часть 1 Невесты галактического масштаба

Глава 3 Побег из Шоушенка

Улянь снова приглушенно выругался. Его полупрозрачный фантом, оставленный явно для Сониного спокойствия, склонился к моему уху.

- Он использует магию, - прошептал еле слышно. - Сейчас здесь все заснут. Бежать надо.

Надо-то надо, а куда? Мимо эльфа нам даже с помощью каха не пробраться. Одно дело - в уголке отсидеться под прикрытием его обращенного в дымку тела, и совсем другое – рядом с остроухим пройти. Что мы будем делать, если под воздействием магии Улянь заснёт, явив нас с Соней остатнему эльфу? Тот ведь явно догадается, что мы не просто так прятались. Вот бублик горелый, ройх его за ногу!

- Отходим к туалету, - прошипела я, поднимаясь и подхватывая со стола стакан и блюдце. - Сонь, посуду не забудь.

- Зачем она тебе? – в ужасе распахнула глаза сестрёнка. – Уже посуду в кафешках воруешь?

- Балда! – всё так же шепотом отозвалась я. – Как только мы отойдем, столик станет виден. Как думаешь, эльфа не заинтересуют остатки банкета там, где секунду назад никого не было? В туалете тарелки оставим.

И мы по стеночке попятились к вожделенной дверке. Идти было совсем не далеко и уже через минуту ках заслонил собой, а я, заклиная сделанную под старину дверь не скрипеть, повернула ручку.

Вообще, в последние века на планетах всё чаще использовали именно старые механизмы. Растворяющиеся стены и энергетические щиты из моды вышли почти везде. Смысл тратить лишнюю энергию, если можно использовать придуманные еще в докосмическую эпоху механизмы попроще? Пусть установка таких обходилась чуть дороже, зато обслуживание и ремонт стоили копейки. Вот раньше… Но я отвлеклась от главного.

Мы благополучно проскользнули в туалет и заозирались по сторонам. В более престижных заведениях санузел обычно делили на зоны и в каждой ставили сантехнику, привычную самым распространенным на той или иной планете расам. К нашему великому счастью, хозяева заведения пожадничали, и тут была установлена лишь одна, зато универсальная кабинка.

- Растудыть твою в карягу! – шепотом взвыла Соня. – Тут даже окна нет!

- Еще как есть, - возразила я, набирая двадцатизначный код на панели. – Ты на маркировку кабинки глянь. Такие в космопортах ставят и на звездолетах ближнего следования тоже.

- И?

Я возмущенно глянула через плечо на сестренку:

- Слушай, кто из нас в разведкорпусе работает? Почему я больше тебя знаю?

- Наверное, потому, что ты с детства повернута на учебе, - беззаботно отмахнулась та. - А мне приключений хотелось, свободы.

- Да как ты работаешь-то? Переводчик в колониях это…

- Не обременительно, - хмыкнула сестра. – Мы же в центральных секторах работаем. Чего сложного.

Я тяжело вздохнула. Отчасти, она была права. Для кшорти должность штатного переводчика едва ли не самая необременительная. Если речь не идет о дипломатическом корпусе или исследовательских звездолетах дальнего радиуса, вообще, знать ничего не нужно.

Тут весь «фикус» в языке. Не в органе, конечно, а системе знаковых символов. За тысячелетия тесного общения с сотнями и сотнями разных рас наш язык впитал в себя слова и выражения почти всех народов. В результате, мы худо-бедно понимаем представителей абсолютно всех известных рас и после кратковременного контакта с ними начинаем вполне понятно говорить на любом языке. Вот с письменностью хуже. Тут учиться надо.

Пока мы пререкались, кабинка, негромко жужжа, преобразовывалась соответственно введенному коду. Хорошо, что я его вспомнила! Всё же не зря училась.

В отличие от Сони, я всерьез готовилась к практике в дипломатическом корпусе. Мне приключения, как таковые, не очень интересны, а вот иные расы, их традиции, новые миры – очень даже. Увы, попасть на судно, исследующее отдаленные уголки галактик, не так просто. Сначала экзамены, после практика, снова экзамены и тесты, и лишь после подтверждения уровня профессионализма собственно звездолет и рейсы.

И дело вовсе не в престиже. Как раз в центральных секторах работать куда престижнее, чем мотаться пустота знает на каких окраинах. Но чем дальше от изведанных вдоль и поперек районов, тем больше сложностей. Это в центральных секторах все уже привыкли друг к другу, а в новых мирах всё иначе. Тут одного знания языка мало.

В дальних пределах первую скрипку зачастую играют обычаи, этикет и традиции. К примеру, в одной из систем пятьдесят третьего сектора, с полсотни лет назад присоединившейся к Союзу, в качестве приветствия принято плевать в глаз собеседнику. Не зная об этом и сам не поздороваешься нормально, и действия аборигенов поймешь не правильно, а это…

- Мирта, что ты натворила? – зашипела Соня, пятясь от преобразившейся кабинки.

В данный момент последняя напоминала надутого волосатого осьминога. К счастью, тихий щелчок оповестил об окончании трансформации, и объяснять ничего не пришлось. Я раздвинула длинные щупальца, загораживающие проход, и нырнула внутрь, поманив остальных жестом.

Внутри для троих было тесновато, зато на уровне лица имелось окошко, заслоненное фильтрующей сетью рыжеватых спутанных волосков. У каждой расы своя физиология. У некоторых выделяются исключительно ядовитые газы, как например у ходи, код которых я набрала.