Человек заточённый в реальности...

1 глава. (Сюжетная линия)

Тик-так,
Тик-так,
Тик-так...
Нилл сидела в больнице, ждала, когда наконец выйдет из кабинета психиатра её мама, а время никак не хотело поддаваться ей и идти быстрее. Каждые чёртовы два месяца мать по просьбе, а скорее по наставлению классного руководителя Нилл водит её в больницу. Почему? Из-за драки, которую Нилл устроила в школе на перемене. Одна из задирающих Нилл девчонок посчитала смешным, забрать у неё её большие наушники, с которыми она, выходя из дома куда-то, не расставалась. Она посчитала забавным, взять и послушать то, что обычно слушала Нилл. Но как бы не старалась девушка объяснить другим, что это её личное, что наушники и все её вещи трогать нельзя, люди не слушали и продолжали делать пакости. А наушники для Нилл были святой вещью, никто посторонний не имеет право даже пальцем трогать их. Ну и когда восемь месяцев назад, в начале учебного года, Нилл устроила драку, мама той девчонки взбунтовалась и сделала так, что теперь Нилл обязана ходить к психиатру. Нет.... Девчонка она ничего. Добрая, хорошая но... Вот.. её характер чаще всего не предсказуем, что в свою очередь делает непредсказуемой её саму.

И вот... Приходится уже второй час сидеть у кабинета номер сто одиннадцать. Поболтали они давольно быстро с Нилл, но вот с её матерью что-то затягивают. Опять, наверное, говорят матери о том, какая у неё дочь ненормальная. Что у неё раздвоение личности и неуровновешанный характер. Нилл остаётся только надеяться на то, что в этот раз, хотя бы ещё в этот раз, ей удастся снова пожить спокойно. Но, видимо, по лицу матери, что наконец выходит из кабинета номер сто одиннадцать, Нилл поняла, что в этот раз что-то было по другому. Нилл глубоко вздохнула и опустила глаза на пол.

Мама медленно подошла к ней и осторожно села рядом. Она довольно долго молчала, подбирала слова. Она не умела кричать на Нилл, ведь очень любила её. Нилл с самого детства вела себя не так как все дети. Она, играя с игрушками, разговаривала с ними. Она придумывала с детства миры, в которые были входы закрыты для обычных людей. Даже родителей туда время от времени не впускали. Так вот. Её мама знала о её пристрастиях и поддерживала её, подыгрывала ей. Она считала, что когда маленький ребёнок, играя с игрушками, с ними разговаривает, это нормально. Но врачи думают иначе: если ребёнок разговаривает с неодушевлёнными предметами, говоря за них и отвечая на вымышленные вопросы, это ненормально. Это психоз, это невроз, это раздвоение личности и всякая такая ерунда... В первый раз они заявили, что у неё нет друзей из-за того, что она дерётся и вечно замыкается в себе. Во второй раз сказали, что та не умеет сдерживать имоции и у неё проблемы с гневом. В третий раз... Да она в третий раз и не слушала вердикт, ей было уже всё равно, что о ней подумают. Плевать. Вообще. Как и сегодня.

- Ну... - сказала Нилл, рассматривая свои конверсы. Телефон в кармане бледных джинс задрожал. Нея написала смс. Подождёт. - Что тебе сказали в этот раз про твою ненормальную дочь?

- Перестань, - своим мягким голосом проговорила мать. - Ты прекрасно знаешь, что таковой не являешься. Просто ты...

- Ненормальная.

- Нет. Я хотела сказать не такая, как все, - мама легонько погладила дочь по плечу.

- Кого ты стараешься обмануть, мам? - фыркнула Нилл. И это был тот момент, когда её характер поворачивался к людям дерзкой стороной. - Людям никогда не нравились подростки, тем более полоумные.

Мама Нилл глубоко вздохнула. С дочерью после смерти её отца было давольно сложно. Она не знала, что делать, когда та закрывалась в себе, днями не разговаривала, не выходила из комнаты. Но... Кажется, со временем это стало проходить. Она стала чаще выходить из дома гулять, разговаривать. Но разговаривала очень мало, было огромной радостью, если она поговорит хотя-бы сама с собой в слух. Но это первые несколько месяцев. Дальше было куда легче.

Андерс, очень легко находил с ней общий язык. Он был весёлым и часто заставлял Нилл смеяться. Она и открытая была, и играть приглашала родителей вместе с ней. Она рассказывала им, как идут дела у её друзей, когда в те самые миры её родителей не пускали. Отец её так же много фантазировал, что и дочь. Наверняка, отличное воображение перешло к ней от Андерса. А после того, как он умер, Нилл совсем перестала смеяться, играть... Но мама её очень надеялась, что фантазировать она не прекратила. Миры без неё ведь существовать не могут. А если Нилл о них забудет и не будет больше время от времени заглядывать туда, всё развалится. И мама уверяна, если миры развалятся, это подействует на Нилл. Самым плохим образом... Так что, все эти походы в больницу матери не нравились из-за этого. Она не считала дочь ненормальной. Нилл вполне себе хорошая девочка. И общается сейчас давольно много. Достаточно. У неё есть подруга. Постоянная, хорошая и реальная подруга. Она боится, если Нилл скажет что-то не то или поведёт себя не так, то её закроют в психушке и заставят забыть о мирах.

Когда мама Нилл познакомилась с Андерсом, он был такой же. Тихий, умный мальчик. Знал очень много, а фантазировал ещё больше. Вырос давольно хорошим человеком. Ни соседи, ни коллеги на работе не жаловались. Поэтому... Нилл обсалютно нормальный ребёнок. Просто она реально смотрит на жизнь и видит все проблемы окружающих. Или сейчас чувствовать жизнь считается ненормальным?