Человеческий ресурс

5.

5.

Вечером они простились в фойе и разошлись по комнатам. Виктор попросил Алю быть готовой завтра в девять утра и спуститься в холл. В десять у них встреча с партнерами. Аля полночи даже не помышляла о сне – сказывалась многолетняя привычка. Она то смотрела телевизор, то читала, то готовила речь, боясь от волнения забыть английский, который «не так хорошо знает». Неужели нельзя было выбрать кого-то еще в сопровождающие?!

С трех ночи до восьми утра она просыпалась раз пять. Встала разбитая, приняла душ, уложила волосы, накрасилась. Костюм погладила еще ночью, осталось только надеть.

В холле она появилась в восемь сорок. К ее удивлению, Виктор был там и собирался пойти завтракать. Он выглядел совершенно спокойным, улыбался, шутил. Естественно, с чего бы ему нервничать? Але вспомнился анекдот про двух английских бизнесменов, которые в сопровождении переводчика вошли в офис русского партнера, а тот сказал секретарше:

- Катенька, подай, пожалуйста, этим трем идиотам кофе, а мне кефир.

- Двум идиотам, я переводчик.

Однако Виктор все-таки знает английский и может понять, как его встретят.

Аля призналась, что волнуется и есть не хочет.

- Я не думаю, что наша встреча затянется надолго, но кто знает… хотя бы кофе выпейте, вдруг проголодаетесь?

Кофе она осилила, но так, словно он был твердым и безвкусным. Виктор уплетал яичницу с беконом, выпил две чашки чая, стрекоча о своих планах. Может, взять машину на прокат? Как-то непрезентабельно добираться на даблдекере, правда?

Но в первый раз они добрались на двухэтажном красном автобусе, выйдя за одну остановку до фирмы. Встретили их радушно. Обстановка в компании показалась Але лихорадочной. Туда-сюда сновали девицы в черных или серых деловых костюмах, и цоканье каблучков действовало ей на нервы. Но лица людей казались более приветливыми, чем на родине. Давно пора смириться, что миф, рассказанный Всеволодом Овчинниковым в роман-газете, оказался всего лишь мифом. Англичане вовсе не такие холодные и сдержанные, большинство из них улыбчивы и дружелюбны.

Как только Аля втянулась в переговоры, волнение прошло. Она мгновенно вжилась в языковую среду и перестала отличать иностранный язык от родного. После кофе, предложенного двум русским «идиотам», директор фирмы долго рассказывал о том, чем занимается их организация, о ее заслугах, среди коих было много его личных, но на этом он не акцентировал внимания, что Але понравилось. Говорил не спеша, видимо, заботясь о качестве перевода. Аля все добросовестно переводила и даже не забыла ни одного слова из этой специфической лексики, которая отнюдь не была ее коньком. За первый день ей не в чем было себя упрекнуть.

После трех часов, проведенных в компании, Виктор и Аля пообедали в кафе на Оскфорд-стрит и вернулись в отель. Виктор признался, что немного устал и хотел бы провести пару часов в номере, пялясь в телик и пытаясь хоть что-то понять. Аля устала не немного, а очень. Через два часа она не проснулась. Виктор постучал в ее дверь, но, так и не дождавшись ответа, пошел гулять один. Как сказал позже, хорошая языковая практика, но заговаривать с кем-либо он пока не решился, просто прислушивался к чужим разговорам на улицах.

В семь вечера Аля еле заставила себя спуститься к ужину. Виктор выглядел отдохнувшим и напомнил Але, что в отеле есть тренажерный зал и бассейн и если не сегодня, то в ближайшее время ей обязательно надо осмотреть все. Он знал, как она любит фитнес и плаванье – они обсуждали это, изучая тему «спорт». Разумеется, в первый день Аля не добралась в столь соблазнительные места и после ужина закрылась в номере и долго читала. Нервное напряжение оказалось таким колоссальным, что ей не хотелось ходить по магазинам в поисках книг и дисков, заниматься спортом или осматривать достопримечательности. Мысль о завтрашнем дне уже не приводила ее в ужас и еще не нагоняла тоску, но в бизнесе она не понимала решительно ничего кроме этих заученных слов. Сегодня было только знакомство с компанией. Завтра обещали демонстрировать какие-то проекты. Интересно, как это переводить? Вот выйдет кто-нибудь в проектору, будет читать доклад и показывать слайды, а она должна кратко представить Виктору все информацию? Хорошо, если удастся не перебить выступающего. Это работа синхрониста, никак не меньше. Она же просто учитель, филолог. В памяти возникли голоса братьев:

- Он хочет сэкономить – нанять профессионального переводчика в бюро переводов вдвое дороже! А тут он бедную чукотскую девочку за границу вывезет – уже благодарна будешь, можно даже не платить.

- Он хочет с тобой переспать!

Нет, она пока справляется, даже удивительно. Но никогда не поздно облажаться. И вообще, как она позволила себе в это вляпаться?!

На следующий день она чувствовала себя лучше, потому что выспалась. Надела платье для разнообразия и подумала, что надо бы купить что-нибудь, не лениться, пройтись по магазинам. Как-никак Лондон!

Большую часть проектов Виктор понял сам – лишь изредка наклонялся к ней, уточняя некоторые детали. Она знала, что через день им предстоит выступить с собственным проектом, и Виктор его, разумеется, давно подготовил. Только Але придется вещать за него. Презентацию на английском они сделали еще в России. Тем не менее, Виктор не стал заучивать речь, а предпочел говорить по-русски.

Они обедали в кафе у Темзы. Осень еще не холодная, и день на редкость солнечный. После обеда они пошли по магазинам. Виктор не хотел отпускать Алю одну, чтобы она не заблудилась. Завтра очень важный день – предстоит изучать контракты. А послезавтра еще важнее, и Виктор не желает лишиться переводчика. Много времени они провели в книжных и музыкальных магазинах. Все знакомые, ездившие заграницу, привозили Але брелки и книги, но с последним редко угадывали. Если человек не знает английского или французского, сложно выбирать такие подарки. Привозили классику, которую Аля могла без проблем достать и в России.