Чем она лучше меня?

Глава 4

«Она меня выгнала».   

Ваня сам не понимал, почему написал именно это и именно Светлане. По сути, он получил от Мии ту единственную реакцию, которую и ожидал. Ну, как ожидал? Знал, что почти на сто процентов она будет именно таковой. И вот сейчас сидел в баре, предварительно выгрузив вещи у приятеля в квартире, и чувствовал себя побитым псом.    

У него ведь взаправду ничего не было со Светой. Кроме лжи, на которую был вынужден пойти, чтобы видеться с тем человеком, что был для него дорогим. И с которым он хотел бы продолжать общение, прекрасно отдавая себе отчет в том, что Мия никогда сделать этого не позволить.   

Потому и встречался тайно. Потому и врал. Потому где-то в глубине души надеялся, что все тайное когда-нибудь станет явным. 

Стало.
И как итог - сообщение Свете: «Она меня выгнала».      

Иван взял бокал и, чуть пригубив, отставил его в сторону. В глотку даже несколько капель не лезло, настолько погано было на душе. Потому что страшно стало - вдруг он потеряет и жену, и сына? А что? Таких случаев в его окружении было столько, что волосы на голове шевелились. И он сам думал в моменты, когда друзья теряли жен - сами идиоты. Так было вплоть до того момента, когда ему вновь позвонила Светлана. Впервые за очень долгое время. А он, оказывается, по ней безумно соскучился. Нет, вовсе не как по женщине, с которой у него могло быть хоть что-то. Как по части своего прошлого. Неотъемлемого и важного.   

«Можно сказать, что меня она выгнала тоже. Я была у Мии…»    

Это сообщение пришло в тот момент, когда он уже и не ждал, что Света все же ответит. На мгновение даже подумалось, что он потерял в одночасье всех. Вроде все было… вот только что. Все, в чем он научился существовать максимально правильно. По крайней мере, он самообманывался, что это единственно верное решение для всех. И теперь ничего не осталось.   

Ваня некоторое время тупо смотрел на экран телефона, не сразу осознав, что именно пыталась до него донести Светлана. А потом это непонимание сменилось самым настоящим ужасом. Она была у Мии? Но зачем?    

Он набрал номер ее телефона. Когда ответила - выдохнул испуганно:    

- Зачем ты к ней ездила?    

И даже замер в ожидании ответа.      

- Хотела… все наладить, - хрипло произнесла Света. - Хотела рассказать, что ты ни в чем не виноват.    

Иван откинулся на высокую спинку стула и с силой сжал переносицу пальцами. На губах появилась кривоватая усмешка. Он был виноват. Иначе бы его так не корежило каждый раз, когда понимал, что лжет любимой женщине в самый уязвимый для нее период.    

- Ничего пока наладить нельзя. Я должен сделать это сам, - откликнулся Ваня. - Завтра поеду к жене. Или думаешь, пока обождать стоит?   

Черт… он даже сейчас нуждался в совете, как все сделать лучше. И спрашивал этого совета, наверно, совсем не у той женщины, у которой следовало бы.    

- Нет, поезжай, - тут же откликнулась Светлана. - И поверь, я пыталась тебе помочь. Надеялась, что получится, - теперь уже усмехнулась она.   

Он это почувствовал - не нужно было даже видеть то выражение на лице Светы, которое он знал досконально.  

Раньше любил ее всю безумно - до одури и мурашек. Успел узнать каждую черточку, каждую морщинку. Сейчас этого не было, но он осознавал - Света дорогой для него человек. Потому, полгода назад, когда она позвонила и попросила о помощи, он готов был сорваться к ней. Проехал половину городу, чтобы оказаться рядом. А потом как-то сами собой разумеющимися стали встречи. 

И вот к чему все это привело.    

- Спасибо, - просто кивнул в ответ. - Созвонимся.    

Он положил трубку. Скорее для того, чтобы избавиться от желания продолжать этот разговор. Или чтобы не поехать к ней для того, чтобы просто не быть одному? Пока Ваня ответа на этот вопрос не знал и знать не хотел.     

Расплатившись за почти нетронутый напиток, Иван поднляся из-за стойки. Некоторое время постоял, раздумывая, ехать ли ему в чужую пустую квартиру, но, приняв решение попытаться хоть немного поспать, все же вызвал такси и отправился в холостяцкую приятельскую берлогу.   

А рано утром, когда Никитка просыпался на первое кормление, примчался к жене и сыну. Ему безумно многое нужно было сказать Мии, но Иван понимал - слова найти будет очень и очень трудно.   

***

- Что хотела эта женщина?

Только услышав мамин вопрос, я поняла, что так и стою на одном месте, прижав ко рту ладонь, словно этим жестом можно было задушить в себе просящиеся наружу глухие рыдания. Просто рыдания, потому что глаза оставались болезненно сухими. Зато внутри творилось страшное. Там поселилась отчаянная, скребущая боль, которую хотелось исторгнуть из себя - криком,  слезами, воем, как угодно - словно нечто чужеродное, и забыть о ней навсегда. Но это было абсолютно невозможно.

Мама осторожно дотронулась до моей руки, привлекая к себе внимание. Я с трудом сосредоточила на ней взгляд и растерянно спросила:

- Где Никитка?

- Спит… Мия, так что хотела эта женщина?

Я тупо посмотрела на дверь, в которую вышла Светлана. Чего она хотела? Очевидно - моего мужа. А еще, наверно, поиграть в благородство. Весьма запоздалое, стоит заметить.

- Она пришла сказать, что Ваня меня любит, - невесело усмехнулась я. - И что у них ничего не было.

- Так может… и правда не было? - робко заметила мама.

Я всплеснула руками. Да как они все не понимали?!

- Это неважно! - практически взвыла я. - Важно, что он мне врал! Врал, чтобы с ней встречаться!

Мама аккуратно отступила, словно перед ней вспыхнул вулкан и она собиралась в любой момент спасаться бегством. Я вовсе не хотела ее пугать, но на какую еще реакцию она рассчитывала?

- Мама, извини, я лучше тоже пойду, попробую поспать, - сообщила ей устало, развернувшись в сторону спальни.

- Конечно-конечно! - замахала мама руками. - А я посуду помою…