Часовой Земли

Глава 16

На вершину перевала отряд забрался разделенным на части. Павел и Малой в авангарде и семь не единожды упавших машин позади. Полковник ожидал, что к финишу доберется он один, поэтому был приятно удивлен. Гнал он своих подчиненных, как оказалось не зря – склон под ними от противника был чист. Успели! Послав «стрекозу» вперед на разведку, Павел приступил к расстановке МКП. По боевому уставу при обороне фронта расстояние между каждым МКП не должно превышать ста метров. Тогда боевые машины могут активно поддерживать друг друга огнем. Но как только Павел не мучал свой и без того перегруженный мозг, но слишком вытянутая линия фронта и небольшое количество МКП делали свое грязное дело. Расстояние между машинами было превышено больше, чем в два раза. Плотнее выставить порядки полковник не мог, в их сторону двигалась настоящая река из вертушек. Обойди она их позиции с флангов и конец. Окончательный и бесповоротный.

– Ваша задача – жить, – Павел лично проследил, чтобы каждый боец спрятал МКП за рельефом местности или хотя бы за деревьями, – жить и передавать данные на Заставу артиллеристам на потеху. Жить и сбивать вертушки, одну за другой. Они перед нами появятся как на ладони, как в тире. Но не увлекайтесь. Заранее наметили себе цель, высунулись, выстрелили и мигом ныряете обратно в укрытие. Чем меньше времени вы находитесь в прицеле врага – тем дольше живете. Бросок, выстрел, укрытие. Запишите это себе в мозг как программу!

– Но у нас же броня есть, – традиционно влез в брифинг Малой.

– Знаешь для кого на боевые машины ставится броня? – вертушек пока не было видно, и Павел решил использовать оставшиеся до боя минуты для небольшой лекции, – для тех, кто ошибается. Все мы люди, все делаем ошибки. И именно когда мы что-то делаем неверно, нас и должна подстраховывать броня. Подстраховывать, но не спасать. Это ясно?

Слушая как нестройно его команда отвечает «да», Павел не стал добавлять, что бронепластины МКП неплохо защищают от традиционных снарядов, кумулятивной струи и даже от экспериментального лазерного оружия. Но когерентное излучение пришельцев нарезает их броню будто помидорки к летнему салатику.

– Повторяю для особо упертых и внезапно поверивших в свои силы. Нас девять, на нас прет несколько сотен. Каждый, кто глупо подставится, получит сразу десятки попаданий. От них никакая броня не спасет. Далее – сначала работаем точечно из орудий. Выбираете цель, обязательно ставите на нее маркер, чтобы остальные искали себе новые мишени. Шаг из-за укрытия, выстрелили, ушли назад. Ракеты начинаем использовать только когда до противника остается меньше полукилометра. У них головка самонаведения. Поймал в прицел, выстрелил и забыл. Старайтесь швырять их в скопления врагов, боеголовка в них осколочно-фугасная, посечет сразу нескольких, – торопливо инструктировал подопечных Павел, заодно проверяя системы собственного МКП, – короче, делаете примерно так…

На границе видимости дрона мелькнули первые силуэты, очерченные красным. Павел настроил оптику. С цифровой обработкой, та четко показывала объекты на удалении шести километров. Из оврага на равнину выкатился блестящий на солнце вал. Вертушки неслись над землей на высоте метра прямолинейно и не думая маневрировать.

«Вот и чудненько!», – полковник навел прицел на скопление врага, дал очередь из автопушки и послал в кучу малу стомиллиметровый фугасный подарочек. И тут же, даже не глядя, попал он или нет, Павел отступил за склон.

– Вперед! Выстрел! Назад! – скомандовал он и все операторы выдали по одному залпу. С удовлетворением Павел отметил про себя, что все пилоты пережили этот маневр. Однако тактика «стреляй-убегай» против прущей на тебя толпы была далеко не самой лучшей. Вплеснувшиеся на равнину вертушки стремительно сокращали дистанцию. Остановить их можно было только кинжальным и непрерывным огнем. Но если МКП вылезут во весь рост и начнут поливать трассерами неприятеля, то надолго их не хватит. Десяток секунд и перевал защищать будет некому. Но надолго окопаться здесь Павел и не планировал.

С неба раздался басовитый быстро нарастающий рокот. Батарея, размещенная на Заставе, вступила в битву. Но результат стрельб для новичков показался совсем несерьезным. Недолетая до земли снаряды разорвались в небе с едва слышным хлопком. Поле над неприятелем затянуло жиденьким облаком серого дыма.

– А… а это все?! – по ноткам отчаяния в голосе Малого было явно слышно, что он не готов умереть так быстро. Его панику можно было понять, враг надвигался на позиции МКП угрожающе и неумолимо. Редкий огонь выбивал по пять-шесть вертушек за залп, но к ним-то спешили сотни!

– Продолжайте вести огонь! Вперед! Залп! Отступить! – Павлу сейчас было не до лекций и пространных объяснений. Наступал решающий момент битвы. Или они сейчас смогут приостановить поток мельтешащих лопастями чужаков. Или через минуту на перевале не останется ни одного живого бойца. А потом твари доберутся и до Кондратеновки, Каймановки и Каменушки.

Последний залп немного сбил темп продвижения противника, несколько вертушек рухнули на землю и затормозили летящих позади них. Следом под пришельцами вдруг взорвалась сама земля!

«Гром-1», батарея Заставы, стреляла не совсем стандартными кассетными боеприпасами. Каждый из снарядов был лишь контейнером для тридцати двух небольших мин. На высоте пятнадцати метров пластиковый обтекатель раскрывался и мины-шарики щедро сыпались на землю. Их детонаторы срабатывали не только от непосредственного контакта, но и от резкого звука или вибрации. Артиллеристы метили не в гущу врагов, а стреляли на ход, создав таким образом перед вертушками целое минное поле. Мины встали на боевой взвод и, учуяв над собой вращающиеся лопасти, подорвались, создав сплошное поле из осколков.

Волна вертушек как будто бы на стену наткнулась. Передние ряды от попаданий в лопасти и ударной волны дружно попадали на землю, задние на полном ходу врезались в эту кучу малу.

– Работаем ПТУРами! Быстро! – Павел поднял «Мухтара» над гребнем перевала. Сбившиеся в кучу враги представляли собой просто праздник души и именины жаждущего мести сердца. Но вертушки создания ловкие и быстрые, долго они подставляться не будут. Павел выпустил ракету в трех сцепившихся лопастями противников, переместил прицел и выдал еще одну. От вершины перевала до поломанного строя пришельцев протянулись огненные хвосты ракет. Каждый такой хвост заканчивался шаром взрыва. Пилоты торопились, вымещая на пришельцах всю накопившуюся в них ярость, страх и ненависть, поэтому серия взрывов слилась в единый огненный вал. На радиочастотах пилоты орали на все лады от упоения боем.