Человеческое создание

Глава 6. Опустошение

     Я посмотрел на обстреленную комнату. На небрежно валяющиеся тела бывших друзей и знакомых. Но мне почему-то было все равно. Может, программа распознавания чувств плохо работает? Смеяться и злиться я могу, но грустить, а, тем более, плакать — это сверх моих сил. 

     Ладно, эту проблему оставлю-ка я на потом. Сейчас нужно как-то объяснить эту ситуацию прибывающему подкреплению.

   — Никому не двигаться! Работает отряд А-класса! — как ураган, пронеслись солдаты по домику, пока не завалились в комнату, где стоял я и смотрел на лес, в котором прятался Гофр. Я не мог находится среди погибших: слишком многое произошло там, слишком многие погибли. В смежной спальне пахло сыростью и мхом, старое покрывало, выгоревшое на солнце, отдавало чем-то приятным, сладко-приторным, а единственный стеллаж с несколькими потертыми книгами приносил в какофонию ароматов запах времени. В воздухе летали пылинки. И смесь всего перечисленного дарила спокойствие. Но я не думаю, что это надолго. Просто нельзя предстать перед солдатами слабым юнцом, которого только создали. Таким здесь не место.

   — Назовите свой серийный номер, — вышел вперед кибер нового поколения. Не понимаю, зачем он спрашивает, если может просто отсканировать меня. Но я все же ответил. — Что произошло?

   — Мы попали в засаду. Они внезапно открыли огонь, и мы не успели вовремя среагировать, в результате чего некоторые товарищи погибли.

   — А нулей кто прикончил?

   — Я толком не разглядел. Извините, можно я немного приду в себя? Только что погибли мои друзья.

   — Да, конечно. Тогда завтра утром зайдете в мой кабинет. Командир отведет Вас.

   — Спасибо. Я тогда пойду.

     В проеме двери я почувствовал странную слабость и перед глазами появилось окно диалога, причем оно было не моим, а того, что допрашивал меня только что. В письме был приказ следить за мной. Как я смог прочесть его?

                                                        *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *

     Пройдя несколько метров, я наткнулся на киберов из других отрядов. Они стояли отдельными группами и молчали. Наверное, общаются через диалоговые окна. Почти никто не получил ни царапины, только в одной группе три кибера получили травмы. Чем ближе я подходил, тем больше взглядов я замечал.

   — Пятьсот пятьдеся третий, а где остальные члены группы? — выглянула из-за ствола фигура командира. — Остались с военными?

   — Нет. Они погибли.

     По лицу не скажешь, но он явно удивился. Мы оказались в центре внимания. Явно головы этих киберов разрывались от входящих сообщений. И тут перед моими глазами пробежала дорожка. Одно за одним проплывали сообщения: «Умерли?», «Какой ужас», «Кто был в его команде?». Мне стало еще хуже. Может, это отразилось на мимике мое самочувствие, а, может, и так все было понятно, без слов, но сразу были отданы указания сворачиваться и возвращаться к стене.

     Ни в дороге, ни в корпусе со мной никто не заговорил. Лишь пустые взгляды преследовали меня повсюду. Наверное, Гофр все же смог что-то задеть во мне, раз я теперь так остро на все реагирую. Все эти глаза, прожигающие мой покровочный материал, все разговоры, ухмылки (представляете, кто-то радовался нашим потерям) — все это не было для меня чем-то особенным. А разведчик из меня плохой выйдет, с такими-то навыками.

     А вот кому точно не помешало бы поучиться слежке, так это посланному всюду ходить за мной киберу. Его нельзя было не заметить: за деревьями стоящая фигура очень даже видна, а про сопровождение в корпусе я вообще молчу.

     По прибытии нам дали время отдохнуть. Все разбрелись по своим комнатам, поэтому никто меня не трогал. Эти часы были идеальными для прослушивания кассеты. На этот раз музыка окутывала меня темной тайной, заковывала в цепи молчания, наказывая не рассказывать о пережитом солдатам А-класса. Надо же, А-класс, а Гофр погряз в болоте по уши. Как и я. С каждой минутой я погружался все глубже и глубже во всю эту чепуху с нулями и солдатами. Кто-нибудь, помогите мне! Вытащите из капкана лжи!

                                                        *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *

     Допрос прошел быстро. Следивший за мной кибер ничего опасного в моем поведении не обнаружил. Я ответил на ряд вопросов о случившемся и отправился на тренировку. В зале занятия благополучно начались без меня, поэтому  я решил незаметно войти, чтобы не привлекать внимания. Излишние шепотки мне ни к чему. Я попробовал использовать «маскировку» и «бесшумное передвижение» — полученные в ходе тренировок навыки.

     С задних рядов не было видно, что творится в центре зала, где тренеры показывали мастер-класс новобранцам, зато можно было тихо переждать учебные часы и подумать о моих новых способностях. Я все чаще вижу чужие сообщения, мысли и желания. Я не понимаю, как это возможно. Возможно, во время стрельбы я не заметил задевшей меня пули? И вот я вижу секреты других.

     За раздумьями занятия проходили быстро — неожиданно настал черед показать себя в бою. Нам выделили арену, где можно использовать оружие, даже дальнего действия. Опять бои, опять соревнования. И зачем нам рассказывают о равенстве, если потом нас заставляют сравнивать себя друг с другом. Зачем все это?

     С каждой минутой вопросов становилось все больше и больше. Удерживать весь этот поток стало тяжело — и я принял стойку принимающего. Партнер появился сразу же. Все только и делали, что мечтали выпустить пар, а я оказался тем самым кибером, что идеально подходит по всем критериям. Может, я действительно виноват в гибели товарищей, но вместе с тем я пострадал тоже. Раз они решают, кто виноват, а кто нет, то придумали бы что-нибудь получше этого гребаного боя.