Частицы случайности

#10/4

Восемнадцать ноль-ноль.

Кир остановился перед входом в отель, ощущая, как теплый июньский воздух смешивается с запахом асфальта, прибитой дождем пыли и выхлопных газов. Откуда-то издалека тянулся легкий шлейф дешевого табачного дыма. От влажности в воздухе снова начинало пульсировать в висках. Со стороны перекрестка доносился ритмичный стук трамвайных колес и равномерное разноголосое урчание автомобильных двигателей.

В ушах шумело. Казалось, что звук гудящих серверов преследует его даже здесь, на улице.

Голос Аль-Малика все еще звучал в его голове, смешиваясь с шумом города.

Дубай. Другой мир. Другие правила.

«Мы ищем людей, которые понимают не только технологии, но и людей», — говорил Аль-Малик.

«Понимаю ли я людей? – Кир прокрутил в голове лица коллег, их улыбки на совещаниях, их взгляды в коридорах, – или только делаю вид?»

Этот человек в безукоризненном костюме говорил о возможностях с искренним интересом — Кир чувствовал, что арабский инвестор действительно видел в нем что-то стоящее. Но что именно? Способность организовать хаос? Или способность существовать в нем, не сходя с ума?

Не сбавляя шаг Кир подошел к двери, стекло сдвинулось в сторону. Со стороны проспекта раздался приглушенный удар и звон разбитого стекла. Он инстинктивно обернулся. В это мгновение кто-то, с другой стороны, сделал шаг навстречу. Столкновение было неизбежным — он буквально со всего маху врезался в девушку.

— Простите, — устало выдохнул он, машинально опустив глаза.

— Ничего страшного, — ответила она.

Время замедлилось. Она прошла мимо, не поднимая головы, но что-то в ее силуэте заставило его на секунду зависнуть, как будто внутренний компьютер обратился к давно ненужному разделу памяти, выуживая оттуда информацию и сопоставляя изображения. Острый профиль. Быстрая, неуверенная и слегка нервозная походка. Особенная манера держать плечи — как будто она постоянно готовилась к бою с невидимым противником.

«Да ладно! Она что, нашла способ самокопироваться? Бред!», – думал он вспоминая странную однокурсницу из университета, которая слушала тяжелый рок, курила на крыша общежития, глядя на город так, как будто планировала его завоевать или сжечь, создала художественную инсталляцию прибив анкерными болтами табурет к потолку своей комнаты и постоянно находилась под угрозой отчисления или выселения за слишком активное отстаивание своей анархической жизненной позиции, чем немало досаждала как однокурсникам, так и всему преподавательскому составу своей альма-матер.

Он тут же оттолкнул эту мысль. Да и что ей делать в этом далеком сибирском городе? Хотя... все возможно в мире, где арабские инвесторы предлагают работу в Дубае, а ты стоишь в дверях отеля и пересматриваешь свое отношение к крестовым походам.

«Да и какое мне дело?» – он обернулся, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. Сходство было, но это точно не она. Она была... другой. Слишком резкой. Эта девушка двигалась мягче.

В холле отеля было прохладно и едва уловимо пахло цветами. Анна стояла за стойкой ресепшена, и при виде Кира она выпрямилась, поправила сбившуюся прядь волос и ее лицо озарилось улыбкой.

— Добрый вечер, — усталой походкой Кир подошел к стойке и его голос сразу стал мягче.

— Добрый вечер, — она улыбнулась, и по ее щекам разлился легкий румянец. — Как дела? Тяжелый день?

— Как обычно. Спасаю мир от технологического коллапса, но пока в этом противостоянии у нас ничья, — он поднял брови и усмехнулся, — Анна, в отеле есть прачечная?

— Конечно. У вас в номере должен быть пакет. Положите в него вещи, заполните форму и оставьте на кровати. Все как обычно. Если отдадите сегодня горничной, то, завтра к вечеру все будет готово, – сказала она, слегка наклонив голову.

Кир собирался что-то сказать, когда взгляд его упал на разложенные веером флайеры на стойке.

Он вздрогнул.

На листовке было то самое лицо, которое он только что видел в дверях отеля. Но теперь, в черно-белом портрете, оно обрело другую глубину. Задумчивый взгляд куда-то вдаль. Глаза с мелкими крапинками, которые смотрели не на вещи, а сквозь них — как будто видели суть на уровне атомов. На один глаз небрежно падала прядь волос, почти полностью закрывая его. Тонкие, едва заметные морщинки возле губ, застывшей в полуулыбке, значение которой сложно было описать. Не счастливой, не грустной, а просто... понимающей. Четко очерченный нос.

— Я могу это взять? — спросил Кир, вертя в руках лист бумаги и читая текст.

— Да, конечно. У меня еще есть. Я просто не стала все сразу выкладывать, —пояснила Анна, и в ее голосе появилась осторожность, — Девушка только что принесла их. Сказала, что готовит выставку.

Кир посмотрел на флайер еще раз.

– Это далеко отсюда? – спросил он, указывая на адрес.

– Не очень, – Анна снова поправила волос, – если на такси или машине, то, наверное, минут 20-30, если без пробок.

Он сложил флайер пополам и сунул в карман.

— Спасибо, — сказал он Анне и направился к лифту.

В зеркале лифта он увидел свое лицо. Усталое. Задумчивое. Похожее на то, что было на флайере.