Чаша из долины жизни

Глава 2. Предупреждение

Рано утром, когда солнце только-только выходило из-за гряды Восточных гор, видневшихся у самых дальних границ Галераса, Илген был уже на ногах. Он хотел отправиться к Свадебному Дому пораньше и по пути заехать в соседние со столицей селения. Отец возложил на него обязанность каждый год объезжать весь южный Галерас, смотреть за порядком, выставлять дозоры и разбираться с разбойничьими шайками, что встречались в отдалённых районах, правда всё реже и реже.

Илген был ему за это очень благодарен, потому что сидеть целый день в сыром кабинете, разбирая жалобы и письма просителей или выслушивать советников по поводу нового торгового пути, он был не в силах. Но в этом скорее был виноват отец. Король Эрмер никогда не посвящал его в государственные дела. Словно бы и не он был его единственным наследником. Правда, Илген ещё с детства начал замечать, что значила для отца власть и какой железной рукой он держался за трон. Он видел страсть отца, но не судил его, ибо с малолетства ещё усвоил из Предания - не лезть в дела старших и не судить их. Поэтому для него казалось естественным, что король Эрмер каждый год удалял его из дворца, словно не желая видеть сына. Он свыкся с этой мыслью и не видел в ней ничего странного.

Наоборот, странным ему показалось то, что отец вдруг захотел женить его и более того - захотел, чтобы они с будущей женой жили в замке. Эта мысль не давала Илгену покоя, и он приказал слуге показать ему покои на втором этаже дворца. В них жила когда-то давно его мать. А после неё - редкие гости, приезжавшие во дворец. Второй этаж традиционно считался женским и покои там были обставлены для женщин и их удобства. Он исследовал их когда-то давно, ещё мальчишкой, пока не получил на это запрета от отца.

Сейчас он с любопытством поднимался вслед за слугой по тёмной и узкой каменной лестнице. Второй этаж выглядел совсем нежилым и Илген содрогнулся, представив, каково, должно быть, здесь гостям. По коридору гулял холодный ветер, пахло сыростью. Массивные дубовые панели на стенах даже при свете дня казались почти чёрными, а уж ночью, должно быть, смотрелись ещё темнее. Дверь в коридор рассохлась и противно скрипела при каждом дуновении ветерка.

Интересно, а как выглядят тогда жилые комнаты, в каком они состоянии? Илген отослал слугу, а сам прошёл вперёд по коридору и открыл одну из дверей наугад. За ней оказалась спальня. Красивая, но пыльная, она оставляла такое же гнетущее впечатление, как и весь второй этаж. Да, перед тем, как поселить сюда любую девушку, нужно будет провести очень хорошую уборку. Но интересно, почему отец содержит эти помещения в таком беспорядке? Ведь на первом этаже слуги убираются ежедневно, несмотря на то, что комнат там больше и далеко не все жилые. Может быть, он просто не знает? Надо сказать ему об этом.

Илген задумался о том, что скажет отцу. Он медленно шёл по коридору, погружённый в свои мысли, как, вдруг, громкий гневный голос, вывел его из задумчивости.

- Илген, ты что здесь делаешь? - Принц вздрогнул и поднял голову, машинально хватаясь за то место на поясе, где обычно висел меч, но тут же опустил руку. Перед ним стоял король. Он был один и держал в руках большую толстую книгу, которую быстро убрал за спину, не давая возможности рассмотреть её.

- Я осматриваю покои, в которых жила моя мать и будет жить моя будущая жена. Надо приказать слугам убраться здесь. Почему ты им об этом не сказал?

- Я запретил здесь убираться.

- Запретил? - Илген изумился, - Но почему?

- Не твоё дело! - Резко ответил король. Потом помолчал немного и добавил жёстким, не терпящим возражений, голосом - Вы будете жить внизу. А теперь уходи! У меня здесь важные дела, и ты мне мешаешь. И ещё, Илген, - принц уже отвернулся, собираясь уходить. С отцом спорить бесполезно, это он понял давно. Да и что ему за дело, чем занимается его отец? Хотя нет, ему было это интересно, но Илген, выросший в почти военной обстановке, привык подчиняться приказам, не обдумывая их. Поэтому он подавил в себе волну любопытства и, нехотя, обернулся к отцу. - Запомни, я запрещаю тебе заходить сюда! Если будет что-то срочное, отправь Марка, моего камердинера.

- Да, отец.

- И, кажется, ты собирался выезжать сегодня? Поторопись!

И король отвернулся, давая сыну понять, что тот может идти. Спускаясь лестнице на первый этаж, принц размышлял над тем, почему отец так строг к нему. В детстве его это ранило, потом он, правда, привык, но думать об этом не перестал. Возможно, отцу просто недоступны обычные человеческие чувства. Его, наверное, стоит пожалеть. Сейчас он это мог - и простить и пожалеть. А в детстве Илген бежал, едва сдерживая слёзы, в библиотеку и там утешался, читая книги о гордых и отважных путешественниках, легенды о прекрасных эльфах и рассвете Светомирья.

Отец не посчитал нужным ограничить его в чтении, лишь бы он не путался под ногами и соблюдал этикет, и гувернёр всячески поддерживал в нём эту страсть к книгам. Тогда же Илген познакомился и с Преданием, узнал подлинную историю Светомирья и легенду о чудесной Чаше, дающей жизнь. И хотя Предание и чтили в Галерасе, но не так как в других государствах и до того памятного дня он никогда не слышал о нём. Но потом всё изменилось, и он поверил как то сразу и бесповоротно. И долгими тёмными зимними ночами, не в силах уснуть и не имея никого, чтобы обнять и поплакать, он представлял себе эту Чашу и её Творца, а ещё придумывал приключения и путешествия, каждое из которых обязательно заканчивалось в волшебной Долине.

Позавтракав, Илген отправился в королевские конюшни. Ему надо было забрать своего вороного Гиласа (что по галерасски означало "ночь") и отдать приказ выступать. Отряд должен был ждать его возле казарм. Но на душе у него было невесело. Ни прощания от отца, ни доброго напутствия. Словно не на свадьбу ехал, а на похороны. Не повезло его будущей жене. Она, наверное, тоже не от большой радости согласилась на эту церемонию. Илген представил себе плачущую семнадцатилетнюю девушку, и ему стало совсем печально. Внезапно, громкий жалобный крик прорезал утреннюю тишину: