Чаровница. Русь

Глава 21. Лубков бор

Он шел быстро, почти бежал, перед глазами был образ ребенка, плачущего, ищущего маму. При мысли об этом комок подступал к горлу. Он знал, что ослушание приказу старого волхва повлечет за собой наказание. Но сейчас страшнее всего была неизвестность, таившаяся там, в глухой лесной чаще. И чем ближе он приближался к ней, тем сильнее тряслись у него поджилки.

И вот - Лубков бор перед ним. Тот самый, коим пугали всех с детства, тот, к которому не разрешалось подходить за версту. Теперь он казался еще более мрачным и устрашающим, чем прежде. Черные стволы деревьев пронзали своими острыми, как мечи, верхушками высокое небо. Повсюду слышалось карканье ворон. Черным облаком их стая кружила над соснами, разнося леденящим душу эхом свою уродливую, хриплую песню.

Стиснув зубы, он вновь представил маленькое, беспомощное существо, плачущее где-то в дебрях заколдованного бора. Молодой человек выдохнул и твердым шагом вошел в запретное место.

Солнце стояло уже высоко. Его горячие лучи, с легкостью пробираясь сквозь колючие ветки, плавили сочащуюся из коры смолу. Тяжелый воздух был душным и горячим. Он стал дышать чаще, но это не помогало… Кроме сосен здесь иногда встречались лещина и липа. Подлесок из рябины и можжевельника был редким, но иногда затруднял движение Гордея. Земля вперемешку с песком местами казалась выжженной и мертвой. Юноше вдруг пришла в голову мысль о том, что он оказался в Пекле. «Что за лес? – промелькнуло у него в голове. - В нормальном лесу сейчас прохладно, свежо. А здесь так жарко и душно, что кажется, будто меня засунули в горящую печку!»

Подул легкий ветерок, обдавший лицо запахом раскаленной смолы. Ветки зашелестели. Похоже, что заповедный бор не желал принимать нежданного гостя. По лесу стали разноситься тягучие скрипы и звуки, напоминающие, чьи-то стоны. Голова закружилась, а ноги начали сами собой подкашиваться. Молодой мужчина почувствовал себя нехорошо и, опершись на ствол дерева, медленно сполз вниз. Снова порыв ветра. И теперь, казалось, этот звук, похожий на крик, шел не откуда-то издалека, а совсем близко, из дерева, у которого он сел.

Гордей ощутил, как капельки пота текут по его вискам, он с тайным замиранием сердца обернулся и поглядел на высокую сосну. И снова этот страшный звук,[1] напоминающий, чей-то стон. Потом, едва слышным шепотом, сквозь порывы горячего ветра, стали слышаться слова, многократно повторяющиеся эхом:

- Тьма… тьма… тьма… Смерть…смерть… смерть… Беги… беги… …

Молодой мужчина с тревогой стал оборачиваться по сторонам, но вокруг никого не было. Только сосны кружились вокруг него мрачным хороводом, а с ними вместе - стая ворон, добавляя к леденящим душу словам свое гадкое, зловещее карканье.

- Кто ты? – спросил Гордей, прикоснувшись рукой к шершавой коре сосны.

Дерево изогнулось от порыва ветра и как будто вздохнуло под его рукой.

- Может, ты человек, которого заточил в это древо злой Лубок? Если это так, прошу, помоги мне! Помоги спасти другую невинную душу. Он унес младенца… Я не знаю, где искать. Помоги, направь меня! - взмолился Гордей, упав на колени возле сосны.

Ответом был новый порыв ветра и тишина. Вороны смолкли. Гордей в отчаянии закрыл лицо руками, как вдруг с самой верхушки дерева на землю упала сухая ветка. Гордей вскочил на ноги и подбежал к неожиданному знаку. Прямо возле ветки на земле лежал обрывок красной шерстяной нити, которой обычно перевязывали ткань для пеленания младенцев. А рядом виднелись два вполне отчетливых следа, указывающих направление.

- Благодарю тебя! – сказал молодой мужчина, поклонившись дереву.

Гордей побежал по следу. Вскоре ему на глаза попалось несколько примятых травинок, потом - сломанное дерево, на которое молодой человек, повинуясь внутреннему инстинкту, быстро запрыгнул. Он сделал несколько шагов в одну, а потом в другую сторону. И вот он заметил еще один, довольно явный, отпечаток ступни. Что ж, похоже, Лубок тоже оставляет следы, хотя и очень редко. Леший, видимо, старался перебираться по камням и лежачим веткам, но не это волновало Гордея. Молодому человеку стало казаться, что он идет по следам ребенка, таким маленькими и неявными были отпечатки ног лешего. Но уроки полянников не прошли даром, Гордей умел выслеживать даже зайца, не то что человека. Молодой мужчина старался запоминать дорогу. Хотя вскоре стал ловить себя на мысли, что начинает путаться. А может, кто-то путал его специально? Прошло несколько часов бесплодных поисков, и неожиданно след оборвался и, как ни старался Гордей, он не смог его вновь найти.

- И вправду говорят: будто сквозь землю провалился. Нечисть!

Молодой человек сплюнул и в растерянности сел на землю возле небольшого кустарника, пытаясь прислушаться к звукам леса. Неожиданно он ощутил легкий озноб, потом вдруг, откуда ни возьмись, вновь стал слышаться тихий шепот, похожий на легкое убаюкивание, Гордей почувствовал, как веки сами собой стали закрываться, голова будто стала чугунной, он плохо понимал, что происходит, и стал погружаться в неестественный, болезненный сон. В замутненном негой сознании стали рисоваться расплывчатые картины, возникающие, подобно ярким вспышкам в темноте, и молниеносно тающие во мраке дремы. Ему чудилась Мара с острым кинжалом в руках, она то кидалась на него и перерезала ему горло, то целовала его. Потом ему представлялась смеющаяся Полонея, бегущая за летящим по небу младенцем. Затем он увидел Мудрослава возле котла с кипящими травами, старец грозил ему пальцем и что-то гневно кричал. И самой последней картиной, представшей его взору, была Чаровница, обнаженная и прекрасная, она протягивала к нему руки, но какая-то неведомая сила уносила ее прочь от него.