Чемпионка из Грядущего

Глава 32. Брат: Форс-мажор

Открылась дверь лифта. На каталке вывезли молодую девушку в крайне тяжелом состоянии. Она была без сознания, вся в бинтах, а лицо в ушибах и гематомах. Ее быстро повезли в одну из двух одиночных палат. И стали готовить УЗИ брюшной полости.

Уже было известно, что пациентка, Женя Москвина, 22 года, пострадала в результате аварии. Ехала с мужем на легковушке, а со встречки вылетел джип и протаранил прямо в угол. Муж погиб сразу, а Женя получила многочисленные ушибы внутренних органов. Началось обильное кровотечение. Проблемы усугублялись еще и тем, что девушка была на пятом месяце беременности. Хотя плод вроде не пострадал.

УЗИ показал обширное повреждение селезенки вкупе с прилегающими органами. Удар пришелся в зону левого подреберья. Кроме селезенки повреждены и другие органы брюшной полости и забрюшинного пространства: поджелудочная железа, кишечник и даже почки. Но там все не критично. А вот селезенка разрушена сильно. Субкапсулярная гематома, единичные разрывы капсулы, разрывы верхнего и нижнего полюсов селезёнки.

На срочно состоявшемся врачебном консилиуме было решено провести спленэктомию - хирургическую операцию по полному удалению селезёнки. Хотя это могло привести к резкому снижению иммунитета и как следствие, к пониженной сопротивляемости к многочисленным инфекционным заболеваниям. Причем протекают такие "побочные" заболевания в крайне острой и тяжелой форме, и часто приводят к летальному исходу. Но пациентка была настолько плоха, что решили на это "забить". Ибо сохранение части тканей органа могло вызвать еще большие проблемы. Москвину стали срочно готовить к операции ...

В операционной ярко горел свет. Вокруг стола с пострадавшей столпилась целая бригада во главе с заведующей. Эту операцию она решила делать сама. Ассистировать - ее зам Лебедев. Рядом стоял врач-анестезиолог. И все трое интернов. Случай сложнейший, пусть учатся. Девушка незадолго до этого пришла в себя и испуганно взирала на происходящее, морщась от боли. Она была "одета" в белую простыню, на ногах такие же белые тапочки-бахилы. Все было готово, ждали только распечатку с противопоказаниями по анестезии.

Вдруг девушка прошептала:

- Я боюсь.

Ее тут же стали успокаивать. - Все будет хорошо ...

- Я не за себя боюсь. За ребенка. Мне кажется, что я умру. Может не надо?

- Ну как не надо? У вас внутреннее кровотечение. Его надо срочно остановить.

Девушка попыталась улыбнуться. - Я понимаю, но ... мне страшно.

Открылась дверь и в помещении возник Хоршев. Тоже в маске, как и все остальные. Он тяжело протопал к заведующей и протянул листок бумаги. - Вот ...

Ирина посмотрела текст и кивнула.

- Можешь идти. Делаем комбинированный наркоз. Тиопентал-натрий в вену и фторотан ингаляцией. Приступайте.

Анестезиолог стал готовить шприц. Хоршев мельком глянул на девушку и повернулся к выходу. Но вдруг замер. Снова посмотрел на пациентку, а точнее на ее лицо. Чуть прищурил глаза и хотел идти. И опять остановился. Женя смотрела прямо на него. Их глаза встретились. Девушка с трудом прошептала:

- Я умру. Помогите мне ...

Хоршев медленно кивнул. - Да, верно.

Анестезиолог уже растирал вену ваткой, готовясь к инъекции. Услышав эти слова, изумленно посмотрел на парня.

- Ты что несешь?

Тот протянул ладонь, отодвигая врача от больной.

- Операцию делать нельзя. Она умрет ...

Наступила всеобщая тишина. Все были в шоке. Первой опомнилась Ирина. Рванулась к Хоршеву.

- Выйди отсюда! Быстро!

Он чуть качнул головой. - Я не дам делать операцию ... Затем обратился к девушке. - Иди в отказ или умрешь ...

Та как-то по-детски скривила губы. - Я поняла. Не надо меня резать! Я против! ...

* * *

В кабинете заведующей собралось немало народа. Практически все высшее руководство больницы. Во главе с главврачом, Виктором Аркадьевичем Шаповаловым и его обоими заместителями - по медицинской части и хирургической помощи. А также сама заведующая и ее зам. Лебедев.

Такого "форс-мажора" еще не случалось в стенах больницы за все время ее существования. Произошедшее было таким диким "беспределом", что ... просто нет слов, одни междометия. Сам виновник события сидел на стуле напротив заведующей, угрюмо уставясь в одну точку. Ирина с ненавистью смотрела на его невозмутимое лицо.

- Ты можешь объяснить или нет?

- Могу. Она умрет.

- Да отчего ???

- Не знаю. Сделайте анализы.

- Какие именно?

- Не знаю ...

Открылась дверь, в комнату зашел Селезнев. Обреченно развел руками.

- Отказывается наотрез. Говорит, что верит ему.

Вмешалась Ирина Валерьевна, зам по хирургии. - Вы сказали, что он не врач и что у него просто юмор такой странный?

- Да все сказал! Бесполезно. Говорит, пусть он сам придет и скажет что пошутил. Бред какой-то!

Шаповалов обратился к Хоршеву:

- Послушайте, вы кажется не понимаете глубины своего поступка. Москвиной нужна операция. Срочная! У нее внутреннее кровотечение. Вы можете что-то конкретно объяснить?

- Не могу. Сделайте анализы.

- Да какие именно? На что?

- Не знаю ...

Ирина почувствовала, как поднимается кровь к голове. Вид этого упрямого быка был просто невыносим.

- Так. Вот что. Или ты сейчас идешь к больной и говоришь, что пошутил. Или пиши заявление по собственному. Понятно? И еще спасибо скажи, если мы на тебя в суд не подадим.

Хоршев чуть призадумался, затем молвил:

- Ладно. Дайте ручку-бумагу.

Окружающие ахнули. Ничего себе ... Ирина вынула из стола листок и уже из последних сил сдерживаясь, швырнула на стол. - Пиши! Ручка на столе.

Хоршев придвинул листок и быстро написал несколько строчек. Ирина не глядя сбросила лист в ящик стола. Затем он встал и прошел к своему шкафчику. Собрал вещи в пакет. Все завороженно наблюдали за его действиями. Вдруг он остановился и посмотрел на заведующую: