Чейзер: Граница миров

Глава третья: Думин

     Разбудил меня осторожный, но очень настойчивый стук в дверь. Я поначалу сделал вид, что сплю и не слышу ничего - мне абсолютно не мечталось спозаранку с кем-то общаться. Но по ту сторону двери сдаваться не собирались: видимо, мой визитер был крепко уверен, что я никуда не выходил, а то, что час для визита неподходящий и я хочу спать, его нисколько не волновало.

    Да! - рявкнул я, потеряв терпение. Дверь толкнули, но она не подалась. Тут я вспомнил, что перед тем, как лечь в постель, закрыл ее на засов.

   На пороге стояли трактирщик и блондинистый голубоглазый пацан лет пятнадцати, одетый так вычурно, что его наряд следует описать подробно. Дублет мальчишки из атласа в вертикальную красно-черно-зеленую полоску имел широкие, свисающие до самого пола расшитые галунами и стразами рукава с фестонами: узкие штаны-лосины тоже были в вертикальную полоску, но желто-синюю, над коленями красовались красные ремешки, к которым, как я понял, следовало при необходимости подвязывать очень длинные носы белых замшевых башмаков, в которые был обут этот щеголь. На голове парня была ярко-синяя треугольная фетровая шляпа, напоминающая по форме бумажный самолетик и украшенная белыми перьями цапли. В правой руке этот ходячий светофор держал пергаментный свиток с привешенной к нему сургучной печатью, в левой - перчатки из зеленой кожи. Мне в ноздри ударил крепчайший запах приторно-сладких духов.

- Я имею честь лицезреть его милость эрла Сандера? - осведомился пацан.

  Я кивнул. Мой гость немедленно отвесил мне самый изысканный поклон и протянул свиток.

- Что это? - Я вопросительно посмотрел на фертика.

- Послание от ее  светлости баронессы Уортон для вашей милости, - ответил он.

  Я развернул свиток и прочитал следующий текст, написанный безукоризненным почерком со множеством прихотливых завитушек:

  Дорогой эрл,

  Дошло до нас известие о том, что вы поэт и прибыли в наши края для участия в состязании, которое проводится в моем замке ежегодно. Эта новость весьма обрадовала нас, и в Уортонхолле вас примут как дорогого гостя, ибо двери наши всегда открыты для людей благородных и милостью Высших  одаренных талантами в изящных искусствах. Однако для будущего состязания установлены правила, которые все соискатели обязаны соблюдать. К состязанию могут быть допущены только те сочинения, которые мы сами пожелаем до них допустить.  На поэтическом турнире в Уортонхолле запрещено читать стихи непристойного, богохульного или изменнического содержания, а также стихи, принадлежащие другим поэтам. Посему, дорогой эрл, просим вас передать моему пажу Гийо, который вручил вам это послание, то ваше сочинение, с которым вы намерены выступить на состязании для предварительного ознакомления.

Со всем расположением к вам,

Э.У.

  Да уж, неожиданный поворот. И, черт возьми, я понятия не имею, нарушает ли сюжет баллады Окана какие-то законы! Вдруг это крамола в чистом виде? Что-то там про отказ служить королю и все прочее. А расхлебывать придется мне...

- Разумеется, - я направился к лавке, на которой лежали мои пожитки. Краем глаза заметил, что парень, как зачарованный, не сводит глаз с моих мечей. Вот ешкин кот, дались им мои мечи!

- Вот, прошу. - я протянул пажу свиток. - Что-нибудь еще?

- Я навещу вашу милость, чтобы сообщить о решении ее светлости, - сказал подросток. - Позвольте откланяться, мэтр.

- Одну минуту. Вам знакома дама по имени Эйрен?

- Леди Эйрен? Разумеется. Это лучшая подруга и компаньонка ее светлости. Вы знакомы с ней?

- Немного, - я улыбнулся одними губами. - Благодарю вас за хлопоты. А кто еще будет присутствовать на состязании?

- Увы, не могу сказать, - паренек явно не ожидал этого вопроса. - Участники турнира прибудут позже, и только за три дня до открытия состязания будет утвержден список.

- А Мориц Сэй уже в замке?

- Господин старший юстициарий гостит у ее светлости баронессы уже две недели.

- Превосходно. А Ренар де Боклюс?

- Не могу знать, ваша милость, - паж склонился в учтивейшем поклоне. - Я должен идти, позвольте пожелать вам доброго дня.

- И вам того же, любезный мастер Гийо.

  Паж ушел, оставив после себя крепкий запах женских духов и неопределенность. Вот как, оказывается в замке Уортонхолл есть цензура! Надо было хоть краем глаза, что мне там понаписал Окан. А то глядишь,  меня с позором попрут из владений баронессы Эльвиты, как кощуна и охальника. И еще интересная вещь - мне доставили требование предоставить на суд устроителей турнира мою вещь, но не позаботились о приглашении. Стало быть, я со спокойной душой могу оставаться в гостинице и не мучить себя и коня ненужными поездками. Тут я посмотрел на трактирщика, который продолжал стоять в дверях.

- Завтрак подайте сюда, дружище, - велел я, протянув ему монету. - И пусть меня никто не беспокоит.