Чаячий приют

Переговоры

Сперанца IV (Марта), система Сперанца. 2 ноября 2512 года

База Вольного Братства на Марте была надежно укрыта от посторонних глаз толщей горы и невероятными усилиями сразу трех Пеликанов. Несмотря на то, что дисциплина никогда не была сильной стороной Братьев, птиц хорошо и вовремя кормили и они отрабатывали свою рыбу на все сто процентов, телепатическими сигналами отпугивая любого случайного посетителя, появлявшегося в округе.

Именно эти полусинтетические птицы и составляли основную проблему для членов небольшого отряда Мартианской милиции, затаившегося неподалеку от базы Вольного Братства. Наружная часть базы находилась в долине Арна, вплотную примыкающей к горному массиву Кекеш.

Помимо Пеликанов, ограждений и солдат Вольных Братьев, база охранялась не менее чем дюжиной адских гончих – полусинтетических псов, более напоминающих низкорослых буйволов, снабженных гипертрофированной мускулатурой и огромной зубастой пастью. А завершали список орудий убийства, огромные антропоморфные боевые машины вторжения, явно закупленные на складах Звездной Федерации. Все вместе это говорило о двух вещах: первое - на базе происходит что-то важное и второе – какая-то организация, скорее всего из федеративных миров, неслабо потратилась, чтобы оснастить Братьев таким дорогим оборудованием. Тот хлам, который пираты использовали для своих обычных операций и близко не лежал с такими ценными вещами, как чистокровные псы войны. Если бы не символика Вольного Братства, нанесенная буквально на все, что только можно, и не небрежность и неряшливость охранников, то базу вполне можно было-бы принять за форпост Корпорации или же одного из внутренних государств.

Саму базу мартиане обнаружили почти случайно – один из жителей малонаселенного южного континента заметил странное изменение путей миграции буйволов и выяснил, что на животных повлияла пиратская база, которой раньше на планете точно не было. Видимо, животных с привычного пути отпугивали как раз пиратские Пеликаны.

Поскольку Сперанца IV или как ее называли местные жители Марта, была небогатой окраинной планетой, располагавшейся вдали от крупных торговых маршрутов, то и рассчитывать на вмешательство сильных мира сего не приходилось. Это была плата за независимость – если в твои дела никто не вмешивается, то и помощи не жди. Но решение мартианцы нашли быстро, ведь жителям Периферии всегда приходится иметь план на случай непредвиденного столкновения с кем и с чем угодно. И такой план уже много лет назад был колонистами выработан. Несколько фермерских хозяйств на Марте почти с самого основания колонии занимались разведением Адских гончих, одной из пород полусинтетических псов войны. Это были лишь безмозглые биологические заготовки, лишенные синтетической части, которую встраивали уже военные. Но большая стая подобных тварей, даже без боевых аугментов, способна была разорвать в клочья что угодно по команде хозяев. И отсутствие продвинутого интеллекта тут было только на руку – псы просто не были в состоянии испытывать страх и не подвергались воздействию Пеликанов.

Петер Тамаш, как представитель одной из больших семей, занимавшихся разведением гончих, тоже присутствовал в отряде. Его клан активно продвигал идею атаковать внезапно, без переговоров и внес самое большое количество «полуфабрикатов» - так в семьях заводчиков называли биологические заготовки для псов войны. В общем числе собранная милицией стая состояла из тринадцати тысяч особей. Мартианцам стоило больших усилий незаметно доставить такое количество «полуфабрикатов» к горному проходу, ведущему в долину Арна.

Отрядом командовал старый Балаж Веллер, возглавляющий одно из самых уважаемых семейств Марты. Он приходился дальним родственником жене Петера и потому считал Тамашей практически семьёй. При обсуждении плана атаки именно Балаж настоял на том, чтобы Тамашей представлял Петер, а не глава клана – старик Робур Тамаш. «Нам нужна молодая кровь» - говорил Балаж Веллер на сейме. – «Старики живут прошлым, не будущим. Они всегда предпочтут выждать, а мы должны искоренить заразу быстро и решительно. Промедлим – потеряем и землю, и свободу. А вместе с тем и жизни. С пиратами нет договоров – только смерть и обман».

Мало кто стал спорить с Балажем, поскольку репутация, которую нажили себе Вольные Братья, служила хорошим аргументом в пользу его мнения. От многих пиратов можно было откупиться, но Вольные Братья никогда не брали меньше, чем могли увезти. Ценности, имущество, рабы – трюмы кораблей Братства всегда были под завязку забиты после набегов и единственным шансом для мартианцев не остаться нищими в попытке откупиться от пиратов, было вооруженное сопротивление. Все это знали и понимали цену очередному голодному сезону на Периферии. Если Братство возьмет все, что хочет, то крупные поселения на Марте лишаться самых крепких мужчин, самых красивых женщин и детей, дорогостоящей техники для возделывания земли и выращивания собак. А это означало голод и вымирание большей части мартианских поселений в течении трех, максимум четырех сезонов. Трапперы и отдаленные фермы протянут чуть дольше, но без торговли с городскими кланами и они не выживут. Рано или поздно, но помощь понадобится всем. Медикаменты, инструменты и боеприпасы – все то, что получали крупные кланы от торговли с Корпорацией, закончится очень быстро, если Марта прекратит обменивать это на синтетические «полуфабрикаты» боевых псов и кукурузу. Поэтому большинство мартиан готовы были скорее рискнуть жизнями в вооруженном конфликте против Вольного Братства, чем наблюдать как их семьи умирают от голода и болезней, лишенные средств к существованию.

По сигналу Балажа пастухи спустили стаю. Вряд ли тот, кто не слышал, как ревут тринадцать тысяч голодных боевых псов, в состоянии понять то, что произошло дальше. Подгоняемая пастухами стая бурным потоком хлынула на укутанную вечерней тишиной равнину и в момент снесла проволочные ограждения пиратской базы. Трехсоткилограммовые туши «полуфабрикатов» с разгона врезались в людей, технику и строения, опрокидывая, терзая, разрывая на части все, что попадало в поле их зрения. За несколько минут лавина гончих захлестнула и поглотила все живое, что было на равнине и бойня началась уже внутри горной базы, ворота в которую были то ли по небрежности открыты на момент нападения, то ли смяты жуткими ударами псов. Одна из четырехметровых боевых машин, опрокинутая на спину первым натиском, попыталась подняться и вступить в схватку, но была уничтожена несколькими выстрелами из переносных артиллерийских установок, доставленных к месту боя мартианской милицией. В течение долгих пятнадцати минут побоище было закончено, и пастухи начали загонять уцелевших псов обратно в транспортники, доставившие их на континент. Еще через час, когда ночь уже окончательно вступила в свои права и погребальным саваном укутала картину жуткой бойни, а транспортники отправились развозить «полуфабрикаты» обратно на фермы, над долиной снова воцарилась полная тишина.