Чемодан или жизнь?

4

  Крюгер ждал её у подъезда. Сидел на спинке облезлой лавочки и долбил клювом разбухшее от дождей дерево.

 - Кррепость! – радостно возвестил он, взмывая в воздух и кружась над головой Алёны.

 - Она самая. Двухкомнатная и добр-ротная, чтоб ты знал, – она позволила себе слегка его поддразнить. – Давай уже, веди на карусельку, как обещал. И хватит виться надо мной, вгоняешь в ассоциации.

  Ворон только того и ждал. Взмахнул крыльями и поплыл куда-то за дома, иногда зависая и кружа на месте, чтобы Алёна поспевала за ним. Дома закончились, осталась лишь дорожка лесопарка. Алёна бодро шагала по ней, засунув руки в карманы. Остановилась, лишь когда увидела место назначения.

  Посреди площадки возвышалось колесо обозрения. Наверное, когда-то оно было лидером среди всех парковых аттракционов. А теперь осталось единственным памятником царившему вокруг запустению. Было не похоже, что колесо способно крутиться. Или подразумевалось, что она должна просто залезть в кабинку, побитую ржавчиной, и поразмыслить о вечном?

  Так или иначе, приближаться к колесу Алёне не хотелось. Слишком уж пейзаж был похож на фотографии Припяти, коих в интернете довелось видеть немало. Цветных ли, чёрно-белых – не важно. Сути дела это не меняло. На них была снята безысходность, застывшая в одной точке. Бесконечное безвременье. Невер-Лим.

 - Каррусель! – напомнил Крюгер о цели их прихода. – Крруг!

 - Ты что, и впрямь хочешь, чтоб я туда залезла? Она ж не работает! Электричества нет, механика нет… Да и цепи… Сплошная ведь ржавчина! Рухнет!

 - Ррухнет! – жизнерадостно согласился ворон, усаживаясь на крышу нижней кабинки. – Карркас!

 - Да и чёрт с ним, – вздохнула Алёна, – туда и дорога.

  Придерживая полы короткого пальто, она забралась внутрь и поёрзала, устраиваясь на скамеечке. Удивительно, но именно там её настигло спокойствие и умиротворение. Хотелось просто сидеть, закрыв глаза и засунув руки в карманы. Вдыхать прохладный осенний воздух с горьковатым запахом опавших листьев. К нему примешивался лёгкий аромат сосновой хвои и почему-то – дыма от костра. «Может, Петрович листву сжигает, – лениво подумала Алёна. – Надо же, как хорошо… Вечно бы тут сидела…»

  С закрытыми глазами, отрешившись от реальности, Алёна не смогла бы сказать наверняка, уснула она или продолжает грезить наяву. Поэтому когда тоненький голосок мечтательно произнёс: «Красиво здесь…», Алёна сначала машинально ответила:

 - Ага… – и только потом встрепенулась, открыв глаза.

  Подпрыгивать от неожиданности тут же пришлось повторно. Во-первых, кабина как раз приближалась к зениту, двигаясь так плавно и бесшумно, что Алёна даже не успела ничего почувствовать. Вид на город и лес открывался потрясающий, но любоваться им сейчас было не с руки: прямо напротив неё, в той же кабинке сидела девочка. Лет пятнадцати на вид, худенькая, с большими карими глазами, в белой вязаной шапочке и стёганой бежевой курточке.

 - Ты…кто? – выдавила Алёна, переводя дыхание.

 - Оля Гончарова, – просто ответила соседка.

 - И…что ты тут делаешь?

 - Живу. Прихожу вот сюда иногда. Такая красота вокруг…

 - Кррасота! – раздался с крыши приглушённый голос Крюгера.

 - Оль, а тебя не смущает то, что вокруг…не наш мир? Ты ведь как-то попала сюда?

 - Не попала, – Оля покачала головой. – Я просто уснула. И оказалась здесь. Так что это всего лишь мой сон. Интересный, кстати. Такой уютный и правильный. Мне тут не нужно быть такой, какой я не хочу. И на биофак не надо готовиться поступать. Я вокалом занимаюсь. Говорят, у меня талант. А мама считает, что это баловство, и тратить деньги стоит лишь на то, что может принести пользу в будущем. Вот на репетитора по биологии и химии – можно потратиться. А на вокал – глупости…

  Девочка вздохнула и отвернулась к окну. Кабина незаметно снижалась.

 - А теперь ты живёшь, занимаешься вокалом и понимаешь, что тебе это нравится?

 - Ну да. Классно ведь. Делаешь то, что приносит удовольствие.

 - И ты считаешь, что это сон? – Алёне казалось, что она нащупала невидимую ниточку, но та настолько тонка, что выскальзывает, растворяется в общей атмосфере бесконечных странностей и нагромождения нелепостей.

 - А разве нет? – в голосе Оли впервые появились нотки сомнения.

 - Сколько ты уже здесь?

 - Ну-у… Так сразу сложно сказать, – она задумалась, что-то прикидывая в уме, – тут время очень странно тянется. Месяца два, наверное.

 - Не очень-то обычно для сна.

 - Может, это такой…затянувшийся сон, – буркнула Оля, натягивая рукава куртки и дыша на озябшие ладони. Эти действия Алёну удивили и вновь заставили задуматься над нереальностью происходящего. Воздух не был холодным. Погода стояла достаточно тёплая даже для второй половины октября.

 - Оль, какой был месяц, когда ты так удачно заснула?

 - Декабрь, – услышала она в ответ. – Снег только выпал, пушистый такой… Весь лес укутал. Красиво, правда?

 - Правда, – ответила Алёна и закрыла глаза. Её Невер-Лим застыл в осенних цветах, съезжающих в сепию. Девочка Оля тоже виделась в тускло-разбавленных тонах, как и она сама. Алёне вдруг захотелось встретить как можно больше людей, чтобы посмотреть, все ли они такие невзрачные или здесь всё-таки бывает по-другому.

 - Крра! – ворон возвестил об остановке колеса.

  Алёна открыла глаза. В кабинке было пусто.