землю - так, что та разлетелась на мелкие осколки. А ее рука, которая только что ласкала его, впилась в грудь когтями, оставив там кровавый след. Мара вновь схватила мешок и, теперь уже надежно, натянула его на голову Гордею.

Так прошла ночь. Полянник метался, он ненавидел хазар и ненавидел ее, и одновременно в нем полыхало еще одно, совсем другое, чувство. Подобно иссушающему летнему пожару, оно испепеляло его тело своим пламенем. Сон не шел к нему. Он снова стал пытаться вырвать руки из оков веревки. Ничего не получалось. В один из таких резких рывков молодой человек ощутил на земле, прямо под своей рукой, острый осколок глиняной чарки. Этой возможности он упустить не мог и, тут же схватив его, медленно, но уверенно стал истончать ненавистную веревку.

Гордей ощущал сильную слабость, хотя выпитая вода заметно улучшила его состояние.

Ближе к утру, он вновь услышал ее шаги. Хазаринка подошла к нему, потом вновь отошла, потом, точно коршун, стала кружить возле него, то удаляясь, то приближаясь. Молодой человек спрятал в ладони осколок. Всю ночь его руки пытались перерезать толстую бечевку. И теперь, когда свобода так близко, Мара почему-то не отходит от него. Может, она уже распознала его жалкую попытку к бегству? И все же он не оставит своего стремления к освобождению, даже если оно будет стоить ему жизни!

Потянулись мучительные минуты ожидания. Наконец Гордей услышал ее шаги, удаляющиеся по направлению к реке, и, облегченно выдохнув, продолжил начатое. И - о чудо! Вскоре, сделав несколько резких рывков, он сумел порвать путы и освободиться! Гордей попытался пошевелить конечностями, кровь бешеным потоком полилась по сосудам. Все тело точно пронзили сотни иголок одним разом. Руки Гордея потянулись к голове, и, хотя тело еще не совсем слушалось его, он сумел сдернуть мешок.

Было темно. Черные тучи заволокли небо, превратив утро в вечер.

Хазаринка стояла к нему спиной, по пояс в воде, безмятежно купаясь: она не предполагала, что ее пленник теперь свободен. Гордей быстро развязал веревки, опутывавшие его ноги, и, одним махом вскочив с земли, направился к Маре, ощущая легкую слабость, которая, впрочем, не могла его теперь остановить.

Черные волосы, слипшись в отдельные пряди, причудливыми волнами облепляли ее тело. Хрустальные капли воды медленно стекали по ее оливковой коже, оставляя влажный след. Ее рука медленно скользила по плечам и груди. Она была чувственна и прекрасна. Шумное звучание реки помешало ей услышать шаги Гордея. Только когда он вошел в воду, девушка резко обернулась.

Дрожь пробежала по ее красивому телу, она инстинктивно прикрыла руками грудь и попятилась назад.

- Уходи, рус! – испуганно воскликнула черноволосая красавица, зная, что мужчина не послушается ее.

Гордей не двинулся с места. Его взгляд исподлобья был тяжелым, испепеляющим, наполненным невиданной силой и решимостью. И Мара ужаснулась тому, что прочитала в нем. Она знала - теперь он был сильнее. И он тоже знал это.

- Уходи! – дрожа, повторила хазаринка, продолжая пятиться назад.

Но Гордей не хотел уходить теперь.

Он победоносно улыбнулся и уверенно пошел на нее. Мара сделала несколько шагов, пятясь назад, а потом резко развернулась и что было сил, бросилась бежать к лошади, но вода мешала ей, точно, чьи-то невидимые руки держали ее за ноги, сковывая каждый новый шаг и не давая выбраться из реки. Силы быстро начали покидать молодую женщину. И все же вскоре она оказалась на берегу, и слабый лучик надежды загорелся в ее сердце. Но впереди была глина - слишком скользкая и вязкая… А рус был так силен и быстр, у него были такие длинные ноги… Она бежала, в глубине души зная, что не сможет убежать…