Часовой Земли

Глава 15

Глядя на бесчисленную орду, вытекающую из четырех граней пирамиды, Павел чуть не скомандовал «огонь!». Но вовремя опомнился – даже опустошив арсенал до донышка и отстреляв последний снаряд, Застава не остановит поток несущихся в паре метров над землей «вентиляторов».

– Ждем! – остудил полковник горячие головы, – открываем огонь только по команде!

Если Застава привлечет внимание всей оравы сразу, то их сметут. Павел надеялся, что вертушки разделятся на группы и они смогут перебить врагов по отдельности. Но у защитников Уссурийска возможности подождать и поглядеть, как оно там дальше сложится не было. Как только из пирамиды вывалилась армада пришельцев, бронетехника в первом кольце тут же открыла огонь из всех стволов. Взрывы и пулеметные трассеры пронзили массу вертушек, сбивая их на землю и разрывая в клочья. На первый взгляд эффект массового обстрела был потрясающий, но из клубов взрывов вылетали все новые и новые волны. Причем вертушки начали огрызаться огнем. Под ударами их энергетического оружия перестала существовать вся южная секция обороны города. Управление огнем у пришельцев было на высоте – каждый отдельный выстрел вырезал в укреплении свой сегмент. Накладывались «сетки» идеально рядом друг с другом и после залпа стена целиком разваливалась на отдельные кубики.

К стрельбе по стремительно расползающемуся врагу подключилась артиллерия. Ни о какой прицельной стрельбе и речи не шло. Минометы торопливо долбили по площадям, просто стараясь выплюнуть как можно больше снарядов в минуту. И так паршивая видимость на поле боя стала еще хуже. И кольца обороны, и уссурийскую пирамиду затянуло туманом из пыли и дыма.

– Там люди сражаются, а мы тут сидим! – пробурчал Малой в эфире.

Павлу этот зуд перед боем был знаком. Сидишь на позиции наблюдаешь за боем, а руки так и тянутся к рычагам управления. Скорее в бой, ожидание невыносимо! Но нетерпеливый зуд у ветеранов проходит быстро. Чем дольше сидишь на закрытой позиции, тем живее будешь.

Павел бросил взгляд на происходящее вокруг «П-2». Поток вертушек разделился на восемь больших ручейков. Куда они намылились? Полковник вызвал доктора Синицыну.

– Марина, постарайтесь по направлению прикинуть, куда направляются наши вертушки. Скинешь мне возможные пункты их назначения на карту.

– Сделаем… о господи!

Испуганный вскрик девушки не предвещал ничего хорошего. На трансляции с Уссурийска творилась форменная дичь. Внутри затянувшего поле боя пылевого облака сверкали яркие синеватые вспышки. И вместе с этим сверканием в стенах оборонительных рубежей начали появляться огромные бреши! Одновременно с этим волны вертушек затопили первый рубеж обороны. Неповоротливые танки с резвыми нападающими поделать ничего не могли. Пришельцы облепляли танк, трансформировали свои пропеллеры в щупальца и приступали к разделке. Куски брони летели в воздух! И не только брони, проделав бреши в корпусах, пришельцы вытаскивали наружу обреченных танкистов и рвали их тела на части.

– Их убивают! Наших убивают! – снова подал голос неуемный Малой.

«Да парень на войне обычно убивают. Наших, не наших. А выигрывают те, кто больше убил. В этом и есть смысл войны», – с горечью подумал Павел, глядя на то, как погибает первая линия обороны.

– Новый тип пришельцев, смотрите на «П-2»! – это уже кричала Марина.

Из открывшихся проемов в пирамиде выходили настоящие гиганты размером со слона. У них было по три толстых ноги-опоры, на которых располагалась круглая платформа с приплюснутой крутящейся башей. Из башни торчал короткий ствол-обрубок. Причем ствол предоставлял собой не трубу, а сплошной цилиндр. Марина в своих выводах не ошибалась, корпус медленно выхаживающих чудовищ состоял из плотно пригнанных между собой шестиугольников. Точно также, как и вертушек. Пришельцы не заморачивались и использовали для бронирования своих машин единый подход.

– Вот у них и артиллерия появилась, – точно определил роль новой машины Березов.

Гигантов было немного по сравнению с вертушками. Из «П-2» их выползло не более полусотни. Наверное, столько же появилось и в Уссурийске и именно они сейчас синими вспышками добивали то, что осталось от колец обороны. Всплеск холодного синего огня и очередной участок стены разлетался на множество мелких осколков.

– Я запускаю протокол «Очищение», – на фоне голоса генерала Ромина гремели взрывы и люди в штабе орали приказы для фактически уже разгромленных подразделений, – время подлета ракет – две минуты тридцать две секунды. Для меня честью было служить с вами, полковник!

Павел понимал, что собирался сделать Ромин – до последнего руководить действиями разваливающейся на глазах обороны, чтобы не дать вертушкам разбежаться, держать их в куче. Штаб у генерала скорее всего организован в каком-то бункере, но Ромин ни секунды не сомневался, что этот бункер не выдержит подрыв боеголовки «Кедра».

– Паш, теперь это все на тебе, – тихо добавил генерал по личному каналу, – я в тебя верю. Ты вывезешь.

– Погоди, мы что-нибудь придумаем…

– Некогда прощаться и думы думать, полковник. Мне эту волну надо за периметром сдержать. Мобильный резерв на третий сектор! Дайте мне связь с минометчиками! Куда они кидают?! Лишь бы побыстрее влупить, а куда не думают! – генерал отключился, полностью сосредоточившись на последних мгновениях своего командования.

– Всем приготовиться к ударной волне! – Павел знал, что волна докатится от «П-2» до Заставы лишь порывом ветра. Но стоило людей, у которых нервы вытянулись в звенящие от напряжения канаты, предупредить. Они в режиме реального времени смотрели на гибель тысяч солдат и сорваться могли даже от внезапного штормового порыва.

– Мы получаем сигнал от систем наведения «Кедров». Удар по «П-1» через двенадцать секунд, по «П-2» – через шестнадцать, – доложилась Марина.

На трансляции из Уссурийска продолжало кипеть сражение. Правда оно разбилось на мелкие островки сопротивления, где сражались самые отчаянные, отказывавшиеся умирать. Но горстку храбрецов вот-вот должны были убить свои же. Убить десятки, чтобы спасти миллионы. А может быть и миллиарды. Но Павла такая прикладная математика не устраивала. Его взгляд метался от отстреливавшегося танка, двигательный отсек которого, как жестяную банку вскрывали сразу две вертушки, до занявшего в руинах капонира круговую оборону взвода пехоты. Еще десять секунд и ребята станут героями. Посмертно.